Город

В Саранске бомж «прописался» в шалаше на берегу реки

На берегу реки Инсар стоит хижина, которую построил 68-летний бомж Владимир Лукич. Здесь он обитает уже два года. Жить за счет государства в доме престарелых мужчина категорически отказывается, называя его тюрьмой. Чтобы добраться до Лукича, нужно пройти сквозь кустарники высотой с человеческий рост. Преодолели тернистый путь и побеседовали с одиноким отшельником АННА ОПРАВХАТ и АРТЕМ АРТАМОНОВ (фото).

 

Заботливый хозяин усадил журналистов «С» на бревно, взял топор, нарубил веток, развел костер и добродушно улыбнулся: «Сейчас комары не так сильно кусать будут!» «Владимир Лукич, мы вам пива холодного принесли — угощайтесь!» «Ой, ну что вы! Неудобно как-то, — засмущался мужчина. — Спасибо, конечно. Дорогое, наверное?»

Он рассказал, что когда-то отсидел срок за кражу. В Мордовию приехал семь лет назад из Забайкалья. Пробовал трудоустроиться, но удавалось находить только временные заработки. Помотавшись по республике и разочаровавшись в мирской жизни, построил хижину на берегу Инсара. Кстати, выглядит она вполне добротно — из древесных плит, стены обиты соломой, даже окошко есть. Внутри матрас, посуда, инструменты, а в центре висит икона. «Я ведь тут два года уже, — говорит Лукич. — Мой дом выдерживает и мороз, и жару. Помните, какая недавно гроза бушевала? И все стены остались целыми и невредимыми…»

Его хижина небольшая, но очень уютная. Хозяин построил ее с любовью. Для Лукича важно, что у него есть место, где можно отдохнуть после каждодневных скитаний в поисках еды. Возле входа лежит газета с хлебными крошками. «Это для птиц…» — поясняет Владимир…

В родном Забайкалье у нашего собеседника остались взрослые дети, о которых он говорит с неохотой: «У них свои семьи. Разве я им нужен?!» Заметно, что тема эта для Владимира наболевшая, поэтому стараемся ее не продолжать. Сейчас мужчина живет на деньги, которые удается выручить за сдачу металлолома, их хватает разве что на хлеб, консервы и курево. «Пачка табака стоит 50 рублей, меня такая цена пока устраивает, — говорит мужчина. — А для здоровья лучше самокрутка, чем сигареты, в которых одна химия…» Недалеко живет сердобольная учительница Елена, которой Лукич помогает с огородными делами. За это она приносит кое-какие продукты и разрешает пользоваться колодцем, ведь воду из Инсара пить нельзя. «В этой речке лучше не купаться, отравленная она, — рассказывает Лукич. — Правда, помню, как однажды поспорил с одним парнем, что смогу ее переплыть два раза без остановки — и… переплыл!» Следует сказать, что в свои 68 лет Владимир находится в отличной физической форме. Нельзя утверждать, что он недоволен своей участью, ведь жить в доме престарелых совсем не хочет. «Все местные полицейские меня хорошо знают, — поясняет мужчина. — Много раз предлагали документы восстановить и жить за счет государства. Но я не инвалид! И в казенный дом не пойду! На самом деле там хуже, чем в психушке и тюрьме…»

В этой хижине Лукич живет уже два года. И ее он не променяет ни на что В этой хижине Лукич живет уже два года. И ее он не променяет ни на что

Лукич — вполне здравомыслящий человек. Спиртным не злоупотребляет. Самым ценным в жизни считает свободу. Старается с пониманием относиться к окружающим.

«Разве можно судить кого-то по обоям в доме или количеству машин? — размышляет отшельник. — Нельзя. В человеке главное — гармония и доброта. А судьба у каждого своя, ее не выбирают… А я что? Я не бездомный, сами видите — дом построил…» Лукич не строит никаких планов, живет одним днем. И одиночество ему не страшно. У него есть река, хижина, костер и учительница Елена… Прощаясь, оставляем Лукичу немного денег. «Спасибо, ребята. Главное — родителей своих не забывайте…» — вздыхает он…

340x240_mvno_stolica-s-noresize