Четверг, 23 сентября

«Николай Меркушкин угрожает Гришину возбуждением уголовных дел, если тот не откажется от показаний, изобличающих его сына!»

Ленинский райсуд продлил арест младшему сыну экс-Главы Мордовии

В этот раз Алексей Меркушкин выглядел неважнецки. Лоска стало меньше, а тревоги в глазах — больше. Неужели он близок к тому, чтобы «сдать папашу»? Фото: Столица С

Обвиняемый в даче взятки в размере более 7 миллионов рублей безработный Алексей Меркушкин будет сидеть в СИЗО как минимум до 17 августа. Такое решение принял 7 июля Ленинский райсуд. Тем самым было удовлетворено ходатайство следователя из Нижнего Новгорода, где теперь расследуется нашумевшее уголовное дело. Причем до самого последнего момента в зале суда сохранялась интрига: а вдруг, как в прошлый раз, представитель Следственного комитета России предложит отпустить Алексея Меркушкина под домашний арест? Но нет, теперь уже сами правоохранители признали прежнюю просьбу преждевременной! Тем временем нанятые семьей Меркушкиных четыре адвоката несколько часов старались как могли. Они договорились до того, что назвали обвиняемого в тяжком коррупционном преступлении человеком, благодаря которому Мордовию знают во всем мире. Защитники предложили в качестве залога 10 миллионов рублей, если Алексей Николаевич покинет нары. Тщетно! Зато на заседании всплыли новые сенсационные факты. Оказывается, Николай Меркушкин угрожал бывшему министру строительства Самарской области и экс-проректору МГУ им. Ломоносова Алексею Гришину возбуждением уголовных дел, если тот не откажется от показаний, изобличающих его младшего сына! Так что, похоже, мы стоим на пороге новых громких разоблачений и VIP-скандалов. Из зала суда — Валерий Ярцев.

Младший сын бывшего руководителя Мордовии и Самарской области продолжает корчить из себя государственного деятеля? Фото: Столица С

Пустые хлопоты

«В зале присутствуют представители СМИ, — ​извещает председательствующий. — ​Есть возражения?» «Есть! — ​заявляют четверо адвокатов, защищающие младшего сына экс-Главы республики. — ​В деле затрагивается деятельность должностных лиц правительства достаточно высокого уровня. Тем самым это предается огласке необоснованно широкому кругу лиц!»

То есть, проще выражаясь, простому народу, всяким там людишкам не положено знать, что вытворяли «господа министры» и прочая «знать»! Но суд постановляет: заседание открытое, никто не вправе попросить журналистов «на выход»…

«Родился 20 июня, — ​уже привычно докладывает о себе уверенным голосом из-за решетки Алексей Меркушкин, недавно отпраздновавший свое 43-летие. — ​Временно не работаю. Являюсь председателем совета директоров Ичалковского сыродельного комбината. Проживал в Саранске с супругой и двумя детьми. Военнообязанный, но не служил. Окончил военную кафедру и в дальнейшем не призывался. Только сборы. Нет, депутатом не являюсь…» После чего адвокаты заявляют первое, но далеко не последнее ходатайство. Они хотят изучить график дежурства судей, чтобы понять — ​почему сегодняшнее заседание ведет тот же представитель Фемиды, что и первый раз — ​14 мая? Почему этот председательствующий, как выражается защита, тут «на постоянной основе»? Не специально ли его «подсовывают» с помощью подтасовок? Председательствующий объявляет пятиминутный перерыв, чтобы защитники смогли изучить судейский график, обязательно, по их словам, «заверенный должностными лицами». Правда, в этом документе адвокаты мало что понимают. Без специалиста не разберешься…

Реклама

«Раз уж заседание открытое, прошу разрешить присутствовать супруге Алексея Николаевича!» — ​хлопочут адвокаты. «Поддерживаю!» — ​немедленно произносит из клетки Меркушкин. «Она еще не допрошена, — ​возражает следователь из Нижнего Новгорода. — ​А в дальнейшем ее допрос планируется. Насчет обстоятельств жизни мужа, а также по поводу сведений об имуществе, доходах, фирмах и предприятиях. Каким образом все это было приобретено… А также — ​касательно обстоятельств самого дела…» Но судья решает удовлетворить просьбу. Но Елену Меркушкину, которая перед началом заседания была замечена в фойе при изучении стенда со списком рассматриваемых дел, приходится ждать битых четверть часа. Женщина то ли домой уехала, чтобы зажигательный блог про ботву писать. То ли зашла в магазин за семечками. Наконец Елена появляется и встречается глазами с мужем, проплывая мимо него в сторону скамеек. Но за только что проявленный гуманизм судья получает «по полной». «Вы обязаны устраниться, причем «вне графика дежурств»!» — ​прямо заявляет один из адвокатов. — ​Есть основания полагать, что вы заинтересованы в исходе данного дела. Ведь в прошлый раз вы сделали однозначный вывод, что Меркушкин может скрыться или воспрепятствовать. Значит, у вас сформировалась предубежденность! Мы ходатайствуем об отводе судьи!»

Председательствующий удаляется в совещательную комнату, чтобы разрешить вопрос о собственном отводе. Возвращается с нерадостным для защитников решением. Нет оснований полагать, что дежурный в чем-то таком нехорошем заинтересован. Для отвода причин не имеется! Но адвокаты наносят новый, заранее подготовленный удар. «Все судьи участвовали в судьбе Алексея Меркушкина! — ​громыхает защита, словно ведет речь об изобличении тайного преступного сообщества. — ​Кто-то выносил постановление об обысках, кто-то — ​об аресте. Судейское сообщество связано с Меркушкиным, у всех имеется предубеждение. Мы не верим, что вы сегодня измените судьбу Меркушкина! Все судьи Ленинского района заинтересованы в его судьбе. Поэтому мы заявляем отвод всему составу Ленинского районного суда!» «Возражаю!» — ​восклицает нижегородский следователь. «Это незаконно!» — ​вторит ему представитель прокуратуры республики. Судья опять уходит в совещательную комнату. Но напрасно господа адвокаты надеются, что сейчас он «разгонит» всех судей-коллег по всему району. В этом ходатайстве тоже отказано. Журналисты тем временем гадают, ​каким будет очередное заявление. Неужели адвокаты теперь потребуют расформировать весь судейский корпус республики? Нет, не угадали! Точнее, почти не угадали. «Ходатайствуем о прекращении производства по данному делу в связи с территориальной неподсудностью, — ​заявляет защита. — ​Раз оно расследуется Следственной группой ГСУ СК РФ с дислокацией в Нижнем Новгороде, то и должно рассматриваться на той же территории!»

Но следователь с прокурором приводят свои доводы: УПК не запрещает суду «заниматься» делом и по месту содержания обвиняемого под стражей. На этот счет имеются даже указания пленума Верховного суда России. Председательствующий считает так же. Заседание продолжается. Наконец дело доходит до ходатайства самого следователя. Здесь до последнего сохраняется интрига. О чем попросит в этот раз? Ведь, как известно, 14 мая следствие просило заключить его непременно под стражу. Что и было сделано. Напомним, это произошло, когда Алексея Меркушкина задержали при попытке улететь из аэропорта Шереметьево в Минск — ​якобы на встречу сыроделов. Но затем, как известно, из Следственного комитета РМ уголовное дело изъяли и передали для «дальнейшего производства» федеральным коллегам, базирующимся в Нижнем Новгороде. После чего новый следователь уже сам предложил… отпустить Алексея Меркушкина под домашний арест. Но Ленинский райсуд не согласился и оставил его в СИЗО на ул. Рабочей. Это решение было мотивировано тем, что следователь-новичок еще не разобрался в деле, об окончании которого говорить рано. Поэтому Меркушкину надо будет еще посидеть. Так что же произойдет на этот раз, когда срок заключения истекает уже 12 июля?

…Николай Иванович лично высказывает это на встречах с этими людьми, что уже зафиксировано и оформлено протоколом. То есть отец склоняет их к отказу от дачи показаний, изобличающих его сына…

Елена Меркушкина в образе декабристки. Сейчас ей не до ботвы… Фото: Столица С

Открытая угроза

«Алексей Меркушкин может воздействовать на свидетелей, уничтожить предметы, имеющие значение для дела… — ​говорит следователь. — ​Еще не закончена лингвистическая экспертиза, а также экспертиза холодного оружия… Может возникнуть необходимость в назначении новых исследований, в том числе ​направленных на проверку версий и доводов защиты… Мы активно допрашиваем работников министерств, ведомств, предприятий… Предстоит опросить сотрудников Центрального банка, в том числе в Москве. А это порядка 20 человек…»

Напомним, что, по данным следствия, в 2015 году Алексей Меркушкин, являющийся фактическим акционером Мордовпромстройбанка, совместно с председателем совета директоров этого кредитного учреждения, депутатом Госсобрания Вячеславом Брыковым и Алексеем Гришиным «вознаградили» взяткой в размере более 7 миллионов рублей управляющего Отделением Национального Банка по РМ Александра Тренькина. Взамен просили отозвать предписания по итогам инспекционной проверки. Ведь выявленные нарушения могли привести к отзыву банковской лицензии…

«Проведено 15 допросов и 7 очных ставок, — ​продолжает следователь. — ​За данное преступление предусмотрено до 15 лет лишения свободы. Не признавая вины и осознавая неотвратимость наказания, Алексей Меркушкин может скрыться… К тому же он был задержан при попытке вылететь в Республику Беларусь…  Имеет связи с должностными лицами. В том числе из правительства… Помимо этого, проверяется причастность Меркушкина на совершение других преступлений. Находясь под домашним арестом, может подделать какие-либо протоколы или договоры. Таким образом, оснований для изменения меры пресечения не имеется! Необходимо продлить арест еще на один месяц и пять суток, то есть до 17 августа включительно…»

Но не будем здесь прерывать следователя, потому что далее становится еще интереснее. «Необходимо отметить, что родственники обвиняемого, в том числе Николай Иванович Меркушкин, оказывают прямое давление на свидетелей, — ​заявляет гость из Нижнего Новгорода. — ​Николай Иванович лично высказывает это на встречах с этими людьми, что уже зафиксировано и оформлено протоколом. То есть отец склоняет их к отказу от дачи показаний, изобличающих его сына! Мы уже видим, что оказывается давление на других обвиняемых, на участников, на свидетелей… А если Алексей Меркушкин окажется на свободе, то такое давление будет увеличено в разы… Необходимо также отметить, что он обладает значительными материальными ресурсами… Здесь (следователь показывает документы — ​«С») указаны организации, банки, предприятия, конечным бенефициаром, акционером и владельцем которых является Алексей Меркушкин. Прошу приобщить к делу…»

«Желаем ознакомиться!» — ​сразу же заявляют адвокаты, проявляя живейший интерес к материальным ресурсам семьи Меркушкиных и буквально впиваются глазами в перечень земельных участков и других объектов недвижимости, в том числе московской. «Он может там окопаться, что ли?» — ​вслух размышляют защитники о дальнейших шагах Алексея Николаевича, если вдруг окажется на свободе. После недолгого изучения предоставленных документов они выносят «вердикт»: «Просим отказать в их приобщении к делу! Все эта информация не подтверждена прямыми выписками!»

Но суд все равно приобщает… Тогда адвокаты снова идут в атаку. Они вполне ожидаемо «играют» на смене позиции следствия по поводу ареста. Мол, сначала хотели выпустить подзащитного из СИЗО, а теперь нет. Чем объясните? «Предыдущее ходатайство об изменении меры пресечения было принято преждевременно, — ​спокойно поясняет следователь, готовый к этому вопросу, — ​так как на тот момент достаточного времени на изучение дела не имелось. Но суд дал справедливую оценку тому ходатайству и оставил Алексея Меркушкина под стражей. Кроме того, в последующем и Верховный суд РМ оставил данное решение в силе!» «А почему в отношении других фигурантов избрана более мягкая мера пресечения, а Меркушкин непременно должен находиться под стражей?» — ​«Так считает следствие!» — ​«Из материалов дела следует, что Тренькин поначалу признавал вину, а потом отказался это делать. А вдруг в своих новых показания он вообще заявит о невиновности Меркушкина? Или сообщит о том, что вообще не было даже события преступления? Так почему вы в суд эти материалы не предоставили?» — ​«Мы предоставили доказательства, которые посчитали необходимым предоставить на данный момент!» — ​следует «жесткий» ответ следователя.

Но адвокаты требуют новых доказательств того, что Алексея Меркушкина нельзя выпускать из следственного изолятора. Неужели сам отец Николай Иванович напрямую угрожал? «Да, у нас есть протокол допроса Алексея Гришина, — ​поясняет представитель Следственного комитета. — ​Гришин говорит о том, что Николай Иванович угрожает ему возбуждением уголовных дел.

А это — ​прямые угрозы участнику судопроизводства!» Вот она, настоящая сенсация! Похоже, у 70-летнего Меркушкина-старшего запрятан компромат в отношении семейки Гришиных, который он готов пустить в дело, как только придет время, и от которого пошатнется в ужасе не только Мордовия, но и Самарская область, где он губернаторствовал, а Алексей Гришин возглавлял министерство строительства!

«А где протоколы допроса самого Николая Ивановича? — ​задаются вопросами защитники. — ​А вы не считаете, что Алексей Гришин его оговаривает?» «Нет, не считаю!» — ​отрезает правоохранитель. «По сути, вы обвинили человека в совершении преступления, когда заявили о давлении, о понуждении к отказу от дачи показаний со стороны Николая Меркушкина! А какие еще доказательства можете предоставить суду по этому поводу?» — ​«Все, что мы посчитали нужным, — ​предоставили. Остальное — ​тайна следствия!»

Виктор Гришин (слева) еще в тени Николая Меркушкина (справа). Но начало крепкой и взаимовыгодной дружбы на благо статусных семей положено. Неужели она закончилась при «первом же шухере»? Фото: Столица С

Новый удар

В конце концов, слово для «отдельного выступления» предоставляется каждому из адвокатов. Это уже пугает, учитывая, что их четверо. Сейчас каждый наверняка начнет пространно разглагольствовать, отрабатывая свой нелегкий хлеб. Что и происходит. Уже хорошо знакомый читателям «семейный адвокат» Саркис Геворкян говорит долго. Но, правда, по существу. Точнее, он зачитывает зафиксированное на бумажных листах. Но так даже лучше. Хоть чуток быстрее получится! Геворкян предлагает изменить Алексею Меркушкину меру пресечения на домашний арест или вообще освободить из-под стражи. Под денежный залог в размере до 10 миллионов рублей. Дескать, позиция следствия защите понятна: держа под стражей, сломить волю Меркушкина, чтобы тот дал признательные показания. Молодой коллега «семейного адвоката», когда приходит черед, добавляет своих доводов. Тоже по делу. А если и повторяется, то не во всем. Третий адвокат, похоже, пытается запросто так поговорить за жизнь, чтобы по-человечески понятно было. Без всяких юридических премудростей. Типа ну что, мужики, мы тут собрались, но ведь все же понимаем, что дельце-то гроша ломаного не стоит… А вот последний по счету адвокат, самый пожилой, словно произносит в траурном зале прощальную речь. Как будто вспоминает, каким хорошим был человек, сумевший прожить долгую и благообразную жизнь. Да тут еще у пожилого адвоката постоянно трезвонит телефон — ​то в огромной сумке, то в кармане. Но никак не получается его отключить. Так и хочется поинтересоваться: по ком звонит колокол?!

«Алексей Меркушкин не может признавать себя виновным, — ​эмоционально восклицает защитник, наконец «загасив» мобильник. — ​Потому что он не виновен! Алексей Меркушкин никогда не давал повода усомниться в своей честности и порядочности! Он всю свою жизнь честно проработал на государство, на страну! Республику знают во всем мире благодаря Меркушкиным, и в том числе благодаря Алексею Николаевичу! История все поставит на свои места!» Любопытный момент: когда «по делу» выступали первые адвокаты, Алексей Меркушкин время от времени почесывал кудрявую голову между лбом и макушкой. Когда же пришла очередь четвертого защитника, то принялся ее чесать между родничком и затылком. Наконец слово предоставляется самому Алексею Меркушкину, прославившему Мордовию на весь божий свет. «Ваша честь, прошу прощения за голос, я болею немного, — ​произносит обвиняемый. — ​Мне упорно приписывают побег. Вопрос: почему тогда я не уехал в апреле, когда две недели находился в отпуске? Каждый день в СИЗО я встречаюсь с адвокатами. И если бы хотел через них на кого-то воздействовать — ​давно бы это сделал! Где логика? За два месяца следствие провело большое количество очных ставок, допросов. И ни на один вопрос я не отказался отвечать. Более того, давал развернутые ответы. При этом люди оговаривали меня на очных ставках, отказывались сами отвечать, уходили от вопросов, которые я задавал! Ощущаю, что все это делается под такой «эгидой»: все равно будешь сидеть, пока не признаешь вину и не оговоришь других. Считаю это несправедливым и надуманным!» ​«Вы или ваши родственники готовы внести залог?» — ​спрашивает председательствующий. «Да!» — ​твердо отвечает безработный Алексей Меркушкин. Минуло пять часов с момента начала этого заседания. Устало даже солнце. На часах уже 19.00. И вот судья оглашает судьбоносное постановление. Ходатайство следователя — ​удовлетворить! Продлить арест еще на один месяц и пять суток. То есть по 17 августа включительно. Алексей Меркушкин воспринял «удар судьбы» молча. Только поскреб правой рукой спину. В области ближайшей лопатки. Насколько смог дотянуться…

Тем временем

Со старшего сына экс-Главы Мордовии пытаются взыскать почти 12 млн рублей!

Межрайонная инспекция ФНС № 8 по Ульяновской области подала в региональный Арбитражный суд заявление о признании несостоятельным ООО «Торговый дом «Симбирская птицефабрика». Сумма требований, которую налоговики пытаются взыскать с предбанкротного предприятия, составляет 11,6 миллиона рублей… Имущественный комплекс должника расположен в ульяновском селе Большие Ключищи. В 2007–2017 годах птицефабрика находилась под управлением ОАО «Мордовское агропромышленное объединение» (МАПО), которое контролировалось Александром Меркушкиным, старшим сыном экс-Главы Мордовии. По сообщениям местных СМИ, первый иск о банкротстве «Торгового дома» был подан в 2015 году московским поставщиком сельхозтехники ЗАО «АгроСнаб». Но тогда должник погасил задолженность, после чего стороны урегулировали конфликт. Через год директор птицефабрики Александр Лебедев стал фигурантом уголовного дела: его заподозрили в налоговых махинациях и сокрытии 5,5 миллиона рублей. В 2017 году само МАПО подавало заявление о «самоликвидации» ООО «Торговый дом «Симбирская птицефабрика». Но попытка избавиться от актива оказалась неудачной. Арбитражный суд вернул иск собственнику. И вот спустя еще четыре года горе-предприятие пытаются обанкротить уже налоговики, чтобы хоть так попытаться взыскать огромную задолженность. По данным kartoteka.ru, с 2013 года 100 % акций Торгового дома «Симбирская птицефабрика» принадлежат ООО «Саранский элеватор», учредителями которого через ООО «Маслопродукт» являются Александр Николаевич Меркушкин и Николай Салмов. Такие данные размещены на интернет-ресурсе «За честный бизнес». Кстати, на официальном сайте «Саранского элеватора» сообщается о продаже элеватора и комбикормового завода, расположенных в Ульяновской области.

Комментарии
Закрыть
Закрыть рекламу