Общество

Один первых выпускников медфака МГУ им. Огарева: «Многие пророчат конец Америки, но…»

 

Доктор медицинских наук Александр Сосунов об эмиграции в Штаты, разнице между  российским и американским здравоохранением, обществе потребления, однополых браках и возвращении в Саранск

 

Он был в числе первых выпускников медфака МГУ им. Огарева, а сейчас является ведущим научным сотрудником Колумбийского университета – одного из лучших вузов США. За 13 лет, проведенных за океаном, Александр Сосунов познал не только тайны мозга, но и американскую жизнь. В чем принципиальная разница между медицинскими системами России и Соединенных Штатов? Охрана здоровья по-американски – это бизнес или социальная поддержка населения? Куда заведет мир духовный лидер общества массового потребления — Америка? Взгляд с самой высокой точки Манхэттена доктора медицинских наук, профессора Александра Сосунова в материале Ольги Ворониной.

Он родился 6 ноября 1950 года – накануне очередного празднования великого октябрьского переворота. Видимо, поэтому по жизни идет революционным путем… Из родной Рязани уехал в Западную Украину, где учился «на врача». В 1967-м перевелся на только что открытый медфак МГУ им. Огарева. «Горжусь тем, что был в его первом выпуске! – говорит Александр Сосунов. – В этом году исполнилось 40 лет, как мы покинули стены вуза.  Очень жалею, что не смог приехать на встречу. Пользуясь возможностью, передаю всем друзьям и коллегам, студентам и преподавателям огромный привет и пожелания хорошего здоровья. Будьте счастливы!» После окончания университета Сосунов около 4 лет работал патологоанатомом в Республиканской больнице. Эта специальность в медицинской среде считается не престижной — большинство людей в белых халатах смотрят на нее «сверху вниз». Хотя окончательный диагноз ставит только патологоанатом. Но тяга к науке победила – Александр вернулся на медицинский факультет, где долгое время заведовал кафедрой, учил студентов и занимался исследованиями. А затем совершил новый «революционный переворот» – в 50-летнем возрасте уехал работать в США.

 

США

Александр Сосунов с супругой Александр Сосунов с супругой

— В Америку я попал на рубеже столетий – в 2000 году. Была ранняя осень – в это время года в  Нью-Йорке еще стоит жуткая жара. Помню, на ум сразу пришли строки какого-то американского детективного писателя: «стояло ужасно жаркое и влажное Нью-Йоркское лето».  До сих пор, как и многие другие приезжие, не могу привыкнуть  к местному климату и ощущаю себя как в бане — здесь рядом океан и высокая влажность. А вот осень здесь прекрасная,  весна тоже, правда, очень короткая  — не более одной-двух недель… Почему уехал? Хотелось получить новые перспективы в работе и познать пределы своих возможностей. Матеральная сторона, конечно, тоже имела значение — нужно было содержать семью. Но все-таки главное желание – испытать себя в принципиально других условиях жизни. В то время я получил приглашение работать в только что созданной лаборатории Колумбийского университета, и решил не отказываться от такой возможности. Поначалу, конечно, было трудно, тем более что Колумбийский университет входит в группу элитных вузов страны, так называемую «Лигу плюща», в которой состоят Гарвард, Принстон, и еще пять известных частных университетов. С первого дня и до сих пор работаю на кафедре нейрохирургии  медицинского факультета. При нем действует Пресвитерианский госпиталь – один из лучших в Штатах.

«С»: Александр, вы смогли адаптироваться в американском обществе?

— Полностью адаптироваться в социуме могут только те, кто в нем родился и вырос. Но понять правила жизни и поведения в чужой стране обязан каждый, кто избрал ее новым местом жительства. Я не гражданин США, но имею все права, кроме участия в выборах. Хотя этот статус надо мной не довлеет. Да им никто здесь и не интересуется. От коренных нью-йоркцев отличаюсь только акцентом, и поэтому меня часто спрашивают, откуда я родом. Для меня это хороший повод рассказать о России и Мордовии.

«С»: В чем принципиальная разница между российским и американским обществом?

— Мой взгляд не отличается от общеизвестной истины: Америка — страна индивидуалистов, каждый сам по себе и сам за себя, Россия —  страна коллективной жизни. Наиболее ярко это проявляется в школе и вузе. Я никогда не стеснялся подсказывать и спрашивать помощи у других — так же поступало подавляющее большинство наших учащихся. Вообще для моего поколения коллектив значил больше, чем индивидуум. Американская психология иная. Здесь очень высок дух конкуренции, поэтому у школьников и студентов не принято подсказывать друг другу. А в целом, как и в любой стране, все определяется уровнем образования и общей культуры человека.

«С»: Удалось ли вам обзавестись друзьями?

— Новых друзей не так много, и в основном они русские. Хотя есть несколько хороших знакомых среди американцев…

«С»: Где вы живете сейчас?

—  С самого приезда, вот уже 13 лет, живу в Нью-Йорке, в его историческом центре — Манхэттене. Точнее в его верхней северной части острова, которая называется Washington Heights. Буквально в нескольких  десятках  метров от моего дома, находится его самая высокая точка. Для меня это наиболее интересный и приятный для жизни американский город, потому что в нем есть и европейские, и азиатские, и российские черты.  Это многонациональный мегаполис, где люди, подобные мне, не чувствуют себя иностранцами.

«С»: Чем вы занимаетесь в университетской научной лаборатории?

— Исследованиями мозга – самой высокоорганизованной материи во Вселенной. Как человеческий орган он наименее изучен.  Патология мозга очень многообразна и часто бывает крайне тяжелой.  Я занимаюсь в основном нейроглиальными клетками — астроцитами, которые поддерживают и регулируют работу нейронов (базовые клетки нервной системы. – «С»).  Изучаю, как они изменяются при различных заболеваниях.  Поскольку работаю в отделе нейрохирургии, то имею доступ к операционному материалу. Это позволяет получать ценнейшую информацию о нейронах больного человека без какого-либо вреда для него. Еще мы используем лабораторных животных — в основном мышей. У них можно относительно просто вызвать мутацию какого-либо гена и выключить его или, наоборот, добавить новый.  Это позволяет выяснить функцию гена, объяснить патологию мозга человека и, соответственно, наметить пути лечения. С развитием науки и прогрессом в области медицинских исследований обнаружилось огромное количество новых заболеваний головного мозга. Они связаны с ошибками его развития в результате генетических дефектов. Так в психиатрии идет настоящий прорыв в познании природы шизофрении и других психиатрических заболеваний, о чем раньше нельзя было и мечтать. Но это уже отдельный разговор…

Здравоохранение

«С»: В советские времена во врачи шли, чтобы лечить. Сейчас, наверное, тоже, потому что зарплата российских медиков, не стоит даже затрат на учебу. А для чего в США человек поступает на медицинский?

—  Я понимаю, о чем вы хотите спросить. Действительно США отличает очень высокая зарплата врачей, она намного выше, чем во многих других развитых странах. Но это одна сторона. Другая – рабочий режим врача здесь крайне напряженный, поэтому свои высокие доходы они получают не зря. Например, рабочий день нейрохирурга начинается в 6 утра (значит, на работу приходят еще раньше) и заканчивается часто в 9 – 10 вечера. Конечно, заведующий отделением заканчивает работу раньше. Но самый драконовский график у резидентов (аналог наших интернов), многие  не выходят из госпиталя по нескольку дней подряд. Только сильные и целеустремленные могут выдержать такой темп, что и является своеобразным естественным отбором лучших. Правда, сейчас хотят принять нормативный акт, по которому резидент не может работать более 16 часов подряд. Что касается мотивации выбора медицинской профессии, то я много разговаривал по этому поводу со студентами, и врачами тоже. Большинство на первое место ставят сам интерес к работе, социальный престиж, и только потом материальный доход.  Гораздо большие деньги можно заработать в бизнесе, банковской деятельности,  юриспруденции, но выбирают профессию врача, чтобы лечить и заниматься наукой.

 «С»: Трудно ли найти работу в США выпускнику-медику?

—  В целом свободных мест достаточно. Все определяется квалификацией — результатами экзаменов и т.д. Трудоустроиться в хороший госпиталь, конечно, сложнее, но только потому, что на медицинском рынке высокая кадровая конкуренция. Найти место где-нибудь в глубинке, где даже оклады выше, намного проще. Тем более что потенциального работника там соблазняют дополнительными льготами.

«С»: В каких клиниках зарабатывают больше – в частных или государственных?

— В этом плане интересно сравнение частного госпиталя (не академического) и  университетского (даже если он частный, как в Колумбийском университете). В частном высокие оклады — раза в 3 -4 выше, чем в академическом. Но работа как у станка  — с утра до вечера, например, не отходя от операционного стола. В университетской клинике также высокая хирургическая активность, но одновременно идет работа со студентами, научные исследования. И конечно, здесь выше авторитет специалистов. Большинство врачей, которые работают в крупных университетских госпиталях, занимаются научной работой, многие из-за интереса, но одновременно для своего роста, как карьерного, так и профессионального. Вообще занятия научной работой очень распространены и являются неотъемлемой частью для успешной карьеры. По сути, американский врач учится всю жизнь. Сам учебный процесс для студента занимает 14-18 лет, поэтому диплом специалиста здесь получают к 35-40 годам. При этом такие специальности, как нейро- или кардиохирург требуют как минимум года работы в научных лабораториях во время резидентуры.

 «С»: Какие медицинские специальности наиболее востребованы в США?

— Довольно привлекательной, по словам студентов, считается специальность дерматолога: болезни обычно не очень тяжелые, а зарплата высокая. Менее престижная — врач общего профиля. Но это вопрос интересов и склонностей будущего медика. Наиболее высокооплачиваемые специалисты — нейро- и кардиохирурги, пластические хирурги.

«С»: Американская медицина – платная. Сложно ли среднестатистическому американцу получить медицинскую страховку?

— В США медицинское страхование добровольное и почти полностью осуществляется работодателями. Но не все американские служащие получают такую страховку. Как правило, полисы гарантированы работникам госучреждений и относительно крупных частных компаний, которые оплачивают  3/4 или  4/5 страховки. Остальную часть оплачивает сам человек.  Малые предприятия страховку не предоставляют. Но всем пенсионерам она дается  автоматически государством.

«С»: Некоторые эксперты утверждают, что более 10 миллионов детей в США ее не имеют. Значит ли это, что они остаются без медицинской помощи?

— Мне об этом неизвестно. Вообще, каждый несовершеннолетний американец имеет право на бесплатную страховку — при условии, что родители ее оформили.  Но многие взрослые себя этим не утруждают. Америка была и остается страной контрастов. Даже в Нью-Йорке в разных кварталах – разный уровень жизни. Зачастую несопоставимый друг с другом. А есть маленькие городишки, где даже проезжать на машине не хочется, не то, что жить – настолько ужасный упадок вокруг.

«С»: Сколько стоит один прием терапевта для тех, у кого нет страховки?

— В среднем, около 600 долларов. Анализы стоят еще больше. К примеру, анализ крови — 200–1000 долларов, в зависимости от цели исследования. Не думаю, что многие ходят на прием к терапевту или педиатру без страховки. В экстренных случаях обращаются в неотложную помощь, где примут без полиса, а счет за лечение пришлют на дом. Мне рассказывали, что перелом ноги пациенту без страховки обходится где-то в 20 тысяч долларов, и этот долг будет для него пожизненным грузом…

«С»: По расходам на медицину США находятся на первом месте в мире. Также лидируют по конфиденциальности и уважительному отношению к больным, удовлетворению их нужд. Но при этом американское здравоохранение занимает 37-е место в мире по уровню оказания медицинской помощи, 41-е — по уровню детской смертности (самый плохой показатель среди развитых стран), 45-е — по продолжительности жизни и 72-е — по общему уровню здоровья. Почему гигантские расходы государства на медицину в итоге себя не оправдывают? 

— Сложный вопрос. В США наряду с большим числом мировых медицинских центров есть госпитали среднего уровня. Мне рассказывали, КАК лечат пациентов в нью-йоркских госпиталях, находящихся в неблагополучных районах города, пересказывать не хочется. С другой стороны, процент выхаживания глубоко недоношенных детей там гораздо выше, чем в развитых странах, и средства на их лечение выделяют немалые. Большое внимание уделяется инвалидам — как детям, так и взрослым, что также требует больших государственных затрат на их лечение, образование и трудоустройство. Так что, несмотря на приведенную вами статистику,  не все так плохо.

«С»: Как вы считаете, система здравоохранения США – это бизнес или социальная поддержка населения?

— Вопрос очень интересный! США — это классическая капиталистическая страна. Медицина, наука, учеба являются здесь бизнесом, который частично оплачивается гражданами, а частично — государством. Сейчас власти пытаются усилить свою регулирующую роль в этих сферах жизни. В том числе, в вопросах социальной защиты населения, которая и без того довольно мощная. Многие семьи из поколения в поколение получают огромную материальную помощь, что, на мой взгляд, только развращает людей и лишает стимулов к работе и учебе. Но в СССР государство осуществляло намного больше социальных функций, поэтому и советская медицина была более эффективна, чем американская того периода. Наше здравоохранение имело множество преимуществ — скорая специализированная помощь, сеть поликлиник, профилактические осмотры, система медицинского образования. И самое важное – медицина была бесплатной в любой точке страны!

«С»: Российская система здравоохранения сегодня на распутье. Считается, что мы должны идти по пути Запада. Уже сейчас снижается срок пребывания пациента в больнице. В среднем, по задумкам чиновников, он не должен превышать восьми дней. При этом акцент смещается в сторону первичного звена – поликлиники, где и должен получать основную помощь больной.  На ваш взгляд, мы идем тем путем?

— Не знаю. В американской больнице пациент проводит столько времени, сколько нужно для лечения. Не дай бог, если после выписки разовьются осложнения — больницу завалят судебными исками. Поэтому такие случаи очень редки. Главное — не срок пребывания в клинике, а качество и интенсивность лечения.  В медицинской системе США четко организовано, что и когда нужно делать. К примеру, в каком возрасте проверить тот или иной орган на возможность заболевания. Еще один плюс — это прогресс в методах обследования. Как-то я столкнулся с ситуацией, когда у маленького пациента обнаружили шум в сердце. В советской медицине это считалось возрастной нормой, обычно не лечилось и детально не изучалось. Здесь у пациента провели генетический анализ, всю возможную ультразвуковую диагностику, обследовали его в течение двух лет, а потом пришли к тому же выводу: да, это был вариант развития детского организма!

«С»: Надеюсь, родители этого ребенка не поленились оформить ему страховку… А насколько сильно в США различается уровень медицинской помощи в крупных городах и провинции? Везде ли одинаково хорошо развита медицинская инфраструктура?

— Все зависит не от числа жителей, а от уровня научного медицинского центра населенного пункта. Инфраструктура же и организация в принципе везде одинакова.

Политика

Александр Сосунов с сыновьями и внуками Александр Сосунов с сыновьями и внуками

«С»: Следите ли вы за политической и общественной жизнью США?

— Да, но без фанатизма.

«С»: Куда, на ваш взгляд, ведет Америку Барак Обама?

— Думаю, в сторону усиления государственных институтов, но во что это выльется, трудно сказать.

«С»: Не считаете ли вы, что цивилизация массового потребления и ее главный лидер – США зашли в тупик?

— Как личность воспитанная и выросшая при социализме, не вижу ничего хорошего в философии общества потребления. Другое дело, является ли Америка, как и Западный мир только обществом потребления?  Часто за красивым фасадом огромных магазинов не видна другая сторона жизни, которая на самом деле намного интереснее и важнее. Здесь огромное число музеев, картинных галерей, театров, концертных залов, которые постоянно заполнены народом. А какие в США библиотеки! Одно из первых ярких потрясений для меня на западе, еще в Германии, стали библиотеки, где разрешен свободный доступ к книгам. Ты можешь сам подойти к полкам, искать, рассматривать книги. В советских книжных храмах такое было немыслимо… Да, я читаю таких известных экономических прогнозистов, как Хазин, Фурсов, других экспертов, которые говорят о закате и дальнейшей гибели общества массового потребления. Многие пророчат конец Америки. Но я склонен надеяться на лучшее….

«С»: Некоторые российские эксперты утверждают, что выходом из этого тупика станет третья мировая война. В США озвучивается такое мнение?

— Не слышал и не читал.

«С»: Существует мнение, что Россия – это колония США, которые контролируют нашу политическую и экономическую системы.  Заокеанские манипуляторы разрушают отечественные образование и СМИ, подавляют  самосознание народа. В общем, не дают стране выйти из рабства…

— Такое я читал только в русской прессе и Интернете. Не думаю, что это мнение отражает действительность. В целом политика, особенно зарубежная, не особенно интересна американцам, так что такие вопросы просто не обсуждаются. Но мне не нравится полное очернение всего, что происходит в России. Причем у меня складывается впечатление, что в этом направлении намного «успешнее» действуют наши отечественные СМИ, а не американские. И это весьма печально…

«С»: Ну, если у рядовых американцев нет имперских замашек, это не значит, что они отсутствуют у местных политических элит. Такое ощущение, что кто-то целенаправленно разваливает и сами США. Например, только что американский Верховный суд признал закон о защите брака и семьи не соответствующим конституции и разрешил регистрацию однополых союзов. Подобная мина под устои традиционной семьи может привести к развалу традиционного общества…

— Не думаю. Еще студентом я прочитал «Происхождение семьи, частной собственности и государства» Энгельса.  Меня поразило, что, по мнению автора, семья базируется не на чувствах, а на материальной основе. Так что устои традиционной «ячейки общества» подрываются уже много десятилетий!  Выживет она или нет, покажет время. А закон об однополых браках, о котором вы говорите, касается очень маленькой части населения, и, думаю, не стоило тратить время и деньги налогоплательщиков на такую ерунду. Мне кажется, проблема гомосексуальных отношений раздута искусственно, особенно в России.

«С»: Вы регулярно отслеживаете российские новости?

— Да, в основном через Интернет. Хотя в США есть русскоязычные  телепрограммы и газеты…

«С»: Знаете, что в Саранске прописался Жерар Депардье? Столица республики теперь стала европейским городом… Нет желания вернуться?

— Про Депардье читал (смеется – «С»). Очень хороший актер. Но на мой взгляд, вся ситуация в прессе как раз и есть показатель культурного уровня общества потребления. Вернуться в Саранск? Временно – да, навсегда — не знаю. Надо перемещаться туда, где есть возможность роста. Возвращаться к истокам можно и нужно, когда исчерпал свои силы и желания. А я хочу еще поработать. В Мордовии у меня много друзей, учеников… Сохраняются тесные контакты с Медицинским институтом МГУ им. Огарева. Одним словом,  я не считаю себя полностью оторванным от родной республики.

340x240_mvno_stolica-s-noresize