Общество

«Я смотрел на себя в зеркало и плакал — на мне не осталось живого места, чтобы воткнуть шприц в вену…»

Наркоман со стажем — о «марафонах», попытках уйти из жизни и побеге из ада.

По данным минздрава, ежегодно в России от употребления наркотиков умирают 8 тысяч человек, более 250 человек в сутки становятся наркозависимыми. Достоверно можно сказать лишь одно: все виды наркотиков неминуемо приводят к безвременной смерти. Есть только один шанс выжить — обратиться за лечением и навсегда распрощаться с пагубными привычками. Один из таких примеров избавления — история 32-летнего жителя Саранска по имени Дмитрий. 17 лет своей жизни он провел под кайфом. Перепробовал все — от марихуаны до героина. Неоднократно пытался покончить с собой. И лишь после обращения за помощью в реабилитационный центр смог побороть бесконечное желание потреблять еще и еще. «Когда сейчас я слышу, как человек говорит: «Я могу остановиться!», я с болью понимаю: нет, ребята! Наркотики ставят всех на колени, независимо от пола, возраста и социального статуса. Это лишь дело времени…», — признался он Екатерине Смирновой.

«В первый раз попробовал наркотики в 10 лет, — начинает рассказ Дмитрий. — Это было в Екатеринбурге. Муж сестры потреблял героин и прятал «чеки» по всей квартире. Я нашел один из них за косяком двери в туалете. Понимал, что от этого порошка можно словить кайф, и попробовал. Но «прихода» не ощутил. Наоборот, меня затошнило и стало плохо… Но я твердо решил, что попробую когда-нибудь еще».

Он вырос в Саранске. Был младшим ребенком в многодетной семье. Признается, что с детства все шалости сходили ему с рук. Когда старший брат застал его, третьеклассника, с сигаретой, сильно отпорол. Но уроком для сорванца это не стало. Уже со школьной скамьи он начал пропадать на улице. В 13 лет в детском лагере попробовал «травку». «Зелье» пришлось по душе. Появилось ощущение легкости и беспечности… «Это было так называемое розовое потребление — состояние, при котором от наркотиков тебе все еще хорошо и нет ломки. Ты расслаблен и совсем не думаешь, во что это может вылиться. Тем более я всегда был уверен в том, что в любой момент могу бросить курить!»

Уже в училище Дмитрий вместе с одногруппниками ходил на заброшенный участок за рынком «Заречный», который был практически весь засеян коноплей. Молодежь рвала ее, измельчала и сушила. Варила молоко. Без «косяка» у юноши уже не проходил ни один день…

Несмотря на частые загулы, Дмитрию удалось защитить диплом на «пять». Признается, что планов на взрослую жизнь не было. Парень еще никак не мог отвыкнуть от беспечной жизни и понять, что пора устраиваться на работу и заводить семью. Дмитрия манила улица, где он стал пропадать с друзьями-соупотребителями. Пристрастился к алкоголю, чередуя наркотики с водкой. Чтобы домашние не догадывались о его «интересах», оставался после «сеанса» у друзей, закапывал в красные глаза капли, отбивал запах жвачкой. Затем начались проблемы с законом, о которых наш собеседник не хочет говорить. Отмечает лишь, что они были связаны с потреблением. От проблем пришлось уехать в другой город, где Дмитрий принялся за наркотики с новой силой. Сомнительные знакомые, грязные квартиры, беспорядочные сексуальные связи стали для него обыденностью. «Что я делал? Ничего! Вел асоциальный образ жизни. Стал употреблять тяжелые наркотики все чаще. Думал, они помогают мне избавиться от жизненных проблем, поднять настроение, снять стресс и стать раскрепощеннее. Но это все иллюзии. Чем больше я потреблял, тем ниже опускался…»

Спустя несколько лет Дмитрий вернулся в Саранск. Все еще чувствовал, что есть силы начать жизнь заново. Встретил девушку, женился. О пагубных привычках предупреждать избранницу не стал — стыдился признаться, что он наркоман. Пара расписалась, на свет появилась дочь. И в этот момент, когда супруге больше всего нужна была его поддержка, Дмитрия понесло. Он мог уйти из дома в тапочках за хлебом и прийти на следующее утро в грязной и рваной одежде. На телефонные звонки не отвечал. Когда супруга поставила ультиматум: или наркотики, или семья, даже не стал задумываться: совершил квартирную кражу, чтобы проколоть похищенные деньги. Все до копейки потратил на «зелье». Дмитрия задержали. Суд приговорил его к 2,5 года лишения свободы. Отбывая наказание в колонии общего режима, продолжал употреблять. «Это был 2007 год. Наркотики текли в колонию рекой… Мы знали, как, почем и у кого их достать. Я слышал, что на воле в то время стали открываться ларьки по продаже спайсов. Такой легкой, как говорилось, курительной смеси… Они пришли и на зону. Но там я их не решился попробовать».

Зато отметил «синтетикой» возвращение на свободу. Привыкание возникло уже на второй день. «Это было какое-то безумие. Мне было плохо, когда я их потреблял, и плохо, когда они заканчивались. А заканчивалось все быстро, и постоянно нужно было искать деньги, чтобы купить еще». Так называемый марафон — беспрерывное потребление — у Дмитрия длился восемь месяцев. Он похудел на 30 килограммов. Не мог есть, спать. Спайсы полностью подчинили его мозг. «Помню, как стоял, смотрел на себя в зеркало и плакал — на мне не осталось живого места, чтобы вставить шприц в вену…»

Только тогда родственники поняли, что с сыном что-то творится. Мать отметила его подозрительную худобу. Вместе с отцом отправила в больницу сдать анализы. И Дмитрий признался, что давно уже сидит на наркотиках… Родные пытались воздействовать на него уговорами. Но что такое для потребителя просьба близкого бросить? Пустой звук. Не больше… «Я вообще не думал, что я уже наркоман. Мне казалось, что меня никто не понимает! Меня не слышат! Только потом я понял, что я сам тогда их не слышал… Я скажу вещь, которая многим покажется эгоистичной, но она реальна: родственникам потребителей стыдно иметь в семье наркомана или алкоголика, рассказать об этом окружающим. Тем самым они способствуют дальнейшему потреблению близкого человека. Пытаются воздействовать уговорами, которые, по сути, бесполезны. Ты приходишь домой и просишь денег. Отчаянно врешь, что просишь другу на день рождения или на хлеб. Они понимают, что на дозу просишь, и все равно дают… Моя мать швыряла мне деньги, лишь бы только меня не видеть. Кричала, что лучше бы я умер…» Но умер не Дмитрий, а его зять, от передозировки. Скончался так же, как и десятки других молодых людей, чью смерть наш собеседник видел на расстоянии вытянутой руки. «Мы вытаскивали соупотребов на улицу, понимая, что они уже мертвые. Вызывали «скорую» и убегали…» Он вспоминает, как его «потребленные» товарищи пытались откачать уже посиневшие трупы. Жали покойникам со всей силы на грудную клетку до тех пор, пока их не оттаскивали более-менее вменяемые наркоманы…

До своей «точки» в наркомании Дмитрий дошел в 2011 году. На тот момент он уже жил с девушкой, которой надоели его загулы. Она взяла шприц и выбросила за дверь со словами: «Или уходишь вслед за ним, или остаешься со мной и живешь нормальной жизнью!» «Угадайте, что я выбрал? Конечно, девушку! А через час судорожно искал на лестничной клетке выброшенный ею шприц, которого там уже не оказалось. И я начал пить…»

Конечно, алкоголь не приносил такого эффекта, как наркотики. Но ни сил, ни здоровья, ни возможностей искать деньги на дорогостоящее «зелье» у Дмитрия уже не было. Так прошло еще два года. А когда под рукой оказалась доза «синтетики», он вновь стал колоться. И с таким остервенением, словно мстил сам себе! «За эти семь месяцев очередного «марафона» я прошел семь кругов ада. Бесконечные попытки суицида, передозировки, проблемы с правоохранительными органами, аварии… Я не хотел жить, я смысл жизни потерял. Близкие говорили: «Когда тебе надоест — позвони, мы тебе поможем!» А я отвечал, что у меня все ОК! Я пытался остановиться, но не мог. И в итоге сознательно сделал себе передозировку, чтобы умереть…» Пять дней Дмитрий провел в коме. Когда очнулся, в палате находился брат. «Ты поедешь в реабилитационный центр!» — сказал он и забрал родственника в Пензу. Там на нашего собеседника, по его словам, словно сошло озарение. «Там были все такие же, как я. У всех одна история. Меня понимали, я понимал их. Объясняли простыми словами, как нужно бороться со своей зависимостью. Спустя месяц я подумал: я все и так знаю, зачем мне проводить здесь полгода? И сбежал…» Домой под осуждающие взгляды близких идти не хотелось. Дмитрий направился к соупотребам. И все пошло по новой… Вскоре скончался отец. У мужчины остановилось сердце. Дмитрий признает, что отчасти стал причиной его ранней смерти… После похорон Дмитрий начал потреблять «зелье» с новой силой, без передышки. «Все было черно-белым вокруг. Мне было наплевать на мать, брата, сестру. На всех моих близких! Я перестал с ними общаться. Думал, что лучше сдохнуть, чем просить о помощи…»

Однажды в его дверь постучали незнакомые люди. Они оказались консультантами реабилитационного центра «Вершина», которых пригласили отчаявшиеся родственники. И в жизни нашего героя наконец-то появился просвет. Он больше не убегал — понял, что это и есть спасение и на себя просто нельзя надеяться. Прошел всю программу от начала и до конца. Спустя полгода вернулся в Саранск. Первым делом навестил дочь, которой сейчас уже 11 лет. Но самый большой страх был перед общением с родными. «Я не знал, что им сказать. Думал, что они не поверят, что я начал жить заново! И решил доказать все не словом, а делом. Стал помогать матери. Сегодня я живу у нее. После смерти отца понял, что такое уход близкого. И что нужно каждый день проводить с родными. Мама уже состарилась за это время. И я хочу, чтобы каждый ее день на этой земле был счастливым».

Сегодня Дмитрий трудится на двух работах. Задействован в реабилитации потребителей. «Я понимаю, что, если возьму в руки стакан, не смогу себя контролировать. Я просто умру. И мне просто страшно вернуться к тому, от чего я ушел. Не скажу, что сегодня мне легко живется. Но, вспоминая, как я зимой в сланцах шел ночью на другой конец города за дозой, становится легче. Моя жизнь сегодня меня полностью устраивает. Я стал замечать погоду на улице и улыбки прохожих. А еще пять месяцев назад я бросил курить. Применил те же методы, которым меня научили в «Вершине». Я думаю, наркоманию нельзя побороть только законодательными мерами. Нужно проводить большую профилактическую работу среди населения, особенно со школьниками. Когда сейчас я слышу, как человек говорит: «Я могу остановиться!», с болью думаю: нет, ребята! Наркотики ставят всех на колени, независимо от пола, возраста и социального статуса… Как я беседую со своей дочерью? Я рассказываю ей все как есть. И мне очень страшно за своего ребенка. Я не хочу, чтобы она повторила мою судьбу…»

Материал подготовлен при поддержке реабилитационного центра «Вершина-Саранск». Тел. 8-927-276-00-84 (консультант Ренат Нугаев).

Новости партнеров