Общество

ПОЭТ И МУЗЫКАНТ ЮРИЙ ШЕВЧУК ОТВЕТИЛ НА ВОПРОСЫ ЧИТАТЕЛЕЙ «СТОЛИЦЫ С»

«Жить хорошо людям честным. Им не надо понтить, врать с утра до ночи и обманывать народ»

 

Приезд Юрия Шевчука стал ярким событием в жизни Саранска Приезд Юрия Шевчука стал ярким событием в жизни Саранска

Концерт 31 марта в Саранске, конечно, был ураганом. Свет — будто с немеркнущих, тихих Созвездий, звук — словно из чистых ангельских труб! Юлианыч ходил вприсядку, скакал и строил гримасы, спускался к публике обниматься. А иногда брал гитару и усмирял зал пронзительной лирикой. В последний день марта группа показала Саранску альбом «Прозрачный», да и старых шедевров было достаточно. А еще Алена Романова с народными песнями в аранжировках клавишника «ДДТ» Константина Шумайлова. На бис — «Родина», «Это все»! И полнейшие восторги!!! После концерта зашли к утомленному Юрию Юлиановичу с моим живописным другом Никитой Пичугиным, красавицей Светкой и Всевидящим Фотографическим Оком Артемием Спартаковичем. Выпили немного чаю, и я — ВЯЧЕСЛАВ НОВИКОВ (далее В. Н.) — задал поэту и музыканту вопросы дорогих читателей «Столицы С», вставляя иногда свои бестолковые реплики…

 

Накануне концерта были подведены итоги конкурса на лучший вопрос Юрию Шевчуку. Согласно итогам читательского голосования в Интернете, высокая честь обратиться к маэстро лично и получить два пригласительных билета на концерт выпала Александру Князеву — давнему ценителю «ДДТ». 31 марта победитель первым встретил Шевчука на саранской земле и сразу поинтересовался наболевшим: «Юрий Юлианыч, кому на Руси жить хорошо?» «Вы меня перепутали немножко с Некрасовым! — засмеялся музыкант. — Если не брать материальную сторону, то жить хорошо людям честным, потому что им не надо понтить, врать с утра до ночи и обманывать народ. Вот у таких людей светлей на душе. Я всегда уважал тех, кто пытается идти честным путем, это большой пример для меня. Ну а как еще понять — жить хорошо? Не утащишь же в могилу с собой холодильники, мерседесы, диваны и дачи на Майами! Это все, по большому счету, ржа и тлен. Я бы очень хотел, чтобы в нашей стране все жили хорошо — и материально, и духовно, и душевно! Но для этого необходимо одно условие — равенство перед законом, а в России выстроилась феодальная система, для кого-то закон не писан, а для кого-то он как ужас смертный. От этого и страдаем… Замечу, что на предстоящем концерте жить лучше всех буду я! Вот в эти два с половиной часа мы с моими друзьями будем петь песни, говорить о добре и мире. Вот эти часы — самое главное для меня. А всегда хорошо не бывает, поскольку все мы люди, все мы несовершенны. Всего вам самого хорошего и спасибо за вопрос, Александр!» Улыбаясь, Юрий Шевчук пожал нашему победителю руку! Вечером другого дня, отдыхая в гримерке после концерта, музыкант продолжил тему. «Вы знаете, я над этим вопросом долго думал… Иногда кажется, что на Руси жить хорошо тем, кто наворовал, присосался к «Газпрому», Кремлю… А потом ты начинаешь размышлять — а хорошо ли им на самом деле? Начинаешь вспоминать каких-то богатых приятелей, которые ходят с охраной, боятся за свою жизнь, они, бедные, на нервах все. Я вчера вышел немного на ответ, но не развил его до конца. Есть два суда — ментовской, государственный и совести. Вот когда совесть чистая — это такой кайф! Конечно, есть люди, у которых нет совести и им хорошо жить от количества денег, но это цирк. Даже думаю песню-размышление написать «Кому на Руси жить хорошо», какой-нибудь рэп в стиле «Солнечного света», вспомнить там старика Некрасова…»

IMG 4766В. Н.: У Егора Летова была песня «Кому на этом свете жить хорошо…».

— Я у Летова был этой осенью в Омске. Наконец-то посетил его могилу, отличный крест там, кстати, поставили. К Егору я очень хорошо относился, в нем такая настоящесть была, он принципиально не шел на проверенно-музыкальные вещи, рвал цепи банальности. Я помню его с 14 лет, веселый такой, жизнерадостный, прыгал на наших записях и концертах, мы же играли с его старшим братом Сергеем Федоровичем. Ну а потом он заматерел, да. Ну, давайте другие вопросы от наших замечательных читателей.

Кристина: Испытываете ли вы давление на свое творчество со стороны государственных деятелей?

— Безусловно. Есть города, в которые нас вообще не пускают местные губернаторы, князья и бояре. Для нас закрыта Кемеровская область. В этом году пытались пробиться на Дальний Восток, но тоже не пустили. Потом у меня была беда с брянским губернатором, который сказал, что Шевчука в его регионе никогда не будет. Я назвал его козлом, он подал на меня в суд, но суд я выиграл, а потом его уволили (смеется — «С»). Сейчас нас вырезали из телевизора. Недавно подошел Владимир Познер: «Юрий Юлианович, я очень хотел вас пригласить, но мне не разрешили». А с другой стороны — играем, играем. Вот как тебе сказать, сегодня был концерт, и он был неплохой. Мы напомнили залу и себе самим, что мы — люди. Это уже немало в наши сложные дни. Надеюсь, что пара-тройка человек задумается над этим. Но ради выхода к публике я не готов идти на все компромиссы, конечно. Нам дают играть — мы играем, но если запретят, я найду, как выражать отношение к происходящему другими средствами. Пока нам никто не указывает — пойте то или это, но я понимаю, что скоро будет цензура, к этому все и идет. Это печалька, печалька. Но я начал с цензуры, я это все проживал уже при советской власти. Я вообще власть не люблю, стараюсь не заигрывать с ней. Власть — это простые люди, иногда не очень умные, не очень дальновидные. Стараешься понять, не осудить, но сложно это. Люди, которые стремятся во власть при нашей системе, проходят страшные морально-нравственные вещи и, пока дойдут до верха, потеряют девственность раз пятьсот. И там уже такие черные дыры вместо глаз, что просто труба! На местах власть, конечно, попроще, люди иногда сами заходят ко мне в гримерку, вот в Уфе новый мэр — симпатичный молодой парень — подошел ко мне: «Юрий Юлианыч, а как нам концертный зал построить настоящий?» Ух, я тут оторвался! Все ему рассказал. Мало хороших залов в России на тысячу человек, на две, чтобы рок-концерт провести, чтобы был свет, звук…

Алексей Бобов: Почему все идеи мира давно известны, а народ по-прежнему живет в мракобесии и невежестве?

— Идеи-то известны, но те люди, которые диктуют нам сегодня идеологию, — они двоечники и этих идей не знают. Судя по законам, они страдают ужасной неграмотностью. Вообще серость активна в любом роде деятельности — и в политике, и в искусстве. Она ничего не изобретает, не читает, не придумывает, не размышляет, а просто подстраивается. И подстраивается очень активно. У меня есть масса знакомых, которые не блистали ни умом, ни талантом, но стали заслуженными артистами России. И в журналистике беспрецедентная серость гораздо круче, чем ты, мой дорогой друг, она работает и в РИА «Новости», и на первом, втором и третьем каналах! (Смеется — «С».) Единственная их идея — выживать. И выживать красиво. А так я бы с вами не согласился, дорогой читатель. За эти 20 лет мы стали гораздо невежественней, чем при СССР. Образование упало катастрофически. Некогда было людям читать с этими перестройками, не было никакой просвещенческой деятельности, с экранов перло не понять что. Я и тогда это понимал и страдал от этого, и сейчас понимаю, пожиная плоды. И вот эта серость сегодня принимает законы.

IMG 4782В. Н.: А когда законы принимала не серость?

— Никогда. Но, безусловно, были попытки. У Александра I что-то получалось с земством, народовластием. Или столыпинские реформы. И при новейшей истории были попытки. История у нас не простая. Как писал Лев Гумилев, мы не победили татаро-монгольское иго, мы просто откололись от того СССР! (Смеется — «С».) Когда иго ослабло, мы просто взяли и вышли. Я в свое время офигел — вот, думаю, блин, крутой Лев Николаич! Тогда мы были частью этой азиатской империи, а до этого была Новгородчина, и северные края России развивались совершенно как Европа — свободные города, вольные каменщики, плотники и кузнецы. Все было — вече, площади, демократия…

Алексей Сизов: Уважаемый Юрий Юлианович, вы часто выступаете за демократию, и вот в Европе мы видим расцвет демократических ценностей. Свобода слова — и от нее один шаг до оскорбления чувств верующих, свобода самовыражения — и парады гомосексуалистов… Может, грань, которая отделяет демократическое общество от чего-то другого, там уже пройдена?

— Цивилизация, которая становится абсолютно толерантной, печально заканчивает под очередными тоталитарными системами. Золотой век Европы пришелся на 1980-е годы, когда немецкие пенсионерки косяками ездили в Петербург, бродили по Эрмитажу. Я наблюдал и думал — когда же наши мамы и бабушки смогут поехать на свою пенсию в дрезденский музей? Обычные старушки, а не бывшие служащие госнефти. Теперь Европа ушла в толерантность, и я согласен с тем, что демократия там развивается абсурдно. Но что я хочу сказать… Я бываю в Европе, был в Голландии… Вот эти геи все… Кстати, лысые все почему-то. Они там стадами бродят, но никого не трогают, целуются между собой. Я первый раз увидел — обалдел! (Смеется — «С».) Они какие-то безвредные, что ли. И не размножаются. Но я хочу вам сказать, что это все пропаганда и Европа не такая уж пропащая и упавшая, там ты чувствуешь себя человеком, там все по закону. Но я, конечно, против этой агрессивной волны геев. И все мои друзья во Франции против этого рекламирования. Но вся борьба у них идет по закону. Там есть правые, левые, фашисты, коммунисты, но все живут в рамках закона, который охраняет их от взаимного смертоубийства. Наша пропаганда всю Европу превратила в геев, Украину — в фашистов. Это неправда. Мой отец воевал на Первом Украинском фронте, брал Австрию, и украинцы боролись с фашистами не меньше русских, а Москву защищали и узбеки, и таджики, и грузины. Сейчас их называют гастарбайтерами, а их отцы и деды умирали под Москвой. Я живу в Питере на Моховой, а рядом общаги с гастарбайтерами, с рабами. Я заходил и видел, в каких условиях они живут. Откуда такое отношение к ним? Вот эти чуваки из строительных компаний, они же были комсомольцы, они же плакали, когда их принимали в пионеры, они же советские люди, интернационалисты, мать их… Они заставляют таджиков работать, а за день до зарплаты нанимают ментов, и те их депортируют… А ведь в нашем советском букваре было написано: мы не рабы, рабы не мы, и я это помню, а эти комсомольцы почему-то забыли… Я бы попросил вас, дорогой читатель, не смотреть так жестоко на Европу. Почему-то туда все уезжают, а не в Россию бегут из Европы. Я попросил бы вас посмотреть на нашу страну. Я гастролер старый, езжу по нашим дорогам, и они меня просто довели до сотрясения печени, мозга и прочего. Ну как так? За 20 лет нефтяного жира мы ничего не построили. Вот нас тащат в третью мировую войну теперь… Ну, давайте сгорим все…

IMG 4786Дмитрий Астахов: Что бы вы подарили любимому человеку, если бы были всемогущим?

— Классный вопрос! (Смеется — «С».) Я вот люблю Катю — мою жену так зовут. Думаю, что подарил бы ей безгрешного, спокойного, классного, доброго себя, без перепадов настроения, и чтобы я был такой ровный, и она была бы счастлива, наверное. Но я думаю, что тогда бы она от меня ушла…

В. Н.: К хулигану Гребенщикову…

— Да-да! (Смеется — «С».) А что бы я подарил каждому человеку? Вот при вас размышляю… Подарил бы остроту восприятия жизни, тотальную уверенность в светлом будущем, но и понимание, что это будущее зависит от тебя самого. Я подарил бы всей стране нашей гражданское чувство. Читал недавно у Аристотеля о греческом законодателе Солоне, и он придумал классный закон — те граждане, которые не участвуют в гражданской войне, лишаются гражданства! Если ты хочешь отсидеться где-то в норе со своим баблом — на хрен из Афин! (Смеется — «С».) Еще подарил бы чувство собственного достоинства и ощущение свободы личности, ощущение того, что ты не раб, не копейка, не гвоздь, вбитый в эту стену империи, а ты — ЧЕ-ЛО-ВЕК!

IMG 4790В. Н.: Недавно вы выступали в Грузии. Поделитесь впечатлениями…

— Поначалу мы немного робели, потому что отношения с Грузией у нашей страны не очень. Но, вы знаете, грузины — незлопамятные люди! (Смеется — «С».) Был полный зал, все было здорово, а потом нас повезли в горы, в поселок Цинандали, и мы там умерли и возродились вновь! (Смеется — «С».) Очень хорошее вино у них, хочу вам сказать, а мед паршивый. Вот в Башкирии мед хороший. Но тоже не каждый. Вот где есть бурзянская пчела, там хороший. У нее очень короткий хоботок, она собирает самые сливки. Это редкая пчела и редкий мед, его практически невозможно купить. Мне подарили маленькую баночку — жене отвезу.

Алексей Кожакин: Тяжело ли быть бессменным лидером одной группы столько лет?

— Тяжело, друзья мои, тащить это все. А с другой стороны — легко, потому что до сих пор в башке играет музыка и возникают слова. Это очень важно. Если это прекратится, то, смею вас уверить, прекращу свою деятельность и пойду в управдомы. Кстати, у меня много профессий — докер, слесарь, кочегар, художник, педагог. Найду чем заняться.

IMG 4795Алексей Кожакин: Когда ждать новый альбом?

— Самый сложный вопрос. Ну, есть какие-то песни, какие-то пишутся, но не очень нравятся пока. Есть одна песня про нынешние времена, когда страну поделили на стрелков и мишени. Жестяные волки в тире, мы в несправедливом мире… Есть еще какая-то актуальная песня, но нет песни с каким-то философским обобщением. Я очень тяжело и эмоционально воспринимаю все, что происходит, а для написания песен нужен душевный покой, чтобы подумать над каждой строчкой. Пока идет период накопления, в выходные буду писать…

В. Н.: Вы же в деревне сейчас живете?

— Да, не могу в городе в последнее время. На концертах все время среди людей, и это, конечно, здорово, но я стал ценить одиночество. Одиночество — это кайф для творческого человека. У меня был альбом «Единочество» — это когда один, но един со всем миром, это очень важно для творческого человека, как и для монаха. Никакой суеты ни в коем случае. Посидел, подумал…

В. Н.: Полено в печку подбросил…

— Да-да-да, у меня печка хорошая… вот это мое, да. Сейчас часть тура доработаю и знаю, что на следующий день тут же рвану в деревню. Буду топить печку, бродить по лесу и думать о том, что произошло, что видел, с кем разговаривал. Одному быть очень хорошо…

В. Н.: Но все-таки знай — ты не один?

— Да, конечно, не один, потому и «единочество».

Слева направо: Вячеслав Новиков, Юрий Шевчук, саранский художник Никита Пичугин Слева направо: Вячеслав Новиков, Юрий Шевчук, саранский художник Никита Пичугин

Евгения Позднякова: Из вашей песни мы узнали, что такое осень. А что такое весна?

— Весна — актриса, весна — время пробуждения всего сущего, она нестабильна и может повернуться любой стороной. Когда все старается оживать, все — и добро, и зло, то бывает сло-о-ожно. Вот есть сейчас лозунг «Русская весна…». Очень сложно… 20 миллионов татар куда девать? А 10 миллионов башкир?.. Так что весна — это сложно, а осень — братская лирическая могила с кленом и осиной.

Сергей Лобашов: В связи с критикой в ваш адрес уменьшилось ли количество людей на концертах?

— Нет. Но когда я впервые увидел плакат со своим изображением и надписью «пятая колонна», то просто был в шоке. Это очень трудно пережить. У меня сил, конечно, хватило, благодаря моим ближним и друзьям-фронтовикам. Ну, как это можно? Они что, не помнят, как группа «ДДТ» стояла в Белграде под бомбами, и в Таджикистане, и в Чечне… Все мое творчество посвящено Родине, я обожаю нашу страну. Не буду врать — это очень тяжело пережить. Это, мягко говоря, несправедливо, когда какие-то мудаки говорят такое в твою сторону. Я бы с каждым из них встретился как мужик, но они же трусливые. А с другой стороны, я человек верующий и говорю себе: «Юрий, люди Христа распяли, а тебе-то что жаловаться?»

Леся Аржакаева: Вы дипломированный художник, почему выбрали мир музыки, а не мир художественного искусства?

— Лень победила. Живопись требует абсолютного уединения и самоотдачи, должна быть техника, ты должен писать образ, не думая о мазке. Я этому учился, когда-то был профессионалом, поэтому не занимаюсь сейчас дилетантством. Меня спрашивают журналисты: «А вы что, рисуете?» Надо каждый день, каждую секунду жить этим, чтобы чего-то добиться, так же как и в любой другой сфере творчества. Картину надо долго писать, а песню за ночь сочинил, и все девчонки тебе аплодируют! (Смеется — «С».) В общем, победила лень.

Надежда: Если все люди на земле оглохнут, как вы будете доносить до них свою музыку?

— Хороший вопрос! (Смеется — «С».) Ну, стану тогда художником. Вот у нас в Башкирии наскальная живопись — удивительное дело! Абсолютно гениальные, сакральные вещи. Пластика этих мамонтов, охотников, движение… невероятно. Руки, осыпанные золотой пылью или золой. Чудо! Я вообще люблю искусство. Искусство — это вышак! Вот Тынянов писал, что поэзия — это повышение языка, живопись — повышение зрения, музыка — повышение слуха, повышение восприятия мира. Я на всю жизнь запомнил эти слова.

Надежда: За какой футбольный клуб болеет Господь Бог?

— Отличный и неожиданный вопрос… Я думаю, что Он болеет за мячик, который называется Земля! (Смеется — «С».)

IMG 4842Надежда: Если бы вы играли в «Что? Где? Когда?», каких музыкантов посадили бы рядом с собой?

— Леннона, Моррисона, Бетховена, Шнитке… И Стаса Михайлова… Чтобы был хоть один дурак! (Смеется — «С».)

Алексей Левчаков: Расскажите прикольный анекдот…

— Вот, например, про Россию. Идут два пьяных хулигана, а вдали маячит сгорбленная фигура интеллигента. Один другому говорит: «Вась, давай ему тырок дадим!» — «Давай!» Догоняют, и на Васю вдруг напало сомнение: «А если он нам?» «А нам-то за что?!» (Смеется — «С».) По-моему, хорошо мы с вами поговорили, спасибо вашим читателям за интересные вопросы!

P.S. «Столица С» сердечно благодарит компанию «Флойд» и Дмитрия из Пензы за посильный вклад в дружеское общение с Юрием Шевчуком.

340x240_mvno_stolica-s-noresize