Происшествия

Дело экс-начальника ГАИ Мордовии: как передавались деньги в Москву

sud_sheludyakov (21) Александр Шелудяков внимательно следил за выступлением Владимира Шевченко

Дело о взятках в республиканской ГАИ преподносит сенсации! 26 февраля в ходе видеосвязи с Головинским судом Москвы показания дал бывший заместитель начальника отдела правового регулирования и пропаганды ГИББД России полковник Владимир Шевченко. Он рассказал, за что и когда брал деньги от Александра Шелудякова, когда тот возглавлял ГАИ Мордовии. Свидетель сообщил, что даже готов их вернуть, но «кредитор», к сожалению, арестован и находится на скамье подсудимых… Новые подробности громкого коррупционного дела — в материале ЕКАТЕРИНЫ СМИРНОВОЙ.

 

По данным следствия, Александр Шелудяков и начальник Ковылкинской ГАИ Рустам Исякаев решили получить 1,5 миллиона рублей от своего коллеги — руководителя Рузаевской ГАИ Александра Мусатова (ныне он занимает такую же должность в Лямбирском районе). За это было обещано содействие в оформлении единовременной социальной выплаты на строительство или приобретение жилья. Кроме того, по версии обвинения, главный гаишник при посредничестве командира спецбатальона ДПС Владимира Астунина получил от двух руководителей подразделений УГИБДД по 250 тысяч рублей. Таким способом подчиненные «получили возможность» и дальше трудиться на своих постах. Также Шелудяков осенью 2013 года передал в общей сложности 100 тысяч рублей в центральный аппарата ГИБДД РФ — для заместителя начальника отдела правового регулирования и пропаганды Владимира Шевченко! С помощью этих денег он хотел снять с себя взыскание, которое было наложено по результатам нагрянувшей из Москвы служебной проверки.
59-летнего московского свидетеля допросили во время очередного заседания в Пролетарском райсуде. Но вызывать его в Мордовию не стали — ограничились видеосвязью. В мае минувшего года сотрудник МВД с 32-летним стажем вышел на пенсию.

 

Показания № 1

sud_sheludyakov (15) Во время процесса бывший заместитель начальника отдела правового регулирования и пропаганды ГИББД России полковник Владимир Шевченко подтвердил, что региональные начальники ГАИ — не бедные люди

«С Шелудяковым я познакомился несколько лет назад в Толь­ятти, — рассказал полковник Шевченко. — При этом виделись всего несколько раз на служебных совещаниях. В сентябре 2013 года мы столкнулись с ним в Москве. Это произошло коридорах Управления ГАИ на улице Мясницкой. Разговорились. Шелудяков сетовал, что ему пора на пенсию, но он хочет продлить контракт, вот и бегает по кабинетам. Я посочувствовал… В тот момент мне срочно нужны были деньги на покупку машины, и я попросил у Шелудякова взаймы 50 тысяч рублей на два-три месяца. Почему именно у него? Просто подумал, что начальники региональных управлений — люди не бедные. Шелудяков сказал: «У меня с собой таких денег нет, я тебе позже перешлю!» Конечно, я собирался их вернуть. В конце года мне должны были выплатить премию в 300 тысяч рублей. Вот тогда я и планировал рассчитаться с Шелудяковым… Коллега переслал деньги с пассажирским поездом. На вокзал ездил мой знакомый Миша Мурадян. Потом отдал конверт мне лично в руки. В нем находились 50 тысяч рублей купюрами по 5 тысяч…» В этот момент по лицу Шелудякова блуждает загадочная улыбка. Остальные подсудимые выслушивают свидетеля с безучастным видом. «В ноябре 2013-го я попал в больницу на операцию, — продолжает Шевченко. — Вновь понадобились денежные средства. Я связался с Шелудяковым, попросил еще 30 тысяч в долг. Он не отказал… После Нового года я уже был готов вернуть деньги, но Шелудякова арестовали. Собирался найти его жену — но черт знает, какие у них отношения, поэтому не стал…» «У вас был с Шелудяковым разговор о том, что ему необходимо продлить контракт?» — задает вопрос гособвинитель. «Нет! Мы просто философствовали на тему пенсии, — отвечает свидетель. — Да, я был в курсе, что у Шелудякова есть дисциплинарное взыскание, с которым сложно продолжить службу в его возрасте. Но ни с кем из управления не собирался говорить по этому поводу, потому что бесполезно. Да и возможности такой не было…» «А о том, что на Шелудякова были подготовлены документы о снятии дисциплинарного взыскания досрочно, слышали?» — «Нет. Ничего не знал ни об этом, ни о том, что его «разрабатывают» в качестве подозреваемого…» «А у кого-либо из руководителей региональных подразделений ГАИ вы тоже просили деньги в долг?» — продолжает прокурор и получает отрицательный ответ. «Так почему же выбор пал на Шелудякова?» «Он просто попался мне в нужный момент, — оправдывается Шевченко. — Сразу откликнулся на просьбу. Сказал, что в любой момент готов помочь. Зачем мне было кого-то еще искать? Я подумал: Шелудяков — не совсем бедный человек, найдет 50 тысяч рублей! Это не такие большие деньги — всего лишь треть его зарплаты!» «Вы такие же показания давали на предварительном следствии?» — «Приблизительно… Никто на меня давления не оказывал. Помню, приехали четверо следователей из Мордовии и с ходу заявили: «Что можете пояснить по поводу дачи вам взятки в 50 тысяч рублей?» Я говорю: «Вы что, ребята? Я их занял!» И они так спокойно отреагировали — понятно, мол… Да я в Мордовии не был ни разу! Ни по дружбе, ни в отпуске, ни по служебным делам…»

 

Показания № 2

Учитывая противоречивость показаний свидетеля, гособвинитель зачитывает материалы допроса во время предварительного следствия.

Вот что заявлял Шевченко весной прошлого года. «В сентябре 2013 года Шелудяков позвонил мне на сотовый телефон. Сказал, что в связи с возрастом контракт на службу в органах внутренних дел с ним перезаключается ежегодно, а в этот раз руководство главного управления не желает этого делать. «Этот вопрос с руководителем МВД Мордовии уже решен, остается лишь все уладить в Москве. Что мне делать?» — спросил он. Я посочувствовал, так как являюсь ровесником и сам находился в такой ситуации…» Также Шелудяков поделился, что у него имеется дисциплинарный выговор, с которым продлить контракт на службу невозможно… Зная о моих хороших отношениях с руководством управления, Шелудяков попросил походатайствовать за него перед начальником нашего ведомства Виктором Ниловым. Я уже знал, что руководство к тому времени подготовило бумаги о досрочном снятии с Шелудякова дисциплинарного взыскания, но решил приукрасить свою роль в этой истории и пообещал переговорить с Ниловым. Шелудяков обрадовался. Я в тот момент рассчитывался с кредитами, мне нужны были деньги. Поэтому решил попросить их у коллеги из Мордовии. Шелудяков в просьбе не отказал, поскольку боялся, что в случае отказа я не буду за него просить. Спросил, как передать нужную сумму. Я назвал сотовый телефон своего знакомого Миши Мурадяна… Утром 29 сентября Мурадян забрал пакет у проводника поезда Саранск — Москва и привез ко мне на работу… С Ниловым про Шелудякова я не разговаривал, ни к кому из управления по поводу продления его контракта не обращался…» По словам московского свидетеля, руководитель ГАИ Мордовии поверил, что именно он, Шевченко, способствовал продлению контракта. Гособвинитель продолжает зачитывать его прежние показания… «В середине ноября 2013 года Шелудяков позвонил мне. Я был в больнице на лечении. Коллега поблагодарил за помощь. В тот момент мне очень нужны были деньги на операцию. Я попросил 30 тысяч рублей. Шелудяков заверил, что поможет. На следующий день ко мне приехал мужчина из Мордовии и привез 50 тысяч. Почему именно эту сумму, я не знаю. Деньги я забрал себе, а операция была оплачена за счет страховки сотрудника полиции…»

«Вы подтверждаете эти показания?» — спрашивает гособвинитель. «Конечно, подтверждаю, — кивает Шевченко. — Ведь они приблизительно те же самые, которые я и говорил сейчас! Я еще сказал тогда Шелудякову: «Мы тебя не бросим, мы — из одной гвардии и вообще стариков нужно беречь!» «Почему же вы заявили, что вам второй раз передали 30 тысяч, а не 50?» — интересуется представительница защиты Шелудякова. «Не отложилось в памяти. Тысячей больше — тысячей меньше… Не такая уж и существенная разница…»

За деньгами для Шевченко на Казанский вокзал ездил 58-летний московский предприниматель Миша Мурадян. Его также допросили «по телевизору». «Четыре года назад меня с Шевченко познакомил общий товарищ, — поведал свидетель. — У меня тогда случился инфаркт, а у Шевченко был в Одинцовском военном госпитале знакомый. Он помог меня туда устроить. Четыре раза мне в тех стенах «ремонтировали» сердце… Я Владимиру Кузьмичу жизнью обязан! Поэтому, когда он обращается ко мне с просьбами, всегда помогаю» «Вы деньги для него получали?» — спрашивает прокурор. «Какие деньги? — изумляется свидетель. — Никаких денег я не видел… Шевченко лишь просил забрать бумаги, которые должны передать из Мордовии. Сказал, что со мной свяжутся. Действительно, вскоре позвонил мужчина. Сказал, что передаст пакет поездом. Я приехал на вокзал на автомобиле «Мерседес Е 320». Спросил у проводницы пакет для Шевченко. «Пожалуйста, возьмите!» — сказала она и протянула сверток, перемотанный скотчем… После этого я поехал к Шевченко. Сверток оставил в машине, отнес ему ключи…» «На чьей машине вы передвигались?» — спрашивает гособвинитель. «На своей!» — «А зачем тогда отдали ключи?» — «Шевченко в тот день нужно было куда-то ехать. Он часто пользовался моим автомобилем. Я вообще его друзьям даю, если попросят, я не такой жадный…» «Как кто?» — уточняет гособвинитель. «Ну и вопросы у вас…» — рассмеялся свидетель. «О том, что в свертке были деньги, Шевченко вам говорил?» «Нет, вы что? Кто о таких вещах говорить будет? Все скрывают!» — улыбнулся Мурадян…

Следующее судебное заседание по громкому коррупционному делу состоится 3 марта. На нем планируется допросить одного из представителей руководства регионального МВД…

 

 

340x240_mvno_stolica-s-noresize