Понедельник, 10 августа

«Переднее колесо стоит 2 тысячи евро»

Единственный в Мордовии водитель хенд-байка Семен Радаев — о необычной технике и жизни без ограничений

Семен Радаев ездит на автомобиле, прыгает с парашютом, рыбачит… Поэтому казенная фраза «человек с ограниченными возможностями» — не про него. Фотоархив Семена Радаева

Неопытный торговый представитель за рулем чужой машины заснул, съехал с дороги, был непристегнут, вылетел из салона, сломал позвоночник, стал инвалидом-колясочником. Это могла быть законченная история жителя Саранска Семена Радаева. Но не стала. После пережитой трагедии Семен взял себя в руки, и, пожалуй, в этой фразе много смыслов. Он стал ездить на ручном велосипеде и вошел в сборную России по триатлону. Тренировки — ​почти каждый день, когда он «наматывает» по 66 км или 125 км. Денис Тюркин впервые увидел Семена там же, где и все остальные водители, — на объездной Саранска.

Тренировки

— То, на чем я езжу, называется ручной велосипед. Или хенд-байк. Объездная Саранска, участок от атемарского кольца до кольца в Николаевке, где я постоянно езжу, — ​не сказать, что это мой излюбленный маршрут. Просто это новая дорога, без неровностей, с хорошим асфальтом. Там достаточно широкая обочина, на которую я могу съехать в случае какого-нибудь форс-мажора. На этой трассе и я в меньшей мере мешаю дорожному движению, и мне удобно тренироваться.

«С»: На этом участке есть хороший такой подъем протяженностью километра четыре. Вы и в него забираетесь?

— Ну да.

«С»: Очуметь. Я там на обычном велосипеде не рискну проехать…

— Это моя работа. Я тоже не сразу въезжал в эту гору. Так, потихонечку…

«С»: Можете описать свой традиционный тренировочный маршрут?

— Сажусь на хенд-байк возле своего подъезда в микрорайоне «Юбилейный», еду мимо «Сити-Парка», сворачиваю на Севастопольскую, потом на развязке ухожу в сторону Луховки, далее — ​на аэропорт. Потом еду по объездной до кольца в Николаевке, разворачиваюсь — ​и до атемарского кольца. Потом повторяю круг и возвращаюсь домой. Получается 66 км.

«С»: 66 км?! На руках?!

— Ну да, да. Все зависит от тренировки. Это обычная тренировка. Если длительная, то максимум я делаю 125 км.

«С»: Очуметь. Сегодня на площадке за «Мегастроем» я вас встретил. Жара 35 градусов. Это тоже была тренировка?

— Да. Я был на гоночной, спортивной коляске.

Техника

«С»: В чем отличие между ней и хенд-байком?

— Коляска — ​она и есть коляска. Управляя ей, кручу именно колеса. В спортивной классификации она относится к легкой атлетике, и в триатлоне (включает в себя плавание, бег и велосипед — ​«С») я на ней прохожу беговой этап. Хенд-байк относится к велоспорту. В триатлоне я на нем преодолеваю велоэтап.

«С»: В движение приводится только мускульной силой?

— Да, механический привод с цепью и звездочками (22 скорости), как на обычном велосипеде, только расположено все необычно. Плюс переключатель скоростей электрический, с кнопки.

«С»: Получается, стоит какой-то маленький аккумулятор?

— Да. Он нужен только для привода переключателя скоростей. Заряжается от розетки, в движении не заряжается.

«С»: Само собой, производство иностранное?

— Ну да. Мой хенд-байк сделан в Италии. Еще их производят в США.

«С»: Что по скоростным характеристикам?

— Средняя скорость на традиционном моем участке составляет 22–24 км/ч в зависимости от погоды. С горки могу разогнаться 70 км/ч.

«С»: А гоночная коляска?

— У нее скорость меньше. По равнине 30 км/ч, с горки — ​до 60 км/ч.

«С»: Почему так нелогично? Коляска гоночная, а скорости меньше?

— В параспорте это же бег, а скорость у бегунов меньше, чем у велосипедов, так что тут все логично.

«С»: То есть у коляски никаких звездочек нет, и цепи нет, прямой привод?

— Да, я просто бью руками по ободьям колес. Никаких скоростей.

«С»: Как давно вы ездите на этих необычных транспортных средствах?

— На хенд-байке — ​с 2018 года, на спортколяске — с 2015-го. Потому что чуть ранее я начал заниматься триатлоном. Для инвалидов он состоит из плавания, этапа на хенд-байке и этапа на спортивной коляске.

«С»: Вы профессиональный спортсмен?

— Да, я член сборной России по триатлону.

«С»: Удивительно, что «Столица С» о вас еще не писала.

— Последний раз местная пресса делала материал, когда я в 2014 году взошел на Эльбрус. А так про параатлетов, конечно, мало пишут.

«С»: На слуху только Швецов…

— Да, Женя — ​паралимпийский чемпион.

«С»: А вам на каких уровнях доводилось выступать?

— Максимум — ​чемпионат мира. Выступал на чемпионате Европы, этапах Кубка мира, чемпионате России. Был призером на этапе Кубка мира, становился чемпионом России в 2018-м и 2019 годах.

Фото: Денис Тюркин

Безопасность

«С»: Вернемся к вашему присутствию на саранских дорогах. Скажу как водитель автомобиля, вас плохо видно на дороге. Распластанная по земле, небольшая конструкция… Вы пытаетесь как-то сделаться заметнее, выделиться?

— Единственное, что у меня есть, — ​флажок на высокой ножке. И простой велосипедный фонарь, который моргает. Днем его, конечно, не особо заметно… Сейчас вот заказал светоотражающий флажок. Я понимаю, что оказываюсь в опасной ситуации. Недавно случай в Италии произошел… Есть такой спортсмен, Алессандро Дзанарди, он раньше в автоспорте был, в «Формуле‑1» выступал. Но после одной страшной аварии ему ампутировали ноги ниже колен. И он стал ездить в том числе на хенд-байке. Недавно во время то ли тренировки, то ли какого-то заезда он на встречной полосе попал под грузовик… Находится в тяжелом состоянии в реанимации… Поэтому мне достаточно страшновато ездить. Водители вообще разные попадаются. Кто-то объезжает без проблем, это большинство. Кто-то разъезжается со мной впритирку, дает зазор в метр. Из-за резкого порыва ветра хенд-байк сносит в сторону, и я не сразу могу вернуть его на прежнюю траекторию. Это не очень приятно. Меня еще напрягает вот что. Некоторые, когда проезжают мимо, начинают сигналить. Не знаю, приветствуют меня, говорят таким образом «молодец» или еще что… Но это пугает реально, потому что неожиданно происходит. Некоторые не включают ближний, поэтому не всегда понятно, приближается машина или удаляется. Вообще я, конечно, постоянно мониторю обстановку по зеркалу заднего вида. Если сзади машина, а впереди идет встречка, я стараюсь уйти на обочину. Почему постоянно по обочине не езжу? Потому что они достаточно грязные, камушков много. Я боюсь проколов. Переднее колесо на хенд-байк стоит 2 тысячи евро. Сама покрышка в России не изготовляется, это ручная работа, наша команда закупает шины по 5 тысяч рублей из Германии. Сезон только начался, а у меня уже четыре прокола. Если я проколюсь где-то далеко, то уже на ободе не могу себе позволить поехать. Теоретически это сделать можно, но тогда обод — ​на выброс.

«С»: То есть если прокол — ​в шиномонтаже шину не починить?

— Нет. Ручная работа. Внутри покрышки — ​камера, она проклеена и по окружности прошита.

«С»: А когда вы прокалывали шину вдали от дома, как выходили из ситуации?

— Звонил товарищу, он за мной приезжал на машине и забирал.

Авария

«С»: Поговорим о той ситуации, из-за которой вы вообще оказались в хенд-байке…

— Про ДТП? Да, я тогда работал торговым представителем на машине родственника. Авария произошла на дороге между Старым Шайговом и Саранском, не доезжая километров 30 до города. Дело было 10 июля 2007 года… Заснул, съехал на обочину, в дреме понял, что машину сносит вправо, и дернул рулем влево. Но там был глубокий кювет, машина носом врезалась в землю, кувыркалась сколько-то, я потерял сознание и вылетел из салона. Очнулся уже не в машине…

«С»: То есть не были пристегнуты ремнем безопасности?

— Не был…

«С»: Как считаете, если бы тогда пристегнулись, что-то изменилось?

— Не знаю. Не могу сказать. Что было, не изменить. Не уверен, что ничего бы не случилось. Почему? У нас случай был такой же: ехала машина, перевернулась. Кто был пристегнут — ​сломал позвоночник, кто не был — ​ничего с ним не случилось. Я в итоге сломал позвоночник, полный разрыв спинного мозга, поэтому отсутствует чувствительность ниже травмы. У меня ноги парализованы. Я их не чувствую, не могу ими шевелить.

«С»: Когда вы поняли, что жизнь изменилась навсегда, что почувствовали? Какие были мысли?

— Ну… Когда мне объявили, что никогда не встану, что — ​коляска… Я понял, что нужно привыкать к этому и жить с тем, что есть. В принципе это у меня все достаточно мягко прошло. Когда меня выписывали из больницы, я уже думал, что приеду домой, начну заниматься, восстанавливаться и как бы все нормально будет. Потом в Интернете искал упражнения специальные. Занимался вместе с семьей, ездил в реабилитационные центры, в одном из них научили ходить на ортезах. Это такие штуки, надеваются на ноги, шнуруются, и ты так вразвалочку ходишь, колени не сгибаются… Я так вот учился ходить, не чувствуя ног. Много чего перепробовал. Но когда все же понял, что вернуть чувствительность не получится, так как полный разрыв спинного мозга… Понял, что ходить мне уже не интересно, стал искать, чем бы мне таким заняться. Стал посещать в Саранске адаптивный клуб, стал плавать. Ну вот так и пришел к спорту.

«С»: Саранск как город для обычного-то человека не идеален. А как вы справляетесь с городскими трудностями?

— Несколько лет назад я уезжал в Москву, и тогда попал в команду Gromova Team (к тренеру российских паралимпийцев Ирине Громовой — ​«С»). Там я научился очень хорошо управлять коляской. Запрыгивать на бордюр, спрыгивать с него, подниматься по лестнице… С такой подготовкой в Саранске я не сталкиваюсь с непреодолимыми участками. А если сталкиваюсь, то их объезжаю (улыбается — ​«С»). При этом я понимаю, что простым людям на инвалидных колясках, не занимающимся спортом, проблематично ездить по городу.

«С»: То есть вы один можете передвигаться?

— Без проблем. Навскидку я только в кинотеатр один не могу попасть. Раньше был «Киномакс Победа», а сейчас на коляске никуда не заедешь.

«С»: А сложно бывает найти, например, удобный магазин?

— Ну, я просто живу поблизости от «Сити-Парка», он для меня очень удобен. Приезжаю туда на машине, беру тележку, в нее складываю продукты…

«С»: Какая у вас машина?

— «Тойота-Сиенна» 2010 года выпуска.

«С»: А как реагируют на человека в коляске жители Саранска? И как вы реагируете на их помощь, если, конечно, они ее предлагают…

— Конечно, предлагают. И довольно часто. Когда я, например, в машину сажусь. Или пакеты с продуктами из тележки перекладываю. В основном помощь мужчины предлагают. Но, бывает, и женщины тоже. Недавно приехал на «Старт» плавать, на парковке стал доставать из машины коляску, и женщина из соседнего авто спросила, не нужна ли помощь. Как я реагирую? Не раздражаюсь ли? Нет, конечно. Люди помочь хотят, зачем я буду раздражаться?!