Общество

«Такими темпами мы получим выплату к глубокой старости»

© Денис Тюркин

Участник чеченской войны Юрий Пеньков и его семья живут в разрушающемся общежитии. Им еще долго придется ждать обещанной жилищной субсидии…

42-летний житель Саранска Юрий Пеньков в 1995–1996 годах проходил срочную службу в опаленной войной Чечне. За личное мужество и отвагу был награжден медалью Суворова. Об этом отрывке жизни вспоминает с грустью. Во время боевых действий погибли много его сослуживцев. Сейчас 42-летний мужчина пытается найти справедливость на гражданском поле битвы. Вместе с семьей он проживает в разрушающемся общежитии по адресу: ул. Осипенко, 83. Уже два года бывший военнослужащий ждет социальной выплаты для приобретения жилья. Подробности — в материале Ирины ВАСНЕЦОВОЙ.


Война

После окончания 10-го класса Юрий Пеньков поступил в один из краснослободских техникумов. Получив образование, начал работать на заводе «Сарансккабель». На тот момент сотрудникам предоставляли в городе жилье. Когда стал совершеннолетним, комендант общежития попросил военный билет. «Ситуация получилась комичная, — вспоминает мужчина. — Старошайговское село Лем-Майдан покинул в 16 лет, но в этом возрасте понятия не имел, что надо брать открепительное в местном военкомате и вставать на учет в Саранске. Пришлось побегать из одного ведомства в другое. Чуть в «уклонисты» не записали…»

В 1994 году Юрия отправили в армию. Воинская часть располагалась в Курске. По словам собеседника, новобранцев обучали боевым действиям в самых тяжелых условиях. Неоднократно ездили во Владикавказ — в командное училище, на территории которого находился большой полигон с военной техникой. Там учились стрелять из различных видов оружия. Ежедневно делали марш-броски по несколько километров. Подготовка была на самом высоком уровне… Через год Юрия отправили в Чечню. «Приказ, как и закон, оспариванию не подлежит, — поясняет собеседник. — Из нашей части в качестве пушечного мяса на войну отправляли тех, кто не нравился ротному. Остальные спокойно ждали демобилизации… О нашем отъезде в Чечню никто не знал. Родным сообщили, что служим под Москвой…»

По словам Пенькова, на войну попали не только парни, прошедшие хоть какую-то подготовку в учебной части, но и те, кто только недавно принял присягу. Чаще всего гибли вторые, так как не умели правильно обращаться с оружием и стрелять. А еще сказывалась постоянная нехватка еды и воды. Почти у каждого бойца были педикулез, лишаи… «Воды было так мало, что порой долго думали, что сделать — поесть приготовить, помыться или попить, — рассказывает Юрий. — Проблема была и с медикаментами. Аспирин, зеленка и бинты — вот и вся наша «аптечка»… Я служил в разведке, в 101-й бригаде внутренних войск. Мы могли выходить в город и что-нибудь купить. Поэтому считались элитой. Тяжелее приходилось тем, кто служил в дивизионах».

Борьбу с боевиками сегодня называют «восстановлением конституционного порядка в Чеченской республике». В то время молодые ребята не понимали, за что они воюют. «Наш лагерь был в горах около реки Сунжи, — продолжает Пеньков. — За год было много различных спецопераций. Пытались ликвидировать лидера арабских наемников Хаттаба, в Грозном штурмовали бывший роддом и т. д. Признаюсь, было очень страшно и тяжело. Порой не находилось времени сходить в туалет. В любой момент могли убить». Одна из опаснейших ситуаций возникла, когда бойцы на трех БТР пересекали реку Терек. Неожиданно дорогу преградили женщины с детьми. Бандиты воспользовались этим и, окружив федералов, начали обстрел. «Эта ситуация напоминает события фильма «Грозовые ворота», — говорит собеседник. — Боевики знали о каждом нашем шаге — мирное население им докладывало. Поэтому легко шли по нашим следам». На чужой земле Пеньков потерял лучшего друга Виктора Кошелева. 19-летнего парня застрелили, когда во время одной из спецопераций его группа попала в засаду. «Но это произошло, когда я уже демобилизовался и вернулся домой, — рассказывает Пеньков. — Однажды подхожу к подъезду и вижу на лавочке женщину. «Юра?» — спрашивает она. «А вы кто? Наверное, тетя Валя? Мама Вити?» Вот так и познакомились. «Как там мой сын? Когда вернется?» Я ответил, что скоро. Она вздохнула и произнесла: «Витя не вернется». А спустя некоторое время пришла скорбная весть о гибели друга…»

По официальным данным, в ходе первой чеченской войны погиб 17 тысяч 391 российский военнослужащий. По словам Юрия Пенькова, были случаи, когда родители приезжали на Кавказ за своими сыновьями и забирали домой. «Но один товарищ отказался, — рассказывает бывший воин. — Он получил тяжелое ранение и находился в Ханкале. Отец и мать приехали, побыли с сыном три дня и позвали домой. Но парень не поехал. Посчитал зазорным…»

Вскоре Президент Ельцин подписал мирное соглашение с чеченским террористом Басаевым. У русских военнослужащих забрали оружие… А потом Юрия ждал дембель… Он уволился в звании старшего сержанта. «Не понимаю, к чему нужно было столько смертей?! — удивляется Пеньков. — Создали бы «коридор» для мирного населения, вывели, а остальных сравняли с землей! Сейчас так поступают в Сирии. С другой стороны, мы знаем только то, что рассказывают СМИ высокопоставленные лица. Правда, всегда где-то посередине».

Жилье

Но и в нынешней жизни у воина-«чеченца» много проблем. Юрий Пеньков вместе с женой и двумя детьми проживает в разрушающемся двухэтажном кирпичном общежитии, построенном в 1971 году. Уже были случаи, когда в туалете и душевых первого подъезда обрушивался потолок. Обитатели 25 квартир боятся оказаться под завалами и надеются на расселение. Но администрация Октябрьского района предлагает лишь капитальный ремонт. Дело в том, что межведомственная комиссия из сотрудников городской администрации признала дом изношенным лишь на 56%, а для «аварийного» статуса нужно 70%.

«Фундамента нормального нет, поэтому стены оседают, — поясняет домком Валентина Ведяшкина. — В этом году аномальная зима окончательно испортила здание. Несущие стены были сделаны из пустотелого кирпича, что противоречит всем строительным нормам. За эти годы дожди вымыли из них весь раствор. А еще недавно в комнате № 21 покосился пол. Мне вновь пришлось обратиться к главе администрации Октябрьского района Сергею Мальченкову, чтобы он организовал повторный осмотр здания, но тот отказал».

Юрий Пеньков переживает за своих близких. Два года назад он как бывший участник боевых действий подал документы в органы социальной защиты населения для получения субсидии на приобретение жилья, которая на данный момент составляет 1 миллион 167 тысяч 771 рубль. «Мы бы раньше оформили документы, но не знали о программе, — поясняет жена Наталья. — За все это время наша очередь продвинулась на два человека. Такими темпами мы получим выплату к глубокой старости. Обратились с жалобой к Президенту Путину, но все письма отсылают на рассмотрение в Мордовию. А местные чиновники поясняют, что в бюджете на эти цели не хватает денег. Живя в развалинах, в марте за коммунальные услуги заплатили 4 600 рублей.»

«Юрий Пеньков признан нуждающимся в улучшении жилищных условий в 2016 году, — подтверждают сотрудники министерства социальной защиты населения РМ. — Он числится 737-м в очереди из 787 ветеранов боевых действий, имеющих право на получение выплаты. В этом году субсидии получат пять человек, подавших документы после 1 января 2005 года. Так что Пенькову придется подождать. Добавим, что размер субсидии определяется, исходя из нормы предоставления жилья — 33 квадратных метра — и его средней рыночной стоимости».

Мелочи жизни

Экономика

Ракетная «атака»

Происшествия

Новости партнеров