Новости

Журналист Максим Шевченко о серии терактов: «Бейрут заслуживает не меньшего сочувствия, чем Париж»

 Ночь на 14 ноября стала самой черной в новейшей истории Франции. В результате серии терактов в Париже были убиты 129 человек, более 350 ранены, многие до сих пор находятся в критическом состоянии. Атаке смертников подверглись небольшой ресторан, арена «Стад де Франс», на которой товарищеский футбольный матч проводили сборные Франции и Германии, а также парижский театр «Батаклан», где шел концерт американской рок-группы. Ответственность за эти злодеяния взяла на себя экстремистская группировка «Исламское государство», запрещенная в России. Как связаны эти теракты с катастрофой российского аэробуса над Синайским полуостровом? Какая страна может стать следующей мишенью радикальных исламистов? Есть ли способы победить терроризм? Возможен ли мир на Ближнем Востоке? Эти и другие вопросы ИРИНА РАЗИНА задала журналисту, члену Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте РФ Максиму Шевченко.

«С»: Атака террористов произошла вскоре после того, как французские ВВС нанесли удары по подконтрольным ИГИЛ нефтяным месторождениям в Сирии. К ответному удару Париж оказался не готов?
— Да. Там все полагали, что война — это некая телевизионная картинка, действие которой происходит очень далеко. Но выясняется, что в современном мире война, по крайней мере сетевая, происходит здесь и сейчас везде. И не надо далеко ходить, чтобы оказаться ее участником.
«С»: Почему террористы смогли совершить сразу несколько атак? Это провал французских спецслужб?
— А что тут удивительного? История помнит и более масштабные акции. Террористы захватывали посольства, брали в заложники огромное количество людей. Можно вспомнить «Норд-Ост» в Москве. Такие акции тщательно готовят: внедряют боевиков, расселяют, снабжают оружием и взрывчаткой, прокладывают маршруты отходов… К сожалению, нет ничего сверхсложного в том, чтобы расстрелять мирных людей. Взять автомат, прийти в кафе и открыть огонь по сидящим там людям или войти в неохраняемый концертный зал, где собралась молодежь, и начать всех убивать… Это просто тупая и жуткая бойня.
«С»: Накроет ли Европу волна исламофобии по отношению к беженцам с Ближнего Востока?
— Да дело-то даже не в этих людях. Потому что спасались бегством в Европу в основном курды, которые практически не имеют отношения к исламскому терроризму. Судя по описаниям очевидцев парижских терактов, нападавшие говорили на хорошем французском языке, без малейшего акцента, и, возможно, вообще были французами.
«С»: Между авиакатастрофой над Синаем и терактами в Париже есть связь?
— Безусловно. Это разные виды террористических атак в рамках одной сетевой войны, объявленной всем участникам антиигиловской коалиции. Только эти жестокие акции — месть не за Сирию, а за войну против образования под названием «Исламское государство». Новый халифат наносит ответные удары. У них нет самолетов и ракет — они будут посылать к нам смертников.
«С»: Месть продолжится? Какая страна может стать следующей целью террористов?
— Любая из тех, кто участвует в военной операции против ИГИЛ. В том числе Россия.


«С»: Для осуществления таких террористических атак нужна серьезная финансовая подпитка…
— Абсолютно нет! Какие средства необходимы для того, чтобы устроить стрельбу во французском кафе «Маленькая Камбоджа»? Надо просто найти автомат, который стоит 400—500 долларов. Кстати, купить его во Франции несложно. А дальше — ты идешь и расстреливаешь людей! Этим-то и страшны такие теракты — они очень дешевые по исполнению, но ужасны по своей эффективности. Это не нападение на здания силовиков, военных, спецслужб, которые имеют мощную охрану и т. д. Это атака незащищенных территорий и простых граждан, которые к ней совершенно не готовы. Тем более такие теракты, как правило, совершают смертники, которые не предполагают остаться в живых. Их задача — взять оружие и как можно больше боеприпасов, прийти в какое-то место массового скопления людей и начать их хладнокровно убивать, а потом, в конце концов, погибнуть самим.
«С»: Нарастающая террористическая угроза со стороны ИГИЛ может побудить Россию и США искать новые точки взаимопонимания в решении сирийской проблемы?
— Я считаю, что такие точки уже находятся. И венское коммюнике, опубликованное в конце октября по итогам переговоров между министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, госсекретарем США Джоном Керри и другими участниками, — это начало решения сирийского конфликта.
«С»: Изменится ли ход войны в Сирии из-за нарастающих по всему миру террористических атак?
— Это может произойти только в одном случае — если Соединенные Штаты Америки изменят стратегию своих боевых действий в этом регионе. В частности, они должны признать действующего сирийского президента Башара Асада партнером, а не противником.
«С»: Ближневосточный клубок все больше запутывается. Конфликт интересов стран, разрастающаяся сеть террористических группировок… Кто с кем воюет, кто каких террористов содержит — уже тяжело понять. Чем все это закончится?
— Никогда на Ближнем Востоке не было спокойной жизни. Так что ничего не изменилось. Подобные теракты, кстати, совершали и в 1960—70-е годы… В 1980-м неофашистские террористы взорвали вокзал в итальянской Болонье, погубив сотню человек. Разве это было менее кровавым событием? Почему мы сегодня говорим о терактах в Париже как о чем-то поражающем воображение? Подобных трагических событий и жестоких расправ в последние десятилетия было множество. И, пожалуй, самым огромным потрясением можно назвать взрыв башен-близнецов в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. Тогда крупный город, финансовую столицу мира, атаковали на самолетах!
«С»: Есть сторонники конспирологической версии, согласно которой к созданию нашумевших в мире террористических организаций в свое время приложили руку сами американцы…
— Не знаю. Сложно говорить. Возможно, здесь есть доля истины, но это нужно еще доказать. Так или иначе, каждая террористическая группировка сотрудничает с той или иной спецслужбой. Но, чтобы говорить об этом более конкретно и делать выводы, нужно знать — когда, с какой целью и при каких обстоятельствах? Просто от метода, который они избирают — атака смертниками мирного населения, — практически невозможно защититься. Можно обезопасить административные, военные, инфраструктурные объекты, но взять под тотальный контроль все кафе и рестораны не получится. Поэтому именно такую тактику использует ИГИЛ.
«С»: А существует ли какой-то адекватный ответ такой террористической угрозе?
— Надо их уничтожать. Выискивать организаторов и заказчиков терактов, наносить удары по местам их дислокации, бомбить и т. д. А куда деваться? Только, на мой взгляд, нужно это делать так, чтобы по мере возможности под бомбежками на иракской и сирийской территориях не гибли женщины и дети… Они не виноваты, что оказались на земле, которую сейчас контролирует «Исламское государство». Но у нас нет иллюзий, что они хорошие, а Запад — плохой. Эти ребята демонстрировали всему миру видеоролики, на которых смаковали жестокие убийства. И сейчас они продолжают запугивать, нести страх и ужас самыми разными способами. Думаю, что на это должен быть дан адекватный ответ. Только я считаю население этих территорий оккупированным террористическими группировками. Иракцы и сирийцы, находящиеся под контролем этого халифата, никоим образом не повинны в этом и не заслуживают смерти. А возможности современного оружия позволяют точечно бить по террористам, не затрагивая мирное население.
«С»: Возможно ли наступление мира на Ближнем Востоке?
— Только после победы над терроризмом. Для этого надо прекратить поддерживать радикальные группировки и перестать, наконец, уничтожать страны, подобные Сирии. А главное — необходимо решить палестинский вопрос. Это главный ключ к наступлению мира на Ближнем Востоке. Надо заставить Израиль уважать права других людей. А до тех пор, пока остается палестино-израильская рана, поверьте, мира там не будет. Это искусственно созданные политические форматы, которые на протяжении десятилетий как ножи режут тело Ближнего Востока. Постоянно появляются десятки и сотни тысяч людей, которые исполнены ненависти с обеих сторон. Поэтому пока там существует два государства — всегда открыт путь к войне. Выход из этого — создать единое демократическое государство, включающее в себя территории Израиля и современной Палестины, с равными правами для всех: иудеев, христиан, мусульман, друзов и т. д.
«С»: Складывается ощущение, что геополитические игры на Ближнем Востоке вкупе с терроризмом могут погубить весь мир…
— Вы драматизируете. Как бы цинично это ни звучало, но ничего эксклюзивного в Париже не произошло. Подобных терактов в истории Европы было немало. В 1970-е годы «левые» террористы захватили германское посольство в Швеции, подпольные леворадикалы «Красные бригады» похищали и убивали людей в Италии, ирландские террористы устроили взрыв в гостинице Брайтона и т. д. Ничего нового. И почему мы говорим только про Париж? В Соединенных Штатах не так давно человек взял автомат и расстрелял в колледже почти 40 человек! А на днях в Бейруте смертники устроили двойной теракт, в котором погибли 43 мирных жителя. Что же мы по этому поводу так не страдаем, как по Парижу? Бейрут — не менее прекрасный город, поверьте. И, между прочим, взрывы произошли там из-за участия ливанской «Хезболлы» в войне против «Исламского государства». Так что пострадал наш союзник в сирийской войне. Поэтому я считаю, что Бейрут заслуживает не меньшего сочувствия, чем Париж.

340x240_mvno_stolica-s-noresize