Общество

Лучшая судья Мордовии 2015 года Валентина Урявина: «Иногда, оглашая приговор, слышишь из зала: «Спасибо!»

Ее можно назвать идеальной женщиной-судьей. Безупречные манеры, ухоженная внешность, тактичность и профессионализм… Валентина Урявина посвятила 32 года своей жизни работе в судебной системе. Именно она первой в Мордовии взяла на себя ответственность рассмотреть уголовные дела в отношении лидеров преступных группировок. Дважды возглавляла районные суды республики. По итогам прошлого года ее назвали лучшей судьей республики. В январе женщина ушла в почетную отставку. О личном и публичном с Валентиной Урявиной поговорила ЕКАТЕРИНА СМИРНОВА.

«Если честно, не люблю фотографироваться, — признается наша собеседница. — Мне кажется, я не очень удачно получаюсь на снимках…» Но Валентина Урявина ошибается: ее фотогеничности может позавидовать любая модель. Красиво переливаются медного цвета волосы. Зеленые глаза излучают доброту, спокойствие и уверенность…

«С»: Когда вы определились с будущей профессией?
— В юности профессия юриста казалась мне очень приземленной. Я имела о ней некоторое представление, потому что мой отец Василий Егорович Урявин работал в органах прокуратуры, затем продолжительное время возглавлял республиканскую коллегию адвокатов, а дядя работал в органах внутренних дел. Мне же хотелось чего-то более романтичного. Например, быть психологом или геологом. После окончания школы по совету родителей поступила на медицинский факультет. Но, проучившись около года, решила, что это не мое… Однако папа всегда говорил: «Женщина обязательно должна иметь высшее образование, чтобы быть независимой от жизненных обстоятельств!» В итоге через какое-то время я поступила в Саратовский юридический институт, который в свое время окончили мой отец и дядя. Стала работать адвокатом в городской коллегии. Видела работу судьи со стороны, и она мне понравилась. Не думала, что долго буду работать в этой системе, но так сложилось, что осталась в профессии на 32 года! (Улыбается — «С».)
«С»: Работа судьи — женская?
— Думаю, что и женская тоже. Но отдельные категории уголовных дел довольно тяжело рассматривать женщинам с моральной точки зрения. Признаюсь, что когда работала председателем, то дела по убийствам и другим тяжким преступлениям против личности могла отдать коллегам-мужчинам. Они крепче, невозмутимее. А вообще судья должен быть профессионалом своего дела и с уважением относиться к людям независимо от их национальности, пола, вероисповедания и рода занятий.
«С»: А какие дела вам больше по душе — гражданские или уголовные?
— Я всегда предпочитала рассматривать первую категорию. Но, когда перешла в Ленинский районный суд, пришлось специализироваться в основном на уголовных делах, так как на тот момент их количество зашкаливало — 162! Некоторые, состоящие из десятков томов, находились в производстве уже несколько лет. При этом именно в 2006 году в республике началась активная борьба с организованной преступностью. В Ленинский райсуд пошел самый большой поток уголовных дел и материалов, потому что на нашей территории расположены МВД, ФСБ, Следственный комитет и республиканская прокуратура. В 2007—2008 годах в производстве судей, специализировавшихся на рассмотрении уголовных дел, находилось единовременно от 40 до 60 уголовных дел, многие из них были многотомными…
«С»: Вы стали одним из первых служителей Фемиды в Мордовии, решившимся рассматривать дела бандитов…
— Да, в 2007—2008 годах я занималась уголовным делом в отношении лидера организованной преступной группы «Юго-Запад» Владислава Печникова. Ему инкриминировались «групповое вымогательство с применением насилия в крупном размере» и «разбой, совершенный группой лиц с применением оружия». Я как председатель взяла на себя ответственность и приняла дело к производству, потому что нагрузка на коллег была действительно огромной. Судебная практика по таким делам в Мордовии велась лишь на уровне Верховного суда. Рассмотрение дела было не простым, так как под воздействием участников группировки, многие из которых в тот момент находились на свободе, потерпевшие и свидетели всячески уклонялись от явки на заседания, меняли ранее данные показания. В мой адрес угроз не поступало. Да это вряд ли было возможно, так как в отношении меня были применены меры государственной защиты. Могу предположить, что подсудимые надеялись, что дело не пройдет в суде. В итоге разбирательство завершилось обвинительным приговором — Печников получил 11 лет строгого режима.
«С»: А вам бывало жаль подсудимых?
— Все зависит от конкретного человека, от конкретного случая. Не каждого потерпевшего жаль, и не каждый подсудимый вызывает негативные чувства. Людей за решеткой тоже бывает жаль по-человечески. Понимаешь, что, сложись ситуация иначе, этот человек никогда бы не совершил преступления. Я сама себя почувствовала более-менее зрелым человеком лишь к 30 годам. Все, что было до этого, можно считать юностью. Стараешься молодых ребят, особенно несовершеннолетних, не отправлять в места лишения свободы, насколько это максимально возможно. Сломать человеческую судьбу очень легко…
«С»: Осужденные и подсудимые часто благодарят за вынесенные решения?
— Да, иногда, оглашая приговор, слышишь из зала: «Спасибо!» Наверное, люди рассчитывали на худший вариант. Пожилые люди иногда говорят: «Мы будем за вас всю жизнь молиться!» Но лично выразить благодарность ко мне никто не подходил. И потом люди, наверное, считают, что вынесенное решение должно быть именно таким. И это правильно.
«С»: Отец гордился вами?
— Думаю, да. Он не говорил этого, но я чувствовала отношение ко мне. Отца не стало три года назад. Вместе с мамой Лидией Максимовной они прожили более 60 лет. Сейчас мама живет с младшей дочерью, летом ей исполняется 90 лет.
«С»: Недавно квалификационная коллегия судей приняла вашу отставку. Почему решили уйти?
— Я подумала, что нужно изменить жизнь. Подошла к такому возрастному рубежу, когда это уже пора сделать. С какими чувствами уходила? Знаете, не могу сказать, что я совсем ушла с работы. Мне часто приходится общаться с судебными работниками. Возможно, летом, когда в связи с отпусками нагрузка на служителей Фемиды особенно возрастает, приму решение еще какое-то время помочь коллегам. Если честно, только сейчас стала привыкать к жизни вне напряженного графика судьи.
«С»: А чем занимаетесь в свободное время?
— Накопилось много дел, которые требуют моего внимания и участия. Не хочу о них говорить. Кроме того, я обожаю литературу. Люблю перечитывать сказки — как зарубежных авторов, так и русские народные, в которых прекрасно раскрывается национальный характер. А еще мне нравится роман Джона Толкина «Властелин Колец», который я перечитывала уже три раза! (Смеется — «С».) Люблю смотреть старые фильмы. Особенно комедии Эльдара Рязанова. Еще развожу цветы, предпочитаю герань и фиалки. Люблю путешествовать. Хочется вновь побывать во Франции и Германии, где у меня живут подруги. Хочу, наконец, завести дома какое-нибудь очаровательное животное — например, кошку.
«С»: Вы верующий человек?
Смотря что под этим понимать. Помню, как в детстве спросила у бабушки, есть ли Бог, и она, родившаяся еще в 80-е годы XIX столетия, ответила: «Не знаю. Вот видишь, в космос слетали и ничего там не нашли!» Думаю, что в те годы она не могла ответить иначе. Сейчас же я знаю лишь одного атеиста в своем окружении. Он юрист, но не судья… Но я православный человек, крестилась уже в зрелом возрасте.
Личное дело
Валентина Урявина родилась в Саранске. В 1977 году окончила Саратовский юридический институт им. Курского по специальности «Правоведение». Трудовую деятельность начала в качестве адвоката юридической консультации Саранска, где проработала до 1983 года. Затем была назначена судьей Лямбирского райсуда. Через четыре года заняла пост его председателя.
В 2007 году перешла на должность руководителя Ленинского райсуда, где впоследствии трудилась судьей. В январе квалификационная коллегия судей республики удовлетворила заявление Урявиной об уходе в почетную отставку.
Указом Главы РМ ей присвоено почетное звание «Заслуженный юрист Мордовии».

340x240_mvno_stolica-s-noresize