Общество

Фильмы недели: Рокковые «Тачки 3», горьковатые «Очень плохие девочки» и сумеречный «Весь этот мир»

kandyshev@stolica-s.su

«Тачки 3»: ваша остановка!

«Ты в ответе за тех, кого приручил» — вторил герой известной сказки. Фраза в полной мере подходящая для великой анимационной студии «Pixar», которая не будет преувеличением сказать, что уже приучила нас к поставке шедевров мультипликационного искусства. «В поисках Немо», «Рататуй», «ВАЛЛ-И», «Вверх» и недавняя «Головоломка» — ослепляющие звезды нашего темного небосклона. В отличие от настоящих небесных светил, многие из которых нереальнее призраков, эти космические объекты сохранят свою энегрию на долгие годы. Правда любые даже самые изощренные эпитеты не отражают и малейшей части заслуг, творящих там волшебников. Истории о семье, самопожертвовании, героизме, преодоления себя, взрослении, то есть с чем мы стакиваемся каждодневно, потрясают твое воображение невероятной изобретательностью и завораживающей глубокомысленностью авторов картин. К сожалению, даже эта репутация позволяет разного рода злым языкам обвинять студию в расчете и корысти, когда они не поражают твое сознание новой лентой, а лишь презентуют хорошую работу.

Особенно эти недовольства распространяются сейчас, когда «Pixar» стал возвращаться к своим оригинальным историям и делать их сиквелы и приквелы. Конечно, если рассказ требует логического продолжения, то мы можем заново открыть для себя уголки, в казалось бы изведанном ранее мире. «История игрушек» тому наглядное подтверждение. В целом, каждая из трех частей о приключениях ковбоя Вуди и ко* оказались успешными. Они стали популярными у зрителей, выгодно показали себя с коммерческой точки зрения, и снискали одобрение критиков. При этом трилогия, которая вскоре разрастется до тетралогии, поставила, возможно, одну из самых трогательных сцен прощания в истории кинематографа, которую возможно оценить, лишь посмотрев ее полностью. Также «Корпорация монстров» закончилась, вполне удобным финалом для всякого рода инсинуаций. Однако в «Pixar» совершенно резонно заметили возможность – поведать нам не вторую часть приключений Джеймса Салливана и Майка Вазовского в роли руководителей Фабрики смеха, а приоткрыть куда более интригующую историю их знакомства в ленте «Университет монстров». Тем самым авторы развернули историю на 180 градусов и получилась другая история с новыми локациями, но сохранившая ключевой посыл первого фильма: Не общественное мнение должно определять твою судьбу, а «Говорящая шляпа»… Хотя, это из другой сказки. Впрочем, если вспомнить, она также не претендовала на роль Фемиды, а лишь прислушалась к собственному желанию Гарри. Пожалуй, термин оригинальный сиквел справедлив и в отношении прошлогодней ленты «В поисках Дори», приоткрывшей нам тайну забывчивой, порой очаровательной и ни в меру раздражающей рыбки-хирурга. Конечно, переплюнуть напряжение и коллаборации оригинального мультфильма 2003 года Эндрю Стэнтону, двухкратному оскароносцу и автору обеих картин, не удалось. Отчасти, потому что яркий персонаж второго плана способен затмить своей игрой порой обыденного и серого главного героя. Однако, колорит «второго пилота» может тут же потеряться, как только он выйдет на авансцену. Другое дело, не всегда продолжения картин получаются осмысленными и последовательными, оставляя после себя явный налет заурядности и авторского самоповтора. Важно почувствовать условный момент недосказанности, дабы этого не произошло. «Тачки 2» повторили ошибку «в поисках Дори», выдвинув вперед не Молнию Маккуина, а его лучшего друга Метра. Поставив все действие вокруг «второго пилота», они разрушили всю канву первого фильма. Даже изменение жанра с семейной комедийной мелодрамы до авантюрного и остросюжетного шпионского боевика в духе «Джонни Инглиша» или «Розовой пантеры» не помогло картине найти такой же отклик у зрителя.

В первой части мы увидели, как в целом юный и дерзкий выскочка вынужден почувствовать ответственность и за себя, и за тех, кто вокруг него, изменяя свой радар Яцентризма на Мыцентризм, не жертвуя при этом индивидуальностью. Отсюда и возникший диссонанс после просмотра сиквела, куда все уходит антураж и экшен, проигнорировав свойственненый авторам «Pixar» психоанализе. Был риск, что и третья часть истории о мире «Тачек» станет продюсерским нежели авторским проектом. По счастью этого не произошло. Третий фильм настолько продолжает историю первого, как уже упомянутые «Университет монстров» и «В поисках Дори», и не сбивается на экшен (хотя он там присутствует в отличной форме).

Потеряв своего наставника Дока Хадсона, Молния Маккуин, постепенно теряя возможность конкурировать с более технологичными спорткарами, становится перед выбором. Либо уйти из мира автогонок, превратившись в обезличенный коммерческий бренд, либо попытаться выйти на новый уровень. Почувствовать момент, который как верно заметил один героев третьих «Тачек» «подскажут новички», трудно, но исполнить неимоверно сложнее. В итоге перед нами та же история о выборе между очаровательной, но «бесполезной жестянкой, и отталкивающей, но ценной, самодостаточностью.

«Очень плохие девочки» — селфи «американской мечты»

Перед нами очередной «Мальчишник в Вегасе». Только на этот раз вместо Зака Галифианакиса («Бердмен», ) и Брэдли Купера («Мой парень псих», «Снайпер») — Джиллиан Белл («Мастер», «Мачо и ботан 2») и Скарлетт Йоханссон («Мстители», «Призрак в доспехах») соответственно.

Все сделано по всем канонам. Герои устраивают вечеринку по какому-то значительному поводу. Они были дружны ранее, но по большей части юные скрепы уже порядком заржавели. Отсюда возникающая недосказанность и напряженность между когда-то неразлучными подругами. Разумеется, все быстро возвращается на круги своя, поскольку им удается вспомнить — с чего началась их дружба. Тут же происходит раскаяние в наговоренных от злости гадостях. Все находят любовь, хотя и особенных шансов не было. Даже случайная встреча на заправке соединяет одинокие сердца. Гимн толерантности и американской мечте. А также их праздности и легкомысленности. Волшебным образом убийство и попытка его скрыть оборачивается для всех героев «хэппи-эндом». Каждый получает, что заслужил и о чем он мечтал. Героиня Скарлетт Йоханссон (как же приятно ее увидеть не спасающей мир, а его строящей) – политический деятель, в один миг набирает популярность у электората, хотя ранее была от этого далека. Ее бойфренд-тюфяк, проводящий мальчишник за дегустацией вина совершает героический переход через пустыню Невада и не только снова завоевывает сердце красавицы, а спасает ее жизнь. Сказка скажете вы – жизнь утверждаю я. Пожалуй, героиня Кейт МакКиннон («Субботним вечером в прямом эфире») вносит изменения в спокойное и исхоженное вдоль и поперек поле, словно намагниченный стержень в знаменитом эксперименте Майкла Фарадея. Играющая австралийку она ярко демонстрирует американофобию, будучи единственной кто по-настоящему рада встречи. К несчастью, большая часть ее заслуг и добрую половину юмора всей ленты убил дубляж. Наверное, самый беспощадный киллер в российском кино, после цензуры на мат и перевода оригинальных названий зарубежных картин.

«Горько» Жоры Крыжовникова, пожалуй, одна из ярчайших и лучших комедий российского кинематографа последних 12 лет раскрыла нам всю абсурдность и авось русской обыденности. В то же время американцы начали над собой стебаться гораздо раньше. «Американский пирог» вышел в 1999-ом, до этого были «Аэроплан», «Совершенно секретно», франшиза «Голый пистолет». Также как и у британцев (Монти Пайтон) самоирония отличительная и возможно лучшая черта американской нации. Если во многих сферах жизни наше отставание исчисляется десятками, то самокритика в России на уровне эмбриона.

«Весь этот мир»: когда и «Защитники» приобретают смысл

Есть ли вещи бессмысленнее, чем матч Сборной России по футболу с Новой Зеландией на проходящем Кубке конфедераций? Бессмысленное, убогое и предсказуемое глумление над самым популярным видом спорта, что доказывает зияющие пустоты на домашних трибунах. Хотя наличие толпы – не гарант осмысленности событий, что почти два столетия назад подтвердил наше Все. Разве армия поклонников помогла «Сумеркам» стать чем-то большим, чем молодежной драмой о подростковой любви? Конечно, это явление, но без художественного багажа, а вылезавшее лишь за счет дефицита подобных историй. Как следствие возникший тренд на подобный китч. «Голодные игры», «Дивергент», «Бегущий в лабиринте», «50 оттенков серого», картины разные по уровню исполнения бесспорно, но даже трилогия о Сойке-пересмешнице, запустившей карьеру Дженнифер Лоуренс («Мой парень псих, «Афера по-американски») является лишь сахарозаменителем для людей страдающих кинематографическим диабетом.

Новая картина о любви «Весь этот мир» — еще один консервант. Фильм якобы о первой любви обозначает вопрос посредственно, перебарщивая с ненужными деталями. Казалось бы, фильм о первой любви должен быть невинным и трепетным, словно в картине Андрея Зайцева «14+», либо в «Леоне» Люка Бессона. Тем более перед тобой не стоит задача раскрытия этой темы через серьезные и сложные конструкции. Как сделали Абделлатиф Кешиш и Барри Дженкинс в потрясающих ленты вроде «Жизнь Адель» и «Лунный свет», идя на риск быть непонятыми и не увиденными (правда иногда это эквивалентно). К сожалению, от этой картины подобного эффекта ждать не приходится, во многом из-за неудачного кастинга. Если главный герой (Ник Дж. Робинсон) приятен своей игрой, то не по годам развитая героиня Амандлы Стенберг ее лишь обозначает. Не случайно на первом чувствуется отпечаток «Подпольной империи», а на второй клеймо «Голодных игр». Да и вполне трагическая завязка в виде наличия у молодой девушки смертельнопасного заболевания, из-за которого она вынуждена оставаться всегда отрезанной от внешнего мира располагает живую интригу рассказываемой истории. Однако, она тут же убивается, когда спустя от силы четверть хронометража девушка выбегает по вполне обыденному поводу на улицу. Хотя по всем канонам подобной фабулы ей следует сделать это в конце ленты, как в свое время поступил герой Джейка Джилленхола в фильме «Мальчик из пузыря».

Даже «Защитники» смогли заранить (проверочное рана) интригу у зрителя. «Весь этот мир» не сподобился и на данную снисходительность к зрителю, что попросту оставляет в недоумение по поводу критерия оценки недосмотренного. К искусству и реальной жизни подобные вещи периферийны, также как параллельная прямая линия с условным президентом страны третьего мира.

Новости партнеров