Новости

Бывший директор рынка в Саранске Вячеслав Щербаков — о смертельных боях вокруг «Ринга»: «Денискин сказал, чтобы я вел себя правильно, иначе…»

 Вячеслав Щербаков работал директором известного саранского рынка «Ринг» с 1996 года по 2002-й. Но только сейчас он решился рассказать о беспределе, который творился в те лихие годы. Это публичное признание человека, который лишь чудом выжил во времена «первоначального накопления капитала». Сейчас предприниматель пытается доказать, что переход рынка в руки новых хозяев был настоящим рейдерским захватом. Как в Мордовии уличные группировки делили «лакомые куски», узнал ВАЛЕРИЙ ЯРЦЕВ.

«До 1996 года я владел автостоянкой «Ветеран», — вспоминает Щербаков. — Потом представители «копеевцев» (организованная преступная группировка — «С») позвали меня на должность директора «Ринга». Решение принял не сразу. Осмотрел рынок, который находился в разрушенном состоянии, долго сомневался. Но в душе я строитель, поэтому все-таки согласился. Тогда сборы с торговцев осуществлялись следующим образом. Во-первых, «копеевцы» сами ходили по рядам и собирали «оброк». Часто в качестве «налога» им отдавали товар — куртки, джинсы, пальто. Во-вторых, торговцы официально платили за аренду. Эти средства я направлял на строительство новых объектов и выкуп зданий на территории «Ринга». К 2002 году там были построены и уже действовали более 20 магазинов. Оборудовали автостоянку, создали специальные места для торговли сельхозпродукцией. Разрешение на это давал сам глава Саранска Иван Ненюков, так как со стороны администрации района понимания мы не увидели. Одним из соучредителей «Ринга» являлся Игорь Ушанов. Он был, по моему мнению, интеллигентным человеком. С ним можно было разговаривать и договариваться. Бывало, торговцы, приехавшие с юга России, отказывались платить «дань». Тогда «бойцы» портили товар, обливали его бензином. И грозились поджечь. Я жаловался Ушанову: это необходимо прекратить, иначе мне первым придется отвечать как руководителю! Он соглашался: такого беспредела быть не должно! Но тогда он сильно пил — нервы были уже на пределе. Как-то Ушанов признался: «Васильич, чувствую, меня скоро убьют!»
Уже после смерти Рафы (одного из лидеров группировки «Копеевцы» Рафаэля Сюбаева расстреляли 2 марта 2000 года — «С») мы начали беспокоиться. Понимали, что скоро нас будут «подминать». И дееспособных «бойцов» у «копеевцев» к тому времени уже не осталось. Практически все искололись! Было такое ощущение, что им кто-то специально наркотики поставляет. Но по-настоящему ЭТО началось после убийства Игоря Ушанова (соучредителя рынка «Ринг» расстреляли 23 января 2002 года возле собственной квартиры, где он проживал с беременной женой и малолетним сыном — «С»). Вскоре на рынке появились неизвестные молодые люди. Они зачем-то пересчитывали торговые места, о чем мне тут же сообщили контролеры. Потом за мной стала следить какая-то машина. Об этом мне сообщил водитель, который возил меня на служебной «Волге». Сразу после расправы над Ушановым «копеевцы» «назначили» мне другого человека — Владимира Арсентьева. Но затишье было лишь кажущимся. 11 августа 2002 года я запомнил на всю оставшуюся жизнь. Двое мужчин подъехали к моему строящемуся дому. «Теперь ты с нами будешь работать!» — заявили они. «Вы обратились не по адресу! — ответил я. — Решайте вопросы с моей «крышей»!» «Там разговаривать не с кем, одни наркоманы!» — сказали «гости». Я попрощался и направился в дом. Через несколько минут визитеры ворвались внутрь и начали угрожать. Что делать? Достал из сейфа уже заряженное ружье. Сын стоял рядом и на всякий случай держал патроны. Увидев оружие, парни произнесли: «Он дурак, пошли отсюда!» Тут же сообщил Арсентьеву о «наезде». На следующий день отправился в Пролетарский РОВД. По пути зазвонил мобильный: «Если сам не примешь решение, готовься к худшему!» Продолжая разговор с неизвестным собеседником, зашел в кабинет начальника криминальной милиции. Все еще держа трубку в руках, воскликнул: «Война же начнется в районе!» А милиционер ответил: «Войны не будет!» Судя по тому, КАК он это произнес, я понял, что писать заявление бессмысленно. Когда вернулся домой, приехал Арсентьев, сказал, что отныне меня будут охранять. А спустя несколько дней заявил: «Уезжай из Мордовии! Тебя могут убить!» Я скрылся в Подмосковье. А через неделю снова звонок: «Мы обо всем договорились! Можешь возвращаться!» После этих слов Арсентьев передал трубку Сергею Денискину. Его голос я сразу узнал. Денискина я знал давно, еще с того времени, когда он торговал автоколесами в магазине у механического завода. «Если будешь вести себя правильно, тебя и твою семью не тронем!» — пообещал он.
На следующий день после возвращения мне забили стрелку в гостинице «Саранск». Велели собрать и привезти всю выручку с рынка за месяц. Делать было нечего. Около 130 тысяч рублей, которые мы должны были сдать в банк, собрал в целлофановый пакет. Поехал на встречу. На входе меня обыскала охрана. В гостинице находились Сергей Денискин, Виталий Качанов (был ранен 19 июня 2006 года возле своего дома, скончался по дороге в больницу — «С») и еще один авторитет. «Тебе твой бизнес дорог?» — поинтересовались они. «Нет!» Но меня даже не стали спрашивать, почему. Разговор сразу пошел о деньгах. «Сумма, которую ты привез, — курам на смех!» И тут же нарисовали на листочке число «500». То есть теперь я должен был платить ежемесячно по 500 тысяч. «У меня нет таких денег, и я платить не буду!» — «Тогда мы пришлем на рынок другого человека!» Так они и поступили, хотя формально я продолжал оставаться директором. Новый человек сразу запросил всю документацию. Вскоре я оформил на его имя доверенность на ведение банков¬ских документов. 5 декабря 2002 года я окончательно простился с рынком, так как чувствовал, что в дальнейшем меня могут просто подставить. А быть может, и убить. Новая «крыша» отреагировала спокойно. Но, разумеется, меня сразу же лишили имущества. В том числе отобрали магазин «Медведь», принадлежавший моей жене. Она сама выкупила эту торговую точку у администрации города. Забрали кафе «Диалог», которое я сам построил. Кроме того, мне принадлежала третья часть от рынка «Ринг». Этой доли тоже лишили. Просто привезли готовые документы, в которых я расписался. Прекрасно осознавал, что в противном случае мне бы грозила физическая расправа. Тогда мне дали совет: «Чем дальше и надолго ты уедешь, тем для тебя же будет лучше! Постарайся подольше не высовываться, чтоб про тебя забыли!» В итоге уехал в деревню, где в течение пяти лет собственными руками строил себе дом… Наверное, поэтому и уцелел… Именно так все и было! Если понадобится, этот рассказ я готов подтвердить в любом суде!»

340x240_mvno_stolica-s-noresize