Религия

«Мы должны пройти жизненный путь, как воины Христовы!»

novikov@stolica-s.su

Настоятель Покровской церкви села Такушево протоиерей Александр Кузяев — о защите Отечества, дорогих машинах и крестовой масти

Модно говорить о богатых попах на «мерседесах». О золотых телефонах «Верту» и сверкающей церковной роскоши. Модно ругать Церковь за немыслимые богатства, но ругатели при этом молчат о сельских приходах и о священниках в ветхих подрясниках, на энтузиазме и вере которых в храмах теплится жизнь. И если б не редкие жертвы, если б не христианская помощь аборигенов, то и служба шла бы под худой крышей, и младенцев бы крестили в корыте.

Еду к батюшке Александру в Покровскую церковь села Такушево, что в теньгушевских палестинах. Еду через пять районов. По какому-то отчаянному бездорожью после Барашева. По дремучему бору, тишину которого нарушают голодные волки, встречные лесовозы и птица выпь над болотом. С одной стороны — лагеря, с другой — заповедник. Места таинственные. А отец Александр на солнечной стороне. Стоит у обочины, щурится. У него не «мерседес». И даже не «Лексус». «Шестерка». Ржавая, но рабочая. Следуйте, говорит, за мной. И мы едем к церкви.

Батюшка пригодился там, где родился. А родился в деревне Дудниково. В 70-м году. Окончил школу, училище. И ушел в армию. Служил в куйбышевском стройбате, в иные войска не взяли по здоровью. Вернулся и проводил в родном районе газификацию, работал на кирпичном заводе, в строительных фирмах. И неспроста все — навыки теперь здорово пригодились.

В 29 лет владыка Варсонофий рукоположил Александра Николаевича в сан священника. С той поры отец Александр успел послужить в Шокше, в Веденяпине, в Стандрове, в Теньгушеве и вот уже 18 лет подвизается настоятелем Покровского храма. «Что о себе, — спрашивает, — рассказать? Мордвин. Женат. Трое детей. Священствую. Покрыл в трех церквях крыши». И замолчал и скромно улыбнулся.

Мы стоим в храме, здесь беленые стены и чистенько. Батюшке хочется поменять окна, но если средств не хватит, то и со старыми слава Богу. Батюшка мыслит огородить храм, чтоб выпивающие мужики не подожгли окурками по неосторожности. И уже материал нашел, но прихожанки не захотели видеть неказистую деревянную ограду. Может, с Божьей помощью, найдутся деньги на забор побогаче. Совсем недавно армяне-шабашники согласились перестелить полы совершенно безплатно. А чем платить? В мае приходской доход был еще справный — 12 700 рублей, в июне — 7 500, а в июле батюшка занедужил и, в лучшем случае, получится тысяч пять. Певчие тоже поют задаром. Вместо кагора иногда подкрашенная вода. О-хо-хо. На крылечко выходим поговорить.

— Отец Александр, тяжко вам здесь. Как справляетесь?

— Я знал, на что иду. Знал, что ждут трудности. Священство — это мученичество. Ну поставят меня сейчас в богатый храм, а вдруг через три года переведут? И что? Инфаркт? Инсульт? Трагедия? Мы должны пройти жизненный путь достойно, как воины Христовы. Носить крест — это милость Божия. Я вот слышал, что лет через пять к власти снова придут коммунисты и снова начнут закрывать храмы. Не знаю, правда или нет, но говорят, что западные спецслужбы пошлют террористов со стороны Сирии. Их главная цель — снять Путина. Некоторые думают, что будет лучше, но будет как всегда. Было уже в истории — сняли царя, а дальше что? Революция! В нашем храме размещалась больница, здесь аборты делали! Сейчас снова храм. Намарался человек, но Божьим промыслом очищается. Я думал всегда: как добраться до Бога? Не мог понять, как Господь общается с людьми. И однажды встретился с бабкой в селе Нароватово, чудотворицей и пророчицей. Мы много разговаривали, она меня в церковь и привела. Умерла 20 марта и меня символично рукоположили 20 марта. И я рад, что уверовал. Как бы хорошо человек без Бога ни жил, все равно он живет неполноценно. Я теперь с Богом, но часто попадаю в трясину — то озлобляюсь, то раздражаюсь. А один вообще бы не справился. Без Бога человек — инвалид. Так и живем. Добрые люди иногда помогают. Купель пожертвовали. Ребята из Саранска привезли новое кадило с бубенцами, а то прежнее совсем никуда не годилось. Так что грех жаловаться.

— Часто о судьбах Отечества задумываетесь?

— Да я же не знаю ничего. У меня и телевизор-то не показывает. Как сломался полгода назад, так и не чиню. И врачи не рекомендуют — зрение плохое совсем. Вот по осени картошку выкопаем и операцию надо делать.

Александр Кузяев

© Столица С | Вячеслав Новиков

— Сегодня день обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, который благословлял монахов на битву с врагом. А какое у вас как у священника отношение к врагам России — христианским словом их убеждать или армейской силой?

— Я вам так отвечу. Зря говорят, что Путин тратит большие деньги на Сирию. Если этого не делать, Сирия придет к нам. Россию всегда окружали. Но я не говорю про давнее время — я смотрю на нынешнюю ситуацию. Сначала били через Чечню, потом через Грузию, через Украину. Хотят перекинуть эти пожары на Россию. Это, по-моему, всем понятно. У церкви нет такой силы, чтобы воевать. Это дело военных. Человек призывается в армию и, да, должен воевать. Без этого никак нельзя, я и сам был в армии. Многие были военными: и царь Николай, и Александр Невский, и Дмитрий Донской, и Феодор Ушаков. А почему так почитается святитель Николай? Он перенес в жизни много скорбей. Не отрекся от Бога, разорял ереси, ударил Ария по щеке, его бросали в темницу, перебивали переносицу. Его хотели отстранить, потому что христианин не должен поднимать на кого-то руку, но он же сделал это не от злобы, а для того, чтобы пресечь зло. И на одной иконе Богоматерь дает ему омофор, а Христос Спаситель протягивает Евангелие. Почему мы должны воевать, если к нам придет война? Если не будем воевать, то допустим, чтобы зло распространилось на Церковь и на все общество. Зло в этих случаях остановит пуля!

— Может, оно и так. Батюшка, я вот смотрю на вашу боевую колесницу и вспоминаю, как часто ругают попов за дорогие машины…

— Тут знаете как… Если священнику подарили хорошую машину, то это неплохо. Я когда еду в Саранск на своей, то через мой организм проходит вся таблица Менделеева. Я возвращаюсь полуживым. Если бы автомобиль был чуть лучше, я бы в легкую ехал и не страдал бы так. Но думаю, что у Патриарха и у высших церковных служителей должны быть дорогие машины, а нам раздражать людей не пристало.

В деревнях все перебиваются с копейки на копейку, и если я шикану на престижном автомобиле, меня не поймут. Да и не завидую никому. А если она сломается? Если проводка замкнет? Если разобьется? Что, инфаркт опять?

— Вы говорите, служили в Шокше. А помните, там на кладбище сохранились огромные кресты на могилах?

— Да, большие дубовые кресты. Считали, что так почитался покойник. Здесь нет ничего плохого. В каждом селе свои традиции, и если это не противоречит учению Церкви, то и пожалуйста, пусть стоит пятиметровый крест. В Питере ангел на шпиле. Что пять метров шпиль, что сто метров — в этом нет никакой неправды, всюду свои традиции.

— А давняя ли история у Покровского храма?

— Сто лет, примерно, ему. Говорят, что девица Анфиса — Анфиса Петровна Зинина — руководила процессом восстановления. Ее могилка с левой стороны храма. Точных сведений нет об этом. А заниматься историей некому. По большим праздникам человек десять приходят на службу, а так — трое-четверо…

А потом мы с отцом Александром говорили и о хозяйстве, и о веденяпинском храме, и о телесных недугах, и я, между прочим, услышал от батюшки одну преинтересную штуку. Спешу поделиться с возлюбленным читателем: «Почему, думаете, Церковь запрещает карточные игры? Крестовая масть — чтобы хуление шло. На Кресте же Христа распяли, а в картах глумятся — «ты дурак, ты козел». Бубны — кованые гвозди, которыми Христа прибивали. Раньше ведь шляпки были не круглые, не заводские. Черви — это губка с уксусом, которым напоили Христа. Винни — наконечник копья, которым один воин пробил ребро. Он был слеповат, брызнула кровь на глаз, и он снова стал видеть и исповедовал, что Христос не только человек, но и Бог. В Иерусалиме, говорят, на этом месте появилась расщелина… А я вот не хочу ехать в Иерусалим, я верую без Иерусалима. Серафим Саровский говорил: «Затворись в свою клеть и будешь Бога зреть!» Так и делаю.

А после беседы батюшка сел в верную «шестерку» и укатил по нескончаемым своим делам. Добрый батюшка, пусть у него все получится.

Растлениевод

Происшествия

Новости партнеров