Происшествия

«Когда начались поборы со стороны руководства УГИБДД?! Они были всегда»

Что сказал основной свидетель по делу экс-начальника мордовской ГАИ Александра Шелудякова

 

sud_sheludyakov (52) Александр Мусатов подробно ответил на все вопросы суда

Приближается к логическому финалу уголовное дело бывшего начальника республиканской Госавтоинспекции Александра Шелудякова и его подчиненных, обвиняемых в коррупции. 3 марта в Пролетарском суде дал показания ключевой свидетель —  начальник Лямбирского отделения ГИБДД Александр Мусатов. Какие взятки вымогались у сотрудников ГАИ, узнала ЕКАТЕРИНА СМИРНОВА.

31-е заседание побило все рекорды: и по количеству публики, и по продолжительности допроса. Свидетель целых полтора часа рассказывал о нравах, царивших в правоохранительной системе. «Неприязни к подсудимым у меня нет, со всеми поддерживал рабочие отношения до сентября 2013 года, — начал Александр Мусатов. — Командир батальона ДПС Владимир Астунин пользовался среди сотрудников районных отделений авторитетом, все его уважали. Он был адекватный руководитель, порядочный и добрый человек. Начальника ковылкинского отделения ГИБДД Рустама Исякаева я знаю с 1997 года еще по работе в сельском хозяйстве. Мы были односельчанами, жили в Лямбире. Астунин и Исякаев являлись доверенными лицами Шелудякова. Начальник республиканской ГАИ ставил им задачи, которые они всегда выполняли, причем не только по службе. С Шелудяковым я познакомился в 2006 году, когда он возглавил УГИБДД по РМ. Первое время он казался мне честным и порядочным человеком, но потом все изменилось. При нем постепенно все увязло в коррупции, а начиналось с мелочей — с поборов продуктами и алкоголем… Кто не выполнял его требований, долго на работе не задерживался. Шелудяков всегда имел хорошие отношения с руководством республиканского МВД — сначала с Ларьковым, потом с Козловым и Панкратовым. Если нужно было кого-то наказать с разрешения министра внутренних дел, Шелудяков делал это без вопросов…»

sud_sheludyakov (12) Александр Шелудяков еще не сказал своего последнего слова

«Когда начались поборы со стороны руководства УГИБДД?» — спросил гособвнитель Валерий Попков. «Они были всегда, — ответил свидетель. — В 2013 году комиссия из Москвы нашла у меня в отделении нарушения по административной практике. Шелудяков был взбешен, дал мне указание все исправить до полуночи. Я так и сделал. После он вызвал меня к себе и не жалел крепких слов, унижал и оскорблял. Тогда я ушел в отпуск и выключил телефон. Вскоре ко мне домой приехал начальник Чамзинского отделения ГИБДД Мотякин. Рассказал, что Шелудяков обещает всех провинившихся уволить и требует с нас двоих по 500 тысяч рублей, если хотим остаться на службе. Я отказался. Мотякин сказал, что тоже денег не даст. Мне объявили строгий выговор. Я начал искать выход на ФСБ. Через некоторое время встретился с одним из сотрудников, курирующих ГИБДД, на автостоянке у магазина «Ботевград» и рассказал все как есть. Мне предложили участвовать в оперативных мероприятиях. Я согласился, ведь нужно было остановить этот беспредел… Позже Астунин сообщил мне, что от нас с Мотякиным требуется лишь по 250 тысяч рублей. «Передадите деньги шефу, и вы останетесь на своих должностях», — сказал комбат. Сотрудники ФСБ установили в мою куртку аппаратуру, в кармане находился пульт, и, когда мне нужно было записать разговор, я нажимал на кнопку. В ФСБ мне выдали 50 тысяч рублей, и вместе с Мотякиным мы поехал к Астунину. Передали ему деньги, Мотякин — 250 тысяч, я — 50 тысяч рублей. Сказал, что у меня больше нет. Астунин предупредил, что шеф очень зол и я должен найти недостающую сумму. Я позвонил приятелю, и он привез мне 200 тысяч рублей. Их я передал Астунину. Забегая вперед, скажу, что, когда вся эта история стала достоянием общественности, в феврале прошлого года нам с Мотякиным деньги вернули. Передал их знакомый Шелудякова в Ичалках».

«Передача денег Шелудякову отразилась на его отношении к вам?» — задал вопрос прокурор. «Гнет шефа по отношению к нам с Мотякиным немного ослаб, — пояснил Александр Мусатов. — Правда, поборы все равно продолжились. Однажды Шелудяков вызвал меня, Мотякина, Исякаева и начальника Ичалковского отделения ГИБДД Мангутова. Поставил задачу найти к завтрашнему дню 50 тысяч рублей. Деньги мы должны были передать Исякаеву. Насколько я понял, эта сумма предназначалась для отправки в Москву некоему Шевченко (заместитель начальника отдела правового регулирования и пропаганды ГИББД России — «С»). Когда мы вышли из кабинета, Мангутов сказал, что недостатков в его работе не выявлено, потому скидываться не будет. Мы с Мотякиным передали Исякаеву по 20 тысяч. Помню, у Мотякина не хватало 5 тысяч, и он бегал по всему управлению, чтобы найти недостающую сумму. Ему дали взаймы в бухгалтерии. Еще 10 тысяч, видимо, доложил сам Исякаев…»

sud_sheludyakov (38) По данным следствия, Рустам Исякаев вписал свое имя в коррупционную схему

«Что можете сказать о получении социальной выплаты для сотрудников на строительство жилья?» — поинтересовался гособвинитель. Именно с этого эпизода началось расследование громкого дела. «Я знал, что по закону мне положена субсидия на улучшение жилищных условий в размере 4,5 миллиона рублей, — рассказал свидетель. — Подал документы в жилищно-бытовую комиссию республиканского МВД. Однако по непонятным причинам ее члены мне отказали. Позже состоялся разговор с Исякаевым, он обещал решить вопрос через Шелудякова за миллион рублей. Я согласился, вариантов у меня не было. Потом Исякаев заявил, что нужно уже полтора миллиона, и сослался на шефа. Я решил, что он меня обманывает. Понимая, что таких денег мне не собрать, тем не менее пообещал Исякаеву требуемую сумму. Сказал, что продам «Ниву» и возьму кредит, а сам связался с сотрудниками ФСБ. Впоследствии Исякаев несколько раз спрашивал меня, когда будут деньги, мол, шеф торопит. За полтора миллиона мне обещали присвоить звание майора и снять взыскание. Шелудяков часто «разыгрывал обезьяну». То есть сначала нагонял страху, а затем заявлял: сделаешь для меня то-то и все будет хорошо».

«Откуда вы взяли деньги для передачи Шелудякову?» — спросил прокурор. «В ФСБ я получил 1,3 миллиона рублей и отправился на встречу, — ответил Мусатов. — На трассе в Лямбире Исякаев пересел в мою «Ниву», и я передал ему два конверта с деньгами. Я тогда еще спросил: «Это точно для Шелудякова?» Исякаев ответил: «Точно, я тебя не обманываю». После этого его задержали сотрудники ФСБ».

Когда настал черед задавать вопросы адвокатам, Александр Мусатов неожиданно обратился к судье: «Ваша честь, я себя плохо чувствую, мне трудно отвечать на вопросы. Прошу продолжить допрос на следующем заседании…» Судья согласился.

В коридоре свидетеля обступили журналисты. Они пытались выяснить подробности другого громкого дела об изнасиловании логопеда детсада Ирины Куликовой, в котором подозревается Мусатов. «Такого факта не было», — отрезал начальник Лямбирского отделения ГИБДД. «То есть женщина вас оговорила?» — уточнили представители СМИ. «Не могу знать, спросите лучше у Шелудякова, — ответил полицейский. — Я считаю, что эта история связана с ним».

Александр Мусатов стал 37-м свидетелем, давшим показания в суде. Служителям Фемиды осталось выслушать еще около 10 человек, в том числе высокопоставленных сотрудников республиканского МВД и федерального ведомства.

340x240_mvno_stolica-s-noresize