Политика

Бывшая работница самого вредного в Саранске производства не может добиться положенной по закону надбавки к пенсии

 

Получилось так, что свою жизнь Нина Николаева посвятила тому, чтобы бывший руководитель "Лисмы" Владимир Литюшкин и группа его прихлебателей стали миллионерами Получилось так, что свою жизнь Нина Николаева посвятила тому, чтобы бывший руководитель «Лисмы» Владимир Литюшкин и группа его прихлебателей стали миллионерами

Жительница Саранска Нина Николаева около 40 лет проработала на электроламповом заводе, но не получила надбавки к пенсии «за вредность», потому что ее карточка внезапно пропала из медучреждения. 77-летняя женщина обращалась с жалобами в различные инстанции и даже ездила в Госдуму, но так и не добилась справедливости. Теперь хочет подать иск в суд. «В ртутном цехе я заработала множество заболеваний, — вздыхает труженица, — и теперь вся пенсия уходит на лекарства. Многих моих коллег по работе уже нет в живых, но я еще как-то держусь, хотя сил остается все меньше…» История старейшей работницы предприятия в материале ТАТЬЯНЫ НОВИКОВОЙ.

 

Завод

Нина Николаева верила в светлое будущее Советского Союза Нина Николаева верила в светлое будущее Советского Союза

Нина Николаева не раз становилась героиней газетных публикаций Нина Николаева не раз становилась героиней газетных публикаций

На ламповый завод Нина Николаева пришла в 1956 году молоденькой девчонкой со школьной скамьи. «Когда приехала из родной деревни работать в город, думала, что все у меня будет хорошо и начнется новая жизнь, — рассказывает пенсионерка. — Большой завод манил перспективами. Но со временем я поняла, что это все пустые мечты…» Девушка сразу попала на строительство люминесцентного цеха, где начала трудовую деятельность откатчицей. Уже в первые месяцы ртуть стала сниться ей по ночам: «Огромные реки опасного вещества, с которым работали больше 2 тысяч человек… Мы брали его голыми руками и даже домой приносили на одежде и обуви. Мне не было и 20 лет, а уже стало подводить здоровье. Из цветущей деревенской девчонки я превратилась в высохшее дерево…» По словам пенсионерки, в первое время ей как ученице платили всего 30 рублей, хотя работала наравне со всеми мастерами. Потом оклад постепенно вырос до 120 рублей. Но что это такое по сравнению с мучениями, которые пришлось испытать на протяжении всей жизни! В цехе царила антисанитария. Печь нагревалась так, что людям было нечем дышать. А если в помещение попадал холодный воздух из вентиляции, сразу лопались стеклянные баллоны и ртуть лилась прямо на пол, затекая под дырявый линолеум. Образовывались целые «лужи смерти». Потом помещение обрабатывалось марганцовкой, но для работников цеха это было слабым утешением. Им приходилось дышать не только парами ртути, но и примесью этого вещества. Много раз в опасный цех наведывалась комиссия. Говорили, что скоро его закроют, потому что концентрация вредного вещества превышает все допустимые нормы. Но это были только слухи. По словам Нины Николаевой, за время ее работы на предприятии сменилось много директоров, но ситуация оставалась прежней. Люди также болели и умирали. Многие падали в обморок прямо на рабочем месте. Настоящей трагедией для Николаевой стала смерть ее 22-летней ученицы. «Красавица украинка Ульяна Поленица сгорела у меня на глазах за считанные месяцы, — вспоминает пенсионерка. — У девушки отказали почки. В последние дни жизни она ходила с палочкой, потому что сильно отекли ноги…» У самой Нины еще в ранней молодости врачи на профосмотре выявили серьезные проблемы с желудком. Во время беседы женщина не может сдержать слез: «Ради чего я погубила здоровье? Кто мне теперь скажет спасибо за работу? Всем всегда было наплевать на простых людей. А ведь с нас начинался завод «Лисма»!» Нина Николаева проработала в люминесцентном цехе 6,5 лет. Потом была вынуждена перевестись в спиральный из-за серьезных проблем со здоровьем. Коллеги тоже последовали ее примеру, потому что опасались за свою жизнь. Правда, по словам пенсионерки, это ничего не меняло, потому что на электроламповом заводе везде было повышенное содержание ртути, даже в бухгалтерии. «Однажды я не выдержала и решила все бросить, — вспоминает наша собеседница. — Уехала в Рузаевку, где окончила техникум и стала работать технологом по обработке металлов. С электроламповым заводом новое место было, конечно, не сравнить. Хорошие и спокойные условия труда. Только живи да радуйся». Правда, радоваться пришлось недолго. Нине Николаевой все-таки пришлось вернуться в Саранск…

 

Пенсия

«Чтобы раньше выйти на заслуженный отдых и получить прибавку к пенсии «по вредности», по закону нужно было отработать на электроламповом заводе не меньше 7,5 лет, — рассказывает пенсионерка, — а мне не хватало полтора года. Вот и снова пошла на старое место работы…» То, что было потом, она вспоминает как страшный сон. В люминесцентном цехе из-за ужасных условий работники менялись каждый месяц. Несмотря на новое оборудование, по-прежнему было тяжело. Все жаловались на здоровье. Кое-как дотянув до пенсии, Николаева думала, что кошмар закончился, но не тут-то было. «У меня накопилось множество заболеваний, — говорит она. — Особенно мучаюсь астмой. Еще бы! Столько лет дышать ртутными парами! Сын после армии тоже пошел на электроламповый завод. В 1990-е годы работу найти было сложно, а там всегда требовались люди. Парень устроился монтажником в спиральный цех. У него тоже начались проблемы со здоровьем. Но деваться было некуда, нужно же было на что-то жить. Ушел с завода только когда перестали платить зарплату…»

Нина Ивановна очень рассчитывала на надбавку к пенсии, положенную при наличии профзаболевания, но до сих пор ее не получила. «В поликлинике у меня была карточка, где черным по белому расписаны все мои недуги, но она таинственным образом исчезла, — плачет пенсионерка. — Теперь попробуй докажи что-нибудь государству, от которого лишней копейки не дождешься! Про нас просто забыли!» По словам Николаевой, многих ее бывших коллег уже давно нет в живых. А ее спасло только частое лечение радоновыми и хвойными ванными в санаториях. Во время отдыха она познакомилась с женщиной, которая работала в ртутном цехе московского лампового завода. Та очень удивилась, узнав о зарплате новой подруги. Сама она получала на вредном производстве вдвое больше…

Нину Николаеву всегда приглашают на торжественные мероприятия, где чествуют ветеранов. «Прихожу, смотрю на богато убранный стол, цветы и разные вкусности, а на душе плохо, — плачет пожилая женщина. — Угощают, а мне ничего из этой еды нельзя. Потому что потеряла здоровье в «смертном цехе». Так и говорю начальникам, которые присутствуют на праздниках. Я человек простой, и мне терять уже нечего». Много раз Николаева обращалась с жалобами по поводу прибавки к пенсии в местные инстанции, но все без толку. Отчаявшись, даже отправилась в Госдуму, где ей посоветовали решить проблему через суд. Пенсионерка уже написала заявление. «Пока есть хоть какие-то силы, буду бороться, — говорит пенсионерка. — Что у нас за государство такое, где с глубоким безразличием относятся к проблемам пожилых людей! Скажите, разве мы этого заслужили?»

340x240_mvno_stolica-s-noresize