Арт-галерея

«Многие современные картины, фильмы и театральные постановки отравляют человеческую душу…»

Уроженка Саранска Изабелла Байкова — о себе и своем авторском искусстве.

Уроженка Саранска Изабелла Байкова живет в Санкт-Петербурге, работает с тканями, создавая картины-панно в авторской технике. Ее творчество высоко ценится в России и за границей. Коллекционеры разных стран мира приобретают созданные мастерицей произведения искусства. «Когда беру в руки материал, чувствую, что буквально сливаюсь с ним, даже начинаю ощущать его пластику», — признается она. В Мордовию Байкова приезжает редко, но хранит теплые воспоминания о малой родине. О вдохновении и о том, как трудно создавать шедевры, она рассказала Анне Оправхат.

Изабелла выросла в Саранске. «Бабушка и дедушка в 1950‑е годы жили «хрущевке» на Светотехстрое, который тогда был еще новым районом, — вспоминает художница. — В то время в городе было не так много многоэтажных домов, новоселы заселялись прямо с домашним скотом. Соседи держали на балконе большую свинью, а по трассе вдоль леса бродили стада коров. Мы жили на улице Семашко. В первый класс я пошла в школу № 5, а потом училась в школе № 27. В детстве часто наблюдала свадьбы и похоронные процессии. Иногда заходишь в подъезд, а там… крышка гроба. Народ с балконов с любопытством наблюдает, как выносят покойника под траурный марш, и перебрасывается репликами: «Кого понесли?» — а рядом малыши бегают. Жениха и невесту тоже всем двором созерцали. Смотрели, как они бревно пилили, как икону целовали. Гуляния продолжались несколько дней и ночей. Взрослые пели неприличные частушки, а мы всегда рядом вертелись. Помню детские страшилки про черта, который в избе плакал, про ведьму, кикимор… Все это заложило во мне особое мистическое восприятие мира. Воспоминания храню в себе, иногда рассказываю питерским друзьям, для них это как сюрреализм».

Изабелла обучалась в художественной школе. Именно там она поняла, что к работе нужно подходить ответственно и терпеливо. «Мы начинали с малого: рисовали кубы, цилиндры, гипсовые призмы, учились изображать предметы по законам перспективы. Педагоги вкладывали в нас понятия света, тени, рефлекса… Этот багаж знаний выручает до сих пор, когда приходится трудиться по 14–18 часов в сутки. А такое случается часто. Художник — тяжелая профессия, и мы вовсе не бездельники, как думают многие». После школы наша героиня поступила в Ленинградское высшее художественное училище им. Мухиной. На пятом курсе по просьбе знакомых подкрашивала скульптуры в костеле Лурдской Божьей Матери. «Католикам присуща необыкновенная эстетика, меня заворожили их скульптуры. Стеклянные глаза словно живые, — рассказывает Изабелла. — Через полгода американский ксендз отец Януарий предложил прорисовать в полную величину огромный витраж, а это 3 на 4 метра. Тогда я уже вышла замуж, мы с супругом воспитывали 3‑летнего ребенка, а еще нужно было защитить диплом. Несмотря на занятость, я все-таки выполнила задание и получила заказ на 80 квадратных метров витражей. В 1990‑е увлеклась тканями. Это получилось случайно, в руки попала коробка с лоскутами из какого-то заграничного модного дома. В те времена люди одевались во что попало. Я юбку себе шила из плаща, купленного в комиссионке. А тут такое сокровище — парча, шан-жан, туаль, шифон, набивные шелка, все переливается разными цветами. Начала делать аппликации. Так я открыла еще одну дверь в мир творчества. Теперь делаю картины по своей авторской технике, использую ручную вышивку, которой обучилась еще в Саранске. Когда беру в руки ткань, чувствую, что буквально сливаюсь с материалом и даже начинаю ощущать его пластику. Стараюсь постоянно совершенствоваться, бываю в запасниках Эрмитажа, где хранитель в белых перчатках показывает шедевры вышивки шелком и золотом, экспонаты XV–XVI веков, изучаю вышивку легендарного французского кутюрье Лессажа. В последние годы выставляюсь в европейских арт-салонах и сотрудничаю с художественными галереями. Коллекционеры высоко ценят мои работы. На самом деле, выделиться из толпы художников нелегко. На фестивалях и выставках практически невозможно распознать галериста или коллекционера, поскольку они о себе никак не заявляют, стараются не привлекать внимание. Единственный способ быть замеченной — сделать по-настоящему талантливую работу. Если ценителям прекрасного что-нибудь понравится, они сами тебя найдут. В моем случае так и произошло, в какой-то момент начали раздаваться телефонные звонки от богатых людей, которые хотели приобрести мои творения. Потом поступили предложения от музейщиков. Никакого особого секрета успеха нет…»

По словам мастерицы, одно произведение создается более года. Сначала возникает идея, которую потом нужно реализовать, и придумать, как технически ее исполнить. «Бывает, представлю, как должно выглядеть изделие, а как его изготовить я понять не могу, — признается Байкова. — Советуюсь с модельерами, профессионалами в области текстиля. Если они в один голос вторят, что ничего подобного не видели, понимаю, что мой замысел эксклюзивен. В такие моменты вспоминаю слова Альберта Эйнштейна: «Все знают, что это невозможно, но вот приходит невежда, которому это неизвестно — он-то и делает открытие». Потом новый метод уже никому не кажется чем-то невероятным».

По мнению художницы, искусство не должно быть «токсичным». Многие современные картины, фильмы и спектакли отравляют душу. В своем творчестве она старается показать красоту, которая заряжает зрителя силой, избавляет от дурной энергии. Это своего рода душевная гигиена. Свои произведения Байкова ассоциирует с классической музыкой, поскольку часто работает под сочинения Вольфганга Моцарта и Иоганна Баха. Вдохновляют виды Санкт-Петербурга. «Этот город я полюбила с первого взгляда, он словно пронизан фосфорическим свечением, — улыбается Изабелла. — У меня даже есть работа «Влажность воздуха 100%», которую повторяла четыре раза. Многие коренные петербуржцы хотели ее приобрести». В Саранске Байкова последний раз была 6 лет назад. Его новую архитектуру видела только по телевизору и в Интернете. «Все церкви давно разрушены коммунистами еще до моего рождения, социализм не слишком берег народные сокровища, — поясняет собеседница. — Сейчас город растет и развивается. Многие мои земляки отмечают, что он стал очень чистым и похорошел. Люди могут любоваться цветами, фонтанами, гулять по красивой набережной. Это радует, ведь раньше на этом месте были только пыль и грязь, даже по тротуару было невозможно пройти, не испачкавшись. Очень хочется пожелать всем, кто остался в столице Мордовии, счастья, любви, выносливости, оптимизма, здоровья и везения!»

Годовые резервы

Экономика

Новости партнеров