Мировая кухня

Тревожный творог на встрече с бананом и ягодами

novikov@stolica-s.su

Когда в саду созревает клубника, я стою в середине зарослей, одетый в цветную рубашку. Машу руками, выкрикиваю разное. С неба приходит грач-браконьер и дергает железным клювом самые спелые ягоды. Бегу за ним, чтоб отнять, но приходит еще один грач и выхватывает ту клубничину, на которую я смотрел с вожделением. Верчусь, бегаю, умываюсь слезами обиды. А если б не был пугалом, вообще досталась бы мне только трава. Так хоть бидончик можно собрать. Стою в саду под солнцем июля и размышляю об Африке. Там, наверное, негры стерегут бананы. Отгоняют палкой макак и фламинго. А потом собирают в большие корзины и отправляют в Саранск с оказией. Или вот, например, бродит корова по лугу, ест клевер. И даже не знает, что в ней спеет сметана и творог. А пастух знает. Поэтому аккуратно направляет ее в сочные травы. Какие чудеса растут из земли! Какая роскошь появляется из коровы! Ученые мужчины защитили бы по этому поводу диссертацию, а я, глупый человечишка, приготовлю десерт. И назову его своей десертацией.

Творог тревожится, ищет встречи с ягодами и бананами. Жизнь у творога, как правило, кисленькая и рассыпчатая, но сколько при этом желающих ублажить его сахарком, усладить изюмом и абрикосами и еще невесть чем! Вот он сидит королем на самом верху ватрушки. Вот он на первых ролях в праздничной пасхе. Вот он в целом море пирожных. Вот он являет собой румяную запеканку, ныряет в пирожки, в вареники, в сырники. Его жарят, парят, пекут, едят сырым. О пользе творога пишут поэты и композиторы, ему посвящают стихи кардиологи и урологи, академик Лихачев ставил творог выше всех древнерусских рукописей, приписная мордва Депардье и Ришар строят творожный заводик на берегу Нерлейки, и даже известный публицист Сергей Сеничев, устав бороться со злом, по воскресеньям кушает творог в театре! Налажу и я небольшое, но сладкое производство.

Блендер уже ревет. Полторы пачки творога запущены в специальный контейнер. В союзниках сметана и сахар. Каждый пускай дозирует добавки по своему усмотрению, а мои предпочтения обозначены в отдельной колонке. Превращаю продукты в однородную массу. Окунаю палец, пробую. Хорошо! Теперь можно добавить половину банана и немного ванилина. Снова взбодрить блендером. Основное дело сделано. Буду звать фрукты и ягоды.

Дно красивой тарелки устилаю банановыми колечками. Банан — он такой же нежный, как творог. Они вообще большие друзья. Заливаю творожной массой. Не совсем заливаю, конечно, не так уж и жидко вышло. Скорее, выкладываю. Бананчик подарил сметане и творогу кремовые цвета, совсем невесомые оттенки. Я сдерживаю себя, чтоб не начать работать ложкой, защищаю десертацию от себя самого и еще успеваю отгонять ногой приставучего кота. Кот тоже неравнодушен к творогу. Вся масса разлеглась ровно, можно клубнику высаживать. Каждая ягода утопает с легкой упругостью. Здесь главное — умеренность, чтоб кисло не получилось. И сверху опять творожную массу, а потом снова клубнику с бананами. Для красивости крупную клубнику режу пополам.

Тут простор-то открыт — можно напихать все, что хочется. Любой фрукт подойдет, любая ягода. Хотите крыжовника? Нате! Хотите жимолости? Получите! И апельсинов добавьте, и гранатовых зерен, и нарядные киви положите. А кому все еще не сладко, шоколадку потрите сверху, сгущенки влейте. И все будет полезно. И не забудьте поставить в морозильник минут на пятнадцать. В жаркие поры ничего лучше не придумать.

Защита десертации состоялась. Я дождался полной готовности и расправился с целой тарелкой за две минуты.

Новости партнеров