История

Мы могли бы перенести дату основания Саранска на 100 лет назад

Ioanno-Bogoslovskij-hram-hranit-nemalo-istoricheskih-sensacij

Иоанно-Богословский храм хранит немало исторических сенсаций.

Иоанно-Богословский храм в Саранске — старейший архитектурный памятник Мордовии. Построенная в 1693 году церковь пережила немало потрясений — нашествие Пугачева, большевистские гонения, предательство настоятеля. Долгие годы она являлась единственным действующим храмом в столице республики, а позже считалась кафедральным собором. Небольшое сооружение сохраняет исчезающую атмосферу старого города и хранит тайну его рождения. Обнаруженный при реконструкции в 1873 году артефакт мог коренным образом изменить представление об основании Саранска, но бури XX века поглотили важное свидетельство. О загадках прошлого — в материале Ольги Платоновой.

Загадки и легенды

Сегодня Иоанно-Богословский храм — последний уголок истории, который вплотную обступили каменные джунгли. Сюда горожане тянутся в поиске тишины, успокоения и доброго совета. Согласно одному из преданий, основатели Саранска были современниками царя Иоанна Грозного и могли быть свидетелями взятия Казани в 1552 году.

«Легенда эта, видимо, небезосновательна, — полагает доцент кафедры традиционной мордовской культуры и современного искусства МГУ им. Огарева Сергей Бахмустов. — В XIX веке священник и краевед о. Алексей Масловский опубликовал статью, где рассказывает об удивительной находке. Во время реконструкции Иоанно-Богословского храма в 1873 году священнослужители обратили внимание на то, что крышка престола двойная. Когда ее вскрыли, обнаружили антиминс (плат, подписанный архиереем при освящении храма — «С»), датированный 1600 годом. Надпись на нем гласила, что благословляется освящение церкви в селе Ивановское. Возможно, антиминс использовался в старой деревянной церкви, рядом с которой позднее построили новый кирпичный храм. Ее разобрали в 1824 году и перевезли в чамзинское село Маколово. В таком случае антиминс надлежит сдать в патриархат, но почему-то этого не произошло. Замечу, что в XVI веке церкви строились только на деньги прихожан и благотворителей, поэтому для ее возведения необходим был приход численностью не менее 500 человек. Значит, на момент строительства на территории нынешнего Саранска находилось достаточно большое по тем временам русское православное поселение. Чтобы собрать 500 жителей, требовалось не менее 50 лет, то есть село Ивановское появилось примерно в середине XVI века. Значит, мы могли бы перенести дату основания Саранска на 100 лет назад, если бы не одно но. При советской власти антиминс пропал… Где плат сейчас — неизвестно. Но усомниться в том, что он существовал, не могу. О находке писал очень авторитетный исследователь, честный и благородный человек».

1600 годом якобы датируется также одна из храмовых икон — образ Благовещения Пресвятой Богородицы. Но документальных подтверждений этому нет. Некоторые ученые предполагают, что лик, который сейчас находится в церкви, более позднего года написания… Образ Богоматери сегодня с трудом просматривается в потемневших красках. Обрамляют его более поздние изображения святых, пострадавшие в годы атеистического режима. «Небольшие надрезы на всех иконах свидетельствуют о том, что когда-то в них были вставлены серебряные нимбы, украшенные драгоценными камнями, — рассказывает клирик Иоанно-Богословской церкви о. Николай Чадин. — Скорее всего, их просто сорвали».

В середине XIX века много споров вызвала местная особо чтимая Владимирская икона Божией Матери. «Похожий образ хранился во Вьясской пустыни — мужском монастыре Пензенской епархии, — продолжает краевед Сергей Бахмустов. — Долгое время обе стороны пытались выяснить, какая икона древнее. В конце концов знатоки пришли к выводу, что вьясский образ является позднейшей копией. Это возмутило насельников монастыря. Тогда епископ Пензенский Варлаам принял соломоново решение — назначил новую «экспертизу», которая для верующих была достаточной. Выбрали трех невинных отроков и велели им приложиться на свое усмотрение к одной из икон. Все подошли к вьясской, в этом усмотрели знак свыше».

Изначально Владимирская икона находилась в Петропавловском монастыре. После его закрытия в 1928 году она некоторое время путешествовала по церквям Саранска, пока не попала в Иоанно-Богословскую. Когда большевики в 1939 году закрыли и этот храм, образ Божией Матери передали в краеведческий музей города. Туда же, кстати, с разницей в несколько месяцев попала и вьясская икона. В книгах поступления от 1939–1940 года они значатся обе. Но во время первой послевоенной инвентаризации в 1955 году их в фонде музея не оказалось. И если одна икона появилась в Иоанно-Богословской церкви, то вторая бесследно исчезла. Какой именно образ сохранился в Саранске, исследователи с уверенностью сказать не могут. Есть вероятность, что в Богословском храме сегодня находится вьясский образ. Сомнения может развеять несложная экспертиза, но на нее пока не соглашаются представители церкви…

Тем не менее сегодня чтимый список чудотворной Владимирской иконы Божией Матери известен далеко за пределами Мордовии. Поклониться святыне приходят многие верующие. Получившие утешение оставляют в благодарность золотые кресты, цепочки, кольца, серьги и прочие драгоценности. Патриарх Алексий служил перед образом молебен, когда впервые приезжал в Саранск. «Чудодейственность иконы описывалась еще в дореволюционные годы, — говорит отец Николай. — Оставленные украшения подтверждают, что молитва возле нее реально помогает людям».

Икону Божией Матери «Знамение» в храм когда-то принесли прихожане. Откуда, сегодня уже никто не вспомнит. По словам Сергея Бахмустова, в начале 2000-х она особо почиталась братвой. «Я наблюдал забавные сцены, когда на Рождество и на Пасху в очередь к образу выстраивались местные бандиты при свите и охране, — рассказывает краевед. — Крестились, ставили самые толстые свечи. Следующая группа их выкидывала и ставила свои. Так продолжалось до конца службы. Они верили, что икона оберегает от пуль».

Оборона

В 1938 году большевики постановили снести Иоанно-Богословскую церковь, но в самый мрачный период репрессий прихожане не побоялись выступить против властей. «Нашелся архитектор, который сделал вывод, что храм находится в аварийном состоянии и грозит обрушиться на головы верующих, — говорит Бахмустов. — Тогда бабушки, которые составляли основную часть прихода, устроили тихий бунт. Часть из них запиралась внутри, остальные по очереди дежурили с палками у ворот. Каждый непрошеный гость получал от них по заслугам».

Тем временем председатель церковного совета Агафья Ефимова направила в Москву жалобу на решение горсовета и президиума ЦИК МАССР. В письме говорилось, что здание «вполне пригодно к скоплению в нем верующих, никаким авариям подвержено быть не может… Нисколько не сомневаюсь в том, что верховная власть РСФСР в лице президиума ВЦИК оборотит на это должное внимание и голос 640 верующих нашего прихода не будет гласом вопиющего в пустыне, ибо верховная власть, как нам хорошо известно, совсем не против того, чтобы верующие отправляли свои потребности в обычном порядке…»

В этом противостоянии набожные бабушки одержали частичную победу — церковь не разрушили, а только закрыли. В одной ее части разместилась художественная школа, в другой — рыбный склад. «В годы войны один саранский подросток имел неосторожность посетовать по поводу того, что народ страдает от голода, когда под носом столько рыбы, — рассказывает Сергей Бахмустов. — Парня без лишнего шума арестовали и влепили немалый срок. Он вернулся из заключения в Саранск, долгое время скрывал свою судимость. Был талантливым человеком, самодеятельным художником».

Службы в Богословской церкви возобновились в 1944 году. Спустя два года храм заново расписали и освятили. Очередная угроза над ним нависла в 1960-е годы. Очередной настоятель не мог найти общего языка с прихожанами и перед уходом решил свести счеты. Пошел в горсовет и заявил, что для города с небольшим количеством верующих две действующие церкви — Иоанна Богослова в центре Саранска и в Макаровке — много. Поэтому одну нужно закрыть. Снова на защиту старейшего храма вышли прихожанки с палками и опять его отстояли. «Я бы этим бабушкам памятник поставил!» — признается ученый.

Архитектура

В образе Иоанно-Богословской церкви отразились несколько эпох. В архитектуре старейшей части XVII века прослеживается древнерусский стиль, который стал укореняться на Руси во времена Патриарха Никона. Он выражается в пятиглавии. Также наложило отпечаток русское барокко. «Об этом говорят килевидные наличники, похожие на опрокинутую лодку, — поясняет Сергей Бахмустов. — Особенно мне нравится портал над входом, который из-за многослойности кажется очень глубоким. Неуловимое сжатие его верхней части является интересной декоративной находкой и также намекает на северное происхождение. Ничего подобного в Мордовии больше нет. Еще одна хитрость зодчих — аттик, необходимый для того, чтобы сделать крышу достаточно пологой, сохранив высоту свода. Некоторые исследователи считают, что храм возводили нижегородские мастера, другие — что московские. При этом проект достаточно типовой, похожие памятники архитектуры встречаются вплоть до Кольского полуострова».

Старейший храм Саранска достраивался в первой трети XVIII века. Приход рос, и церковь, изначально рассчитанная лишь на 300 человек, не вмещала всех верующих. Появилась трапезная, которая выполняла функции зимнего храма. Позже ее расширили, тем самым увеличив общую площадь церкви вдвое. В конце XVIII века московские зодчие возвели трехъярусную колокольню в стиле так называемого провинциального классицизма. С тех пор серьезным переделкам Богословская церковь не подвергалась. Лишь несколько лет назад ее фундамент обложили плиткой. Есть мнение, что современный материал значительно снизил архитектурную ценность здания.
«Ничего подобного! — возражает Бахмустов. — Кирпич начал подгнивать, поэтому его нужно было как-то укрепить. По большому счету, чтобы обнаружить настоящую высоту здания, нужно снять не меньше 70 сантиметров грунта. Кстати, под асфальт закатаны могилы священников церкви и основных ее благотворителей. Кого именно, неизвестно. Это тема отдельного исследования».

Храм Иоанна Богослова особенно великолепно смотрелся на фоне деревянных изб, садов и огородов, а сейчас кажется совсем маленьким рядом с многоэтажками. Тем не менее многие горожане тянутся к нему, минуя эффектный кафедральный собор.

«Меня часто спрашивают, почему новый храм воспринимается как музей, — говорит отец Николай. — Думаю, должно пройти время. Богословская церковь намолена многими поколениями. Столько слез здесь выплакано, столько высказано надежд! Даже многие неверующие люди обретали в этих стенах покой и радость»


Тем временем: В Саранске увековечили память о мордовской сказительнице Мемориальную доску в честь первой мордовской сказительницы Ефимии Кривошеевой установили 20 ноября на саранском доме № 16 по улице Мокшанской. В торжественном мероприятии приняли участие заместитель министра печати и информации РМ Анатолий Столяров, председатель Союза писателей РМ Александр Доронин. Почетным гостем стал старший внук Кривошеевой Михаил Одеров, которому на днях исполнилось 89 лет, а также ее внучка и правнучка — Ольга и Анжелика Горбуновы. Устное творчество неграмотной сказительницы дошло до нас благодаря ее сыну Илье Петровичу – основоположнику эрзянской поэзии, члену Союза писателей СССР, заслуженному учителю МАССР. Одним из самых известных произведений является «Лайшема Кировдо» («Плач о Кирове»). Внучка Ольга утверждает, что «искусству плача» бабушку научило собственное горе: «У Ефимии Петровны было 11 детей, из которых 7 она похоронила…» «Она воспитывала меня и троих братьев как мать, была строгой и заботливой, — говорит Михаил Одеров. — Я участвовал в войне с Японией, служил в Корее. Недавно мне присвоили звание почетного жителя Лямбирского района…» Родственники сказительницы надеются, что потомки не забудут творчество Ефимии и Ильи Кривошеевых, которые внесли огромный вклад в мордовскую литературу.

Саранск спас Рыжика!

Общество

Грязнов и кровь

Происшествия

Новости партнеров