Политика

Политолог Михаил Ремизов: «Аресты губернаторов не случайны»

Текущий год выдался урожайным на аресты российских губернаторов, их заместителей, мэров и других чиновников помельче. В подавляющем большинстве слуги народа оказываются под следствием за махинации с бюджетными средствами и вымогательство взяток. Последний «пострадавший» — губернатор Коми, арестованный силовыми органами 19 сентября. За что сегодня региональный руководитель может быть премирован «турпутевкой» в Лефортовскую тюрьму? Почему Сердюков и арестованные губернаторы – разного поля ягоды? Откуда берутся невзяточники? Об этом российский политолог, президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов рассказал ИРИНЕ РАЗИНОЙ.

«С»: Почему выбор силовиков пал на губернатора Коми – не слишком заметного за пределами региона, лояльного федеральному центру?

— Трудно сказать однозначно. Как правило – это комбинация факторов. Ослабление аппаратных позиций. Присутствие внутриэлитных конфликтов, а также наличие фактуры у силовиков. Потому что мы можем сколько угодно говорить о том, что знаем и понимаем, что тот или иной губернатор не чист на руку. Но если нет конкретных и подтвержденных доказательств, то это все останется на уровне разговоров. Причем, борьба с коррупцией всегда накладывается на некие клановые войны внутри элит. Очень сложно изолировать одно от другого.

«С»: Можно ли считать такой стремительный «навал» на губернатора Коми показательными выступлениями силовых органов?

— Да, не исключено, что это именно показательный процесс. Учитывая, что было уже несколько громких дел, связанных с губернаторами. Экс-руководитель Тульской области Вячеслав Дудка приговорен за взяточничество к 9,5 годам колонии и уже отбывает реальный срок. Сахалинский губернатор Хорошавин – под следствием. Но в деле главы Коми и верхушки региональных элит впервые обозначились принципиально новые штрихи – коррупция перешла в поле организованной преступности. Это ее наиболее тяжелая форма.

Многие эксперты считают, что экс-глава Коми Вячеслав Гайзер — не последняя жертва в борьбе с коррупцией Многие эксперты считают, что экс-глава Коми Вячеслав Гайзер — не последняя жертва в борьбе с коррупцией

«С»: Складывается ощущение, что люди в Кремле или на Лубянке имеют особую папку на каждого регионального руководителя и могут в любой момент пустить ее в ход. Если перефразировать известный всем принцип сталинской эпохи, получается, что «был бы губернатор, а статья найдется»?

— К сожалению, это касается не только руководителей регионов, но и практически любого крупного бизнеса. Да, в отношении каждого серьезного игрока может быть инициирована юридическая атака. Но все-таки определенная причинно-следственная связь между степенью вседозволенности и вероятностью понести наказание уже возникает. Правила игры диктуются более чем явно. Потому что тот уровень коррупционных издержек, который сложился в стране, в нынешних экономических условиях просто неподъемен.

 «С»: По какому принципу отбирается каждый следующий кандидат среди крупных чиновников на получение «турпутевки» в Лефортово?

— Не думаю, что такие аресты – форма политических расправ или силовики работают методом случайной выборки. Важно, чтобы в сознании правящего класса возникла цепкая связка между правилами игры, которым они следуют или нет, и вероятностью такого рода неприятных последствий, которые случились с рядом губернаторов. Эти аресты должны быть прочитаны, как призыв держаться в определенных рамках приличий, снизить уровень коррупции, исключить ее определенные формы и виды. Скажем, вывод средств в офшоры. Сегодня использование таких инструментов региональными элитами, близкими к власти, — прекрасный индикатор для того, чтобы стать предметом повышенного интереса со стороны финансовой разведки, следственного комитета, прокуратуры и т.д.

«С»: А насколько такие сигналы доходят до адресатов?

— Доходит не до всех и не сразу. У многих имеется некий синдром неприкосновенности. Им, кстати говоря, был сильно поражен Сердюков. Во многом на этом человек и погорел. Кстати, пример бывшего министра оборон и его подруги Васильевой в сравнении с судьбой некоторых представителей губернаторского корпуса говорит нам о том, что действуют несколько разные подходы к верхушке федеральных элит, к высшему слою, в который входит узкий круг людей, принимающих решения, с одной стороны,  а с другой – к региональным элитам. Но, тем не менее, можно констатировать, что этот круг неприкасаемых сокращается. Их становится существенно меньше, чем раньше.

 «С»: Мордовия тоже не обходится без громких коррупционных разоблачений. Недавно к 10 годам строго режима и многомиллионному штрафу за взяточничество приговорили начальника республиканской ГАИ. Это один из редчайших случаев столь строго наказания в истории республики. В причастности к коррупции подозреваются руководители мордовского филиала Почты России, сотрудники республиканского военкомата, профессора вузов и т.д. Но ведь нет никакой гарантии, что если посадят одних, то на их место придут кристально честные и порядочные люди. Где взять не взяточников?

— Одни и те же люди могут жить и действовать по-разному. В зависимости от того, чего от них ожидает и требует общество. Склонность к взяточничеству – это же не врожденное качество. Человек просто принимает определенные правила игры, существующие в той или иной среде. Поэтому наивно ждать появления когорты кристально честных чиновников. Хотя, кончено, вопросы воспитания, образования, формирования класса госслужащих, корпоративной этики имеют большое значение. То же самое касается бизнесменов, врачей, адвокатов и т.д. Все эти качества поддаются настройке. Те же врачи или адвокаты могут позволить себе неплохо зарабатывать, нарушая интересы клиентов. И экономическая эффективность, логика рыночной конкуренции вполне может подталкивать их к тому, чтобы наживаться на клиенте в ущерб его интересам. Одним из противовесов этому явлению как раз и является корпоративная этика. То же самое касается и чиновников. Сегодня коррупция в определенных видах и формах входит в кодекс их корпоративной этики. И в какой-то степени «правильные» виды коррупции – это признак управленческой адекватности. И эти нормы поддаются настройке. Но это очень сложный социальный инжиниринг.

«С»: Почему силовики активизировались в борьбе с коррупцией именно сейчас? Чтобы этим отвлечь народ от экономических проблем и дать вместо хлеба зрелища?

— Ну, поскольку у нас проблемы в экономике надолго, то мы еще успеем насладиться этим зрелищем (смеется – «С»). Но все-таки главная проблема нашей управленческой системы – это не коррупция, а неэффективность, формализм и дефицит компетентности. Поэтому бороться со взяточниками и расхитителями бюджета нужно. Но это не панацея от всех бед. Можно не украсть ни копейки и в то же время не выполнить задачу. Таких примеров огромное количество. Поэтому важнее повышать эффективность госуправления.

 «С»: Кто из губернаторов сегодня находится в большей степени в «группе риска»: главы  ресурсообеспеченных регионов или руководители глубоко дотационных субъектов?

— Зачастую меньше рискуют те губернаторы, которые менее инициативны. Они при этом грамотно упаковывают проблемы своего региона и не менее грамотно «продают» их федеральному центру, выбивая соответствующие субсидии, межбюджетные трансферты, участие в целевых программах и т.д. А те, кто пытаются что-то делать самостоятельно – больше рискуют, потому что, например, могут стать участниками какого-либо конфликта интересов с некими финансово-промышленными группами, могут, действительно, что-то сделать неправильно. И поэтому опасность антикоррупционной компании в том, что она вполне может убить инициативу у думающих и активных губернаторов.

«С»: Регулярные визиты на Дальний Восток вице-премьера Дмитрия Рогозина и личный контроль Владимира Путина не спасают от воровства даже такую стратегическую стройку, как космодром «Восточный». Уже возбуждено около 10 уголовных дел, связанных с хищением, злоупотреблениями должностными полномочиями, задержками в выплате зарплат. Еще столько же дел находится на стадии доследственной проверки. Суммарный объем хищений уже превысил, по оценке генпрокурора Юрия Чайки, 7,5 млрд руб. Получается, что доходы от коррупционного бизнеса настолько высоки, что их получателей не пугает вообще ничего?

— Там постепенно раскручивается клубочек всех старых нарушений, хищений и т.д. Думаю, что сейчас на «Восточном» уровень контроля таков, что вряд ли серьезная системная коррупция там остается. Но возникает вопрос о том, насколько в связи с вскрывшимися масштабами хищений этот стратегический объект будет построен вовремя и надлежащего качества. То же самое в сфере гособоронзаказа. Контроль за расходованием средств достаточно строгий и продолжает ужесточаться. Но это может стать проблемой с точки зрения сроков исполнения. Потому что, чем больше тратится времени, усилий, денег на осуществление такого контроля, тем дороже будет результат, и тем дольше он будет достигаться.

«С»: Еще один потенциально коррупционноемкий проект в масштабах страны – это чемпионат мира по футболу 2018 года, матчи которого в числе прочих регионов готовится принимать и Саранск. В условиях, когда государство стремится к экономии, возможен ли при подготовке к этому турниру такой же масштаб финансовых злоупотреблений, который был выявлен, например, при подготовке Сочи к Олимпийским играм?  

— Наверняка, что-то обязательно повторится. Но если проект системно полезен и важен, то даже с коррупционным налогом он остается таковым. А чемпионат мира по футболу заведомо представляет собой пустую трату огромного количества бюджетных средств, не имеющую серьезных позитивных эффектов для экономики и социальной сферы. Кончено, снизить коррупционный налог хочется. Но проблема, на мой взгляд, в самом проекте, а не в том, сколько на нем будет украдено.

Личное дело

Михаил Ремизов – российский политолог и публицист, президент Института национальной стратегии. Родился в 1978 году. Окончил философский факультет МГУ, кандидат философских наук. Специалист по политической философии. Был редактором отдела политики «Русского журнала» и главным редактором Агентства политических новостей. C 2005 года — президент Института национальной стратегии.

340x240_mvno_stolica-s-noresize