Политика

«Американцы стимулируют раскол российских элит…»

© Столица С I Юлия Честнова

Политолог Дмитрий Орлов — о причинах поддержки Путина, новых санкционных списках США и жизни Мордовии после чемпионата мира по футболу

Весна в России выдалась богатой на новости — политические, финансовые и, к сожалению, трагические. Рекордные 77% голосов на президентских выборах за Владимира Путина. Дипломатический «развод» России с Великобританией из-за так называемого дела Скрипаля. Новые санкционные списки США в адрес крупного российского бизнеса, за стуки обрушившие рубль и рынок ценных бумаг в стране. И, конечно, страшная трагедия в Кемерове, уйдя в отставку после которой, экс-губернатор Аман Тулеев продолжает отчаянно цепляться за власть. Что происходит в России, и к чему ведут эти события? На этот вопрос в эксклюзивном интервью «Столице С» ответил гендиректор «Агентства политических и экономических коммуникаций» Дмитрий Орлов, 10 апреля посетивший Саранск. С известным политологом поговорил главный редактор Станислав Холопов.


«С»: На президентских выборах Мордовия в очередной раз дала высокий процент в поддержку действующей власти. Чем вы это объясняете?

— В Мордовии уровень поддержки Президента действительно очень высок. В стране несколько кластеров, в которых сложились разные модели голосования. Условно высококонкурентный кластер — это мегаполисы, кластер консолидированного голосования — это целый ряд национальных республик, в том числе и Мордовия. Причины такого голосования связаны с политической традицией, с ориентацией избирателя на власть, с высокой консолидацией мнений людей вокруг фигуры Путина. Главную роль играет не фактор административной мобилизации и тем более не нарушения, а именно традиция консолидированного голосования.

«С»: А почти 77 процентов голосов за Владимира Путина в целом по стране стали для вас неожиданностью?

— Да, не скрою, это было неожиданно. Путин даже сейчас, спустя многие годы пребывания у власти, ассоциируется у многих с надеждой. К тому же на результат голосования повлияла патриотическая мобилизация последних двух-трех недель перед выборами, связанная с конфликтом с Британией и эскалацией отношений с Западом в целом. Как русский человек реагирует, когда его понуждают к каким-то действиям, грубо формируют его мнение о чем-то? Логика населения в этой ситуации в том, чтобы поддержать силу, которая может защитить Путина. Это вторая патриотическая мобилизация, первая была после Крыма. Давление Запада сыграло роль в результате выборов, но не ту, которую ждали ее инициаторы. Это сплотило нацию, усилило результат Путина, увеличило приток населения на выборы. Потому что в этих условиях многие посчитали, что прийти на избирательные участки — это их гражданский долг.

«С»: Изменится ли кардинально политический расклад сил и, в частности, конфигурация российского Правительства после инаугурации Владимира Путина в мае?

— Я полагаю, что сохранится та политическая модель, действующая достаточно давно, при которой премьер одновременно является лидером «Единой России». И в связи с этим продолжит функционировать общая система ответственности Правительства и парламента за принятие решений. На мой взгляд, после того как нынешнее Правительство сложит свои полномочия перед Президентом, наибольшая вероятность занять пост премьер-министра у нынешнего председателя Правительства Дмитрия Медведева. При этом состав кабинета может подвергнуться серьезным изменениям. Причем не только персональным, но и структурным. На первые роли выдвинутся деятели, которые призваны обеспечивать прорыв, стать олицетворением нового экономического курса. В частности, я ожидаю усиления роли нынешнего министра экономического развития Орешкина. Кроме того, не исключаю, что помощник Президента Белоусов перейдет в Правительство на один из значимых постов. В любом случае Правительство должно стать более динамичным, о чем уже заявлено.

«С»: Как вы оцениваете сохранение экс-губернатором Кемеровской области Аманом Тулеевым властных полномочий уже в статусе спикера местного заксобрания?

— Странное решение, которое вряд ли было согласовано с Кремлем. Это ошибка. Вся полнота ответственности за нее лежит на самом Тулееве. Ведь он уже исчерпал ресурс доверия. Ему бы стоило уйти года на два раньше, тогда он мог оказаться с точки зрения восприятия населения в одном ряду с Шаймиевым и другими политическим тяжеловесами. Но Тулеев уходил иначе: под давлением известной трагедии и вообще обстоятельств, общественного мнения, митинга. И вот этот человек возвращается во власть. Уверен, жители региона еще дадут понять местной элите и самому Тулееву, что они его не воспринимают. Население в шахтерском крае — жесткое, люди там привыкли высказываться не сдерживаясь. К тому же здесь велики риски, связанные со здоровьем. Он уже практически выработал свой физический ресурс. Большой вопрос: сможет ли Тулеев функционировать в статусе председателя заксобрания, вести заседания, например? Считаю, что «очищение» должностей под экс-губернатора — это еще одна ошибка, которая дорого будет стоить той элите, которая с Тулеевым ассоциируется.

«С»: Не возникнет ли проблем с предстоящими выборами у губернатора Подмосковья Андрея Воробьева после серии «мусорных» митингов на его территории?

— Они уже есть. Фактически мы наблюдаем возникновение горизонтальной координации протестного движения на уровне области. Только в двух городах были разрешены митинги— Волоколамске и Серпухове. Но они сразу стали многолюдными. Воробьеву нужно менять систему коммуникаций и с населением, и с элитой. Если губернатор Московской области на самом деле планирует идти на выборы (сам-то он об этом заявил, но о поддержке его выдвижения Президентом я не слышал), ему нужна система перезагрузки власти и своего имиджа. Сегодня у него глубочайший кризис в регионе. Причем он многоаспектный. Это кризис его восприятия как губернатора, кризис его политики, «мусорный» кризис и кризис элит. Ему нужно овладеть ситуацией. Пока же он только реагирует, пытается ответить.

«С»: Сможет ли Ксения Собчак как-то капитализировать те 1,5 процента голосов, которые она получила на выборах?

— Она уже пытается, создала партию. Но для Собчак всегда была большой проблемой регулярная деятельность без срывов. Ей нужно систематически работать, стремиться занять либеральный сегмент. Если же она рассчитывает, что желаемый результат придет к ней через два-три месяца после выборов, то это наивно.

© Столица С I Юлия Честнова

«С»: Но стартап у нее был даже хуже, чем в свое время у Хакамады, которая набрала на президентских выборах больше двух процентов голосов…

— Минимальный критерий успеха на выборах — три процента. Такой результат позволил бы Собчак говорить, что она крепко стоит на ногах и может консолидировать либеральную часть общества. Этой базы у нее не оказалось. Тем не менее пока она остается в игре.

«С»: Есть ли политическое будущее у Павла Грудинина?

— Думаю, есть. Грудинин неудачно выступил на выборах. У него было много проблем: инертность, большая зависимость от Зюганова, неверная фокусировка кампании. Но главная его ошибка — он не сформировал представление о себе как о главной альтернативе Путину. Реши он эту задачу — его поддержка могла бы достичь и 25%. И все же я считаю, что у Грудинина есть политические перспективы. Но перспективы — это не гарантии.

Санкции

«С»: В случае с последним эпизодом санкций речь идет о расколе американцами российских элит?

— Конечно, они стимулируют этот процесс. Например, Прохорова и некоторых других не тронули. Хорошо известно еще с римских времен: разделять — значит, властвовать.

«С»: Получится у них?

— Посмотрим. Но власти США впервые показали, что они за один день и одним решением могут нанести российской экономике очень значительный ущерб. То, что в результате произошло на фондовых рынках и инвестиционных площадках, показывает: ситуация в целом ряде отраслей, которые подвержены санкционному давлению, может кардинально измениться за день. Система, которая ориентирована на развитие конкретных производств и внутреннего рынка, более устойчива. Именно к этому и нужно стремиться в свете последних событий.

«С»: Во времена финансово-экономического кризиса 2008–2009 годов бюджет страны оказал крупному российскому бизнесу солидную денежную помощь. Повторится ли это сейчас?

— Премьер Медведев на днях уже заявил, что должны быть найдены механизмы поддержки попавших в санкционные списки США российских компаний. Речь идет о судьбах десятков тысяч рядовых работников тех компаний, которые попали под санкции, о крупных инвестициях, требующих защиты.

«С»: И все-таки сложившаяся ситуация должна заставить этих людей перенаправить свои капиталы в Россию…

— Это все благие пожелания. Часть капиталов, конечно, перетечет в Россию. Но вряд ли стоит ждать радикальной переориентации.

Мордовия

«С»: Станет ли Саранск инвестиционно привлекательнее после чемпионата мира по футболу?

— Несомненно. И инвестиционно, и туристически. Такие события всегда повышают интерес к регионам, в которых они проходят. Главное, не упустить эту волну. Сразу после чемпионата республике нужно иметь новые туристические маршруты, чтобы «продавать» туристам созданную гостиничную, спортивную и другую инфраструктуру еще много лет. Люди должны приезжать, отдыхать, оставлять здесь свои деньги. А иначе ради чего все делается? Не только же из-за праздника спорта. И главное здесь — даже не стадион, а новые объекты, которые способны обслуживать туристический поток… А для инвесторов Мордовия хороша тем, что здесь спокойно, предсказуема власть и гарантированы вложения. К тому же здесь рубль крепче из-за низкой внутрирегиональной инфляции.

«С»: А чем, на ваш взгляд, Мордовия может привлечь туриста?

— Надо придумывать что-то необычное. Можно использовать, например, лагерную тематику. Сегодня среди туристов очень много экстремалов, которые любят на своей шкуре испытать что-то неординарное. Вот и сделать для них хоррор: одеть в тюремную робу, поместить в камеру, выдать баланду, заставить шить рукавицы. Конечно, это должна быть имитация тюремных условий, а не настоящая тюрьма. Где-то неподалеку от аэропорта это вполне можно организовать.

«С»: Какие точки туристической привлекательности есть в самом Саранске?

— Музей Степана Эрьзи — уникальный комплекс, он интересен не только любителям живописи. Думаю, как туристический бренд можно использовать Пугачева и все, что связано с его пребыванием на мордовской земле. Майки, кепки с его изображением. К тому же когда такого рода исторические деятели превращаются в коммерческие и туристические бренды, умирает разрушительный потенциал, связанный с их именем. Я, например, давно выступаю за коммерческое продвижение Волгоградской области как «сталинского» региона. Никто не мешает превратить центр Волгограда в кумачовый Сталинград, сделав его центром притяжения для туристов. Мы живем в эпоху постмодерна: колоссальная популярность великих идей уступает место большим объемам сбыта качественной сувенирной продукции. Это циничный подход — продавать то, что продается. Но он эффективен. В Мордовии большого внимания заслуживает город Темников, река Сура как уникальный природный объект. А Саранск можно использовать в качестве туристической базы, в которой теперь много качественных отелей.

Новости партнеров