Столичное мнение

«Мы ввязались в цивилизационную и вроде бы по всем понятиям правильную войну с варварами»

senichev@stolica-s.su

Был хитер: решил отписаться в первый номер 2017-го, не дожидаясь вечера, когда все нормальные люди вытащат из холодильников салаты и нальют за уходящий. Тем более что обещал редактору итоги не недели, а этого самого года попытаться подвести. Начну, думаю, пораньше, чтоб уж не гребтело. Глядишь, тоже успею лишний раз «Иронию судьбы» посмотреть. В общем, сел за комп в ту же субботу, цифр разных понаудил, а с цифрами всегда непросто: одну потянешь — та за собой другую волочет. Короче, не заметил, как ночь пролетела, и вдруг — самолет…

И как-то сразу стало понятно: не получится про год. Не в этот раз…

День целый отслеживал подробности. Потому что первое, что на ум, как, наверное, и большинству, — теракт. Потому что все стрелки на него: в прекрасную погоду проверенный-перепроверенный, надо полагать, минобороновский борт с не самым случайным набором пассажиров через пару минут после взлета молча пропадает со связи. К вечеру сообразил: даже если это стопроцентный теракт, до праздника ничего толком не узнаем. Год назад после взрыва гражданского над Синаем целый месяц мурыжили, прежде чем признать, а тут Новый год на носу. Неделю минимум будут выбирать между техническим недоглядом и человеческим фактором. Что, вообще-то, грустней любого теракта. Потому как теракт — злая воля штучного назначения, а от случайного напоминания о том, на чем мы все это время летаем и кто нас возит, никакое шампанское не отвлекает…

А к середине дня Интернеты, будто только повода и ждали, поделились на безудержно скорбящих и еще более безудержно злорадствующих. Одни (Познер, Рошаль и т. д., не меньше дюжины ньюсмейкеров из числа голосов совести нации) опубликовали горькие посты, сводившиеся почему-то исключительно к доктору Лиз. Мол, вот только что не святой была, кто теперь заменит нам ее, и как вообще жить дальше. Другие (менее популярные, а в основном и вовсе безвестные) принялись ликовать по поводу вселенской справедливости, упирая в основном на агитбригаду (хор имени Александрова), летевшую устраивать глумные пляски на костях жертв бомбардировок в Алеппо. Виновником окончательного выпуска джинна из бутылки стал Ефим Шифрин, попросивший «соседей по карте»: пожалуйста, просто помолчите. И прорвало: тысячи, без преувеличения, тысячи гневных, предельно грубых, бесстеснительно циничных и неприкрыто матерных комментов прилетело в «Фейсбук» Нахиму (так он себя там позиционирует) и с Украины, и из России. И про то, что Елизавета Глинка, получившая незадолго до того из рук Президента госпремию, понесла заслуженную кару как один из самых последовательных пропагандистов войны, как «пиарщик войны» (Белковский). И про ансамбль одетых в военную форму певцов: «Упавший самолет с артистами и пропагандистами, летящими повеселить на Новый год солдат вермахта, СС и люфтваффе, не мог вызвать сострадания у граждан СССР», — написал от лица возмущенных братьев-славян окопавшийся в Киеве бывший наш Айдер Муджабаев… И, повторюсь, ты-ся-чи исполненных гнева, боли, злорадства и т. п. реплик в формате вот только что не открытых писем, адресованных не Шифрину, конечно, — всем нам, россиянам, и все об одном и том же: не забудем, не простим… Ничего вроде бы нового. Всего лишь сгущенное до консистенции открытой ненависти напоминание, что рана украинской войны, вроде как подзашитая суровыми нитками войны сирийской, еще ой как крово­точит и гноится. И будет гноиться и крово­точить не одно еще, боюсь, поколение… Потому что это война. Гибридная ли, еще какая — война. С трупами, гробами, слезами, сиротами, тоже падавшими самолетами и клятвами отомстить. И правд — две. И с обеих сторон своя. И каждая из своих — искренняя и окончательная. Потому что на войне по-другому не бывает. Потому что у летавших веселить СС и люфтваффе тоже не очень военных артистов наверняка были свои родные, которым граждане СССР не могли сочувствовать по определению. Потому что пока война, есть чувство врага, и гибель врага воспринимается как возмездие. Безо всяких соплей гуманизма. И призывы «просто помолчать» бессильны и лишь больше озлобляют. А то, что киевляне в день падения «ТУшки» несли цветы к нашему посольству, как несли когда-то и москвичи к украинскому после сбитого «Боинга» — это всего лишь математическая погрешность, радующее, но ничего не меняющее отклонение от общего с обеих сторон «вставай, страна огромная». И это ужасно, и это — реальность, из которой нам еще долго-долго никуда не деться. Или вы думаете, что чеченцы что-то забыли?..

И меня действительно раздирает напополам от осознания, что какой бы прикормленной Кремлем матерью Терезой ни была доктор Лиза, детей-то она реально спасала… Что Гергиев с виолончелистом в освобожденной (тогда) Пальмире и мне были поперек здравого смысла, но «ка-а-а-алинка, калинка, калинка моя» александровцев — почти такой же генетический код, как и пушкинское «мороз и солнце, день чудесный», а они (их?) бабах… А главное, что в доме горе, и в одной комнате плачут, а в другой до слез же ржут от восторга — так, мол, вам, мразям, и надо. И однозначно осудить их у меня не получается: когда они рыдали, мы тоже пели и праздновали победу… И очередные бестактные шалости далекого «Шарли эбдо» — их карикатуристы тоже уже успели поглумиться, ну вот так уж они понимают свободу и свой профессиональный долг — полная фигня на фоне предчувствия дальнейших потрясений. А убитый за Сирию посол — лишь первая ласточка ответки, настоящего гнева суннитов мы еще и не пригубили. И если самолет упал в море действительно из-за проблемы с закрылками, это еще ничего не значит. Мы ввязались в цивилизационную и вроде бы по всем понятиям правильную войну с варварами. Европа очканула, а мы — нет. Но мы не знаем критериев ее окончания. Я точно не знаю, и вы, скорее всего, тоже. А, стало быть, с наступившим нас всех Новым годом и с новой реальностью, дух и нюансы которой нам еще только предстоит учиться постигать. И очень опасаюсь, что новости о продолжающемся падении реальных же доходов населения (а они неуклонно падают уже 26-й месяц подряд) могут перейти в разряд не самых печальных.

По опросам за итоги года лишь интерес россиян к Сирийскому гамбиту превышает их интерес к делам в отечественной экономике. А с ней как раз все довольно конкретно. Официально уровень падения реальных доходов населения за два года оценивается в 17,5%. Но если вынести за скобки населения армию чиновников, гос­менеджеров, работников нефтянки и силовиков — статистики такой, разумеется, нет, но… — можно всерьез говорить о падении благосостояния в 30 и выше процентов. Заверения руководства страны о снижении темпов беднения, конечно, отрадны, но объективных предпосылок к тому, что падение когда-нибудь сменится ростом, не вытанцовывается: Резервный фонд израсходуется уже в наступившем году. Соответственно, тут же распечатается Фонд национального благосостояния (Голикова знает и вряд ли врет). Подушки безопасности иссякают. Как жить без них, никто всерьез не спрашивает, а не спрашивают — никто и не отвечает. Единственное, что почти гарантируют практически все, — до выборов 2018-го мы дотянем без особо ощутимых потрясений. Что, конечно, радует тоже, но сильно смахивает на намек надышаться перед смертью. Я, разумеется, сгущаю, но я ведь и не экономист — я всего лишь пытаюсь услышать несущееся с самых разных сторон, как-то обобщить и перевести все это с отвлеченно профессионального на приземленно человеческий.

Теперь о трендах минувшего года. Явным трендом стала беспрецедентная борьба с коррупцией. Но население, похоже, успело убедиться, что борьба эта ведется далеко не в его интересах, а исключительно потому, как у них там между собой не все в порядке. В какой ситуации роль Президента как единственного модератора и балансировщика этих внутриклановых разборок возрастает до неоценимого. Вопрос «если не он, то кто же» — уже несмешной и абсолютно риторический. Кроме него, действительно некому. И этого не может не признать уже даже самый упертый антипутинист. Что вообще как бы неправильно. Но дай бог ему здоровья, потому что правильное — вообще непредсказуемо… Кстати, еще одним трендом стало вроде бы и не зафиксированное еще документально, но вполне уже отрефлексированное — и Европой, и Америкой — вынужденное признание геополитической прозорливости нашего Президента. Глобализм вот только что не сдох, как известный бобик: англичане выбрали «брэксит», Штаты — Трампа, Турция окончательно забила на общеевропейские ценности, Олланд ждет сменщика из числа националистов, будущее Меркель пахнет закатом. А пересидевший всех Путин, кажется, готов пересидеть и их будущих преемников. Нет в России политолога, не возгласившего хотя бы однажды, что он ух какой тактик, но, увы, никакой стратег. А я гляжу на нынешнее положение вещей и чувствую, что для празднования именно стратегической победы Кремлю не хватает сегодня лишь выгодного пакта с новым президентом США. Прогнозировать успех этой скорой встречи пока не может никто, Трамп все-таки республиканец, но если они с Путиным найдут общий язык, у кого язык повернется сказать, что наш нацлидер не знал, куда идет и ведет еще десять лет назад? Другой вопрос, что интересы Кремля не то же самое, что интересы провинциальной России. Но это, повторю, вопрос отдельный…

И тут еще один тренд — какое-то животное обострение ностальгии по СССР, то и дело выплескивавшейся как из-под глыб народного как бы молчания, так и из маргинальных слоев политического истеблишмента. Кончилось тем, что 28 декабря группа полоумных старперов-интернационалистов под водительством одиозного национал-освободителя депутата Федорова приняла резолюцию о «восстановлении границ незаконно разваленной великой страны». Вот зачем? Прибалтов лишний раз потроллить? Или казахов с белорусами напрячь? И вообще, это идиотское стремление бэк ин юэсэсэр — идеал недалеких, успевших забыть или не слыхавших даже о том, что по советской разнарядке человеку полагалось на год пять рулонов туалетной бумаги. И очереди за ней были не короче очередей за… сами впишите что хотите — не ошибетесь… Но об этой стороне современного нашего мракобесия нынче уже не успеваем… Разве что упомянуть еще пару трендов 2016-го. Первый — какое-то пугающе стремительное вживление РПЦ практически во все сферы общественной жизни. Примерно как братвы в проклятые 90-е — вроде как нелегитимна, но объективно вот она, и не считаться с ней не получается… И второй — бог весть откуда проклюнувшаяся страсть к возведению памятников. Причем исключительно царям. Владимиру Киевскому на Боровицкой, Грозному в Орле, а незадолго до Нового года Николаю, как ни крути, Кровавому во Владивостоке. Ну пусть не памятник — всего лишь бюстик, но знак памяти благодарных потомков. А вслед за ним, там же, в знак уже протеста — Сталину. Нет чтобы из протеста писателю какому, ученому там или Гагарину хотя бы — отцу народов и никаких! И в Архангельске на днях открыли бюст генералиссимусу на территории частной автостоянки, но с полагающимся митингом, пионЭрами и угрозами: «Никому не позволим топтать и плевать в нашу светлую родную историю». Тоска, вишь, у народов по отцу. Подозреваю, его бюстиков в ближайшее время не только на окраинах, а где только не понатычут. Прецедент — штука заразная. А в Ростовском театре им. Горького, которым уже два с половиной года руководит наш земляк, драматург Александр Пудин, готовится к постановке спектакль «Исповедь вождя» о «монашествующем монархе, аскете, избравшем путь беззаветного и бескорыстного служения Отечеству». Неплохо зная Александра Ивановича лично, в который раз не могу не восхититься его умением плыть в нужном направлении. И мне, блин, что ли булгаковский вон «Батум» поставить! Эрьзю не оценили, может, за Сталина какой ништяк обломится…

А закончу тем же, с чего начал — салатом. Узнав, что у нас в Мордовии второй год подряд самый дешевый в России оливье, некий Федот обратился почему-то лично ко мне с просьбой написать «умную статью про то, что мы впереди всех и во всем». Дорогой Федот! За умную не поручусь, но попытаться разобраться обещаю. В самое ближайшее. Продолжаем отдыхать.

Новости партнеров