Мировая кухня

Все гениальное — постно!

Vse-genial'noe-—-postno!Золотые сестры Анастасия и Анна укрепили Вячеслава Новикова до самого Рождества.

Нас трое, и мы поздравляем православных с началом поста! Мясо спрятали до праздника в погребок, сметану отдали кошке, курицам завязали платками клювы, чтоб не смущали рассветной песней. И вышли на кухню. На что нам пост даден? Сердце очистить, ближнего полюбить и брюху некоторый укорот назначить. А чтоб не утонуть в грехе гордыни и осуждения, чтобы улыбку приветливую не утратить, чтобы духом парить в мире горнем, поститься станем по силам, бремена возьмем удобоносимые. Где приукрасим простое блюдо яркой овощью, где родным грибочком утешимся, а где и морское чюдище сварим добрым людям на посмотренье, врагам на посрамленье. Анна Лексеевна белую скатерть стелет, Настасья Лексеевна огонь раздувает, кошка Белка хвостиком пол метет. Начнем, помолясь.

Самое ответственное блюдо сегодня — ТЫКВА БЕЗСТРАСТИЯ. Блюдо ответственное и величественное. Тыква спела в огородах Инсара. В избу ее катили теплые ветры. Дальше действовать будем мы. Аккуратно срезаем макушку, и Анастасия погружает руку в неизведанное. Сначала руку, потом исчезает сама. Выгребает совочком семечки и все лишнее, кричит нам из тыквы (а звук такой гулкий): «Подавайте перец и соль!» Подаем соль и разные перцы — надо натереть изнутри. От соли тыква даст сок, а от перца заблагоухает. Дело сделано. Теперь очередь Анны. Нагружаем ее порезанными помидорами со снятой шкурой и спускаем на веревочке на самое тыквенное дно. Там душисто уже, а сейчас и томатно станет. Помидоры должны быть своими, а если вдруг в магазине куплены, если вдруг каучуковые, то можно натуральной томатной пасты добавить, чтобы настрой не сбить и удачу не испугать. Вот у нас в живой воде рис мокнет. Можно даже и отварить до полуготовности. Мы его будем в тыкве печь, а стены толстые — пока жар до риса дойдет… Лучок обжарим в оливковом масле до легкого золота и в рис направим. Рис должен быть липуч и крахмален, чтобы при скором делении на порции от тыквы предательски не отстал. «Вылезай, Анна Алексеевна, — предлагает сестра, — рис насыпать пора!» И выкладываем его на помидорный слой. В половину тыквы примерно, а то он распарится ведь. Немного солим. Вливаем овощной бульон, слегка укрывая рис, а сверху опять помидоры и горсть белых сухариков. Для особого аромата крошим пару зубчиков чеснока и накрываем крышкой. Все, пихаем на два часа в духовой шкаф.

С Анной Алексеевной знакомы уже лет сорок, и всегда она говорила, что, кроме яичницы, ничего не готовит. И Анастасия поддакивала — я, мол, пельмени разве… Но это в скоромные дни, а как пост пришел — расстарайтесь. Я и папку их знаю, тот сало солит как артист Большого театра… Но умолчим сегодня об этом.

Тыква пусть млеет, а мы ГРИБЫ СМИРЕНИЯ мгновенно организуем. Они собраны в утренних гартовских перелесках. Крепкие, осанистые подберезовики. Были отварены и заморожены, а теперь шипят в постном масле, наполняют кухню запахами туманов. Лук у нас отдельно пассеруется, чтоб не было воровства вкусов, — авторитетно заявляет Анюточка Алексеевна. Лишь моркови в союзе с ним. Не пережарить главное, умеренность здесь важна. И вот когда все готово к торжественной встрече, смешиваем и приободряем набором перчиков. Закроешь глаза — и ты в сыром лесу на пенечке, откроешь — в гостях у прекрасных сестер. Сидишь и грибы наворачиваешь, подберезовые грибы предрождественского смирения. А гарнир к ним любой подойдет — и всякие каши, и всякие вермишели. У нас, например, макароны. Добрые макароны и кошке приятны. По паспорту она Барселона, но мы зовем Белкой запанибрата. Белка накручивает макароны на вилку, подцепает грибочек и скромно жует. За столом с нами сидит, райский обед потому что. Вытерла салфеткой усы, сказала «спаси, Христос» и спать улеглась на коврик.

Скоро и тыква доспеет, а пока невесомый салат КРЕВЕТКИ КРОТОСТИ. Сварили морского зверя быстро — три минуты надо ему. А что — панцирь тонок, тушка с гулькин нос. Добавили в кипяток соль и лимончик, креветки бросили на малый срок, и в дуршлаг на просушку. Но первым слоем идет тертый огурчик, за ним морковь, а потом яблоко. Каждый этаж мажем постным майонезом. На дворе мороз, а салатик у нас весенний, легкий, словно утиное перышко. Креветки венчают дело. Их требуется обнажить и уложить на бока. Для красы маслины. Для цвету лимончик. Для увеселенья ветка петрушки. А? Неплохо? Морской зверь в пост позволяется нам по немощи нашей.

А на десерт ОЛАДЬИ БЕЗМОЛВИЯ. Почему имя такое? Дар русской речи теряешь, если укусишь. Режем яблоко кольцами, макаем в жидкое тесто и немного поджариваем на растительном масле. А тесто — мука с водичкой. И ванилину грамм. Все гениальное — постно, как говорит мой друг Станислав Вячеславович. Подается к чаю. А если с медом липовым… До головокружения может дойти.

Тыква стучится в пещное стекло. Херувимы выносят ее на стол, разрезают мечами на дольки. Дух какой! Духом одним сытый будешь. Но надо попробовать. Каша мягкая, каша сочная. И заесть ее можно прямо кастрюлей, прямо тыквой-кастрюлей. Пользы миллион! Анна Алексеевна! Анастасия Алексеевна! Ангелы мои! И не станем забывать, что пост — не есть лишь отказ от пищи скоромной. «Постимся постом приятным, благоугодным Господеви: истинный пост есть злых отчуждение, воздержание языка, ярости отложение, похотей отлучение, оглаголания, лжи и клятвопреступления. Сих оскудение, пост истинный есть, и благоприятный»

340x240_mvno_stolica-s-noresize