Город

Ртуть в никуда

Работники самого вредного на «Лисме» 8-го цеха требуют через суд компенсации за потерянное здоровье, но им выплачивают лишь копейки…

 

Ольга Дедкова — одна из тех, кто пыталась добиться справедливости через суд... Ольга Дедкова — одна из тех, кто пыталась добиться справедливости через суд…

В Саранске живет несколько тысяч человек, которые имеют официальный статус «работник вредного производства». Начиная с 2009 года в городские суды поступило более 30 исков от трудящихся «Лисмы». Они требовали компенсации за вред, причиненный здоровью. Многолетнее отравление ртутью вызвало потерю трудоспособности — от 10 до 40%. Истцы требовали от 500 тысяч до нескольких миллионов рублей. Но, согласно судейским решениям, размеры выплат в итоге были значительно уменьшены — от 13,5 до 45 тысяч рублей. А некоторые светотехники вообще ничего не получили. Руководство «Лисмы» каждый раз отказывалось признавать исковые требования, ссылаясь на тяжелое финансовое положение предприятия. Подробности — в материале ИРИНЫ КУЗНЕЦОВОЙ.

 

Дедкова

Один из последних исков к «Лисме» подала 47-летняя работница цеха № 8 Ольга Дедкова. У нее зафиксирована профессиональная ртутная интоксикация легкой степени. «Легкость» проявляется в сильных головных болях, высоком артериальном давление, онемении стоп и больных суставах. Женщина в качества компенсации морального вреда запросила 500 тысяч рублей, но служители Фемиды определили ей выплату в размере 25 тысяч…

Ольга Дедкова пришла на «Лисму» в 1989 году. У молодой девушки из пригородного села Солдатском особых перспектив не было — на руках маленькая дочка, которую нужно кормить и одевать. Молодая мама устроилась на завод по совету тети. На «Лисме» получали приличную по тем временам зарплату, отпуск был гораздо больше, чем на других предприятиях, к тому же бесплатно кормили. «До этого я работала на приборостроительном заводе, где выходило по 150 рублей в месяц, — вспоминает Ольга. — А здесь платили в два раза больше…» Она трудилась откачником-вакуумщиком в печально известном ртутном цехе № 8, который был построен еще в 1961 году. В 1983-м городская СЭС своим постановлением запретила эксплуатацию опасного производства. Но местные власти и руководство предприятия закрыли глаза на такое решение, а городская общественность весьма равнодушно отнеслась к проблеме. В конце 1990-х акционерное общество «Лисма» давало около 70 % общероссийского выпуска источников света самого разного назначения. Предприятие ежегодно потребляло 4400 кг ртути (58,7 % от всей электроламповой промышленности страны). На производстве терялось около 800 кг этого металла. В том числе 80 кг уходило в атмосферу, 180 — в сточные воды. Кстати, соединения ртути очень легко усваиваются человеческим организмом. Через воздух они быстро попадают во все органы…

В цехе, где трудилась Ольга, производили люминесцентные лампы. Женщине приходилось работать с самой опасной — открытой ртутью. «Нам о вредности тогда никто не рассказывал, — вспоминает женщина. — Да и поначалу не замечала особых проблем со здоровьем. В этом же цехе работал мой муж. Опасное производство аукнулось нам примерно 15 лет назад…» Из-за постоянных головных болей и ломоты в суставах женщина обратилась к врачу. «А чему вы удивляетесь? — воскликнул он. — Вы же работаете в ртутном цехе!» В 2008 году ей установили 10-процентную степень утраты трудоспособности по профзаболеванию. У Дедковой диагностировали хроническую ртутную интоксикацию легкой степени по гипертоническому типу. У ее супруга аналогичный диагноз. Но состояние здоровья в последние годы сильно ухудшилось. На ногах открывались трофические язвы. Но в этом случае речи об инвалидности не идет. Третья группа сотрудникам вредных производств дается лишь тогда, когда трудоспособность утрачена на 30—40 %. «Мы раньше не знали, что есть закон, дающий право на денежную компенсацию работникам вредного производства, — говорит женщина. — В суд побудила обратиться обида не только за себя, но и за всех, кто там трудился. Все мои коллеги имеют проблемы со здоровьем — сахарный диабет, онкология, заболевания сосудов. А государство нас не защищает! Мы никому не нужны!» После 2003 года производство пошло на убыль. Многие светотехники попали под сокращение. Если раньше работало 30 линий, то теперь всего три. Сейчас трудящихся, как и раньше, привлекают хорошей зарплатой. «Например, когда набирали людей в новый цех, обещали 40 тысяч, — рассказывает Ольга. — Для Саранска это очень хорошие деньги…»

На судебном заседании представитель предприятия отказалась признать иск, мотивируя это тем, что сотрудница знала, в каких условиях работала, и могла бы уволиться в любой момент. «А куда идти? В 1990-е работы вообще не было, — вспоминает Дедкова. — У меня был такой момент, когда, проработав 14 лет, я уволилась. Но меня нигде не взяли. Простояв безрезультатно несколько месяцев на бирже труда, вернулась назад». Представитель «Лисмы» заявила, что у предприятия тяжелое финансовое положение, к тому же сумма компенсации сильно завышена. В итоге Пролетарский райсуд принял решение о выплате 25 тысяч рублей. Такую же сумму должен получить муж Ольги. Хватит ли этих денег, чтобы восстановить здоровье? Ответ очевиден… Но супруги и этому рады. По их словам есть такие, кто вообще не получил ни копейки…

Другие

Получилось так, что трудом десятков тысяч людей, многие из которых стали инвалидами, воспользовалась кучка представителей мордовской «элиты» во главе с Владимиром Литюшкиным... Но с нужными людьми он поделился… Получилось так, что трудом десятков тысяч людей, многие из которых стали инвалидами, воспользовалась кучка представителей мордовской «элиты» во главе с Владимиром Литюшкиным… Но с нужными людьми он поделился…

В 2011 году в суд с иском о выплате 900 тысяч рублей обратилась еще одна сотрудница цеха № 8. На «Лисме» она трудилась с 1978 года контролером стекольного производства, затем цокалевщицей, откачником-вакуумщиком, резчиком стеклоизделий. Ее уволили в 2001 году в связи с сокращением штата. Медико-социальная экспертиза установила, что 30-процентная степень утраты трудоспособности связана с профзаболеванием, которое она получила 1990 году. Согласно документам, главные причины — несовершенство технологий, оборудования, рабочего инструментария, неэффективная система вентиляции и кондиционирования воздуха, отсутствие защитных средств. Но суд отказал женщине в компенсации, так как страховой случай произошел с ней в 1990 году. А законодательный акт вступил в силу через два года…

лисма_0-19 «Лисма» стала источником обогащения для очень узкой группы людей. Или нелюдей?..

Похожий случай произошел с еще одной жительницей Саранска, получившей профессиональное заболевание на работе в ртутном цехе. Согласно акту расследования, причиной возникновения профзаболевания являлась повышенная загазованность воздуха рабочей зоны вредными веществами. Концентрация паров ртути составляла 40—60 ПДК. Но диагноз женщине был поставлен в 1989 году, после чего она ушла на пенсию. В возмещении морального вреда было отказано.

Тем временем иски от сотрудников «Лисмы» продолжают поступать. Один из них сейчас рассматривается в Пролетарском райсуде…

340x240_mvno_stolica-s-noresize