Происшествия

В Мордовии главный обвиняемый извинился перед родителями искалеченного Александра Забиякина: новые шокирующие подробности страшного преступления

«Я же не знал, что это к ТАКИМ последствиям приведет!» — оправдывается в Рузаевском райсуде 23-летний Роман Королев, который оставил своего друга Александра Забиякина наедине с «неприятелями». В итоге парня избили до такой степени, что он стал недвижимым инвалидом. Свидетель заявил, что решил не вмешиваться в конфликт и уехал лишь потому, что ему настойчиво звонила мама. «Почему вы не забрали Забиякина с собой?» — поинтересовался судья. «Мне что, его за шкирку нужно было тащить?!» — со злостью ответил Королев. А двое подсудимых тем временем валят вину друг на друга. За громким процессом следит ЕКАТЕРИНА СМИРНОВА.

«Друзья»
«Почему не являлись в суд?» — интересуется судья у свидетеля Романа Королева. «Повестки не приходили!» — следует ответ. Тот же вопрос служитель Фемиды адресует и бывшей девушке молодого человека. «Не могла прийти по семейным обстоятельствам!» — отвечает Татьяна Иванова. «Я вас что, сюда на романтический ужин зову? Являться по требованию в суд — гражданская обязанность жителей России!» — возмущается судья…
Эти свидетели являются товарищами жестоко избитого Александра Забиякина. Расправа над 21-летним слесарем-железнодорожником произошла вечером 19 июля минувшего года в Рузаевке. По версии следствия, руку к «воспитанию» паренька приложили его бывшие приятели — 23-летний Сергей Литяйкин и 17-летний Альберт Мухаев. Сотрудник московского торгового центра и вчерашний школьник в общей сложности нанесли жертве около 30 ударов руками и ногами, в том числе голову. После чего покинули место происшествия, оставив парня умирать на площадке перед магазином…

Свидетели
Дом 44-летней Ирины Альшиной находится как раз напротив места, где произошла расправа. Работница кирпичного завода вспоминает, что в тот день услышала крики. Решила посмотреть, в чем дело, и вышла на улицу. «Было плохо видно, что происходит у магазина — деревья в саду закрывали обзор. Слышала, как молодые люди матерились и кричали: «Пусть дерутся один на один!» Увидела группу парней. Через некоторое время я зашла домой. Когда вновь вышла на улицу, заметила, как худенький паренек от кого-то пятится. Как потом оказалось, это был Забиякин. Кто-то агрессивно ему кричал: «Иди сюда!» Саша отбежал недалеко и почти сразу вернулся. Я сказала мужу: «Давай вызовем полицию!» Он осадил меня: «Как будто у нас такого не было! Вспомни нашу молодость!» Я уступила. Сыграло свою роль и то, что я не видела, чтобы ребята дрались… Когда в очередной раз прошла мимо калитки, заметила, как возле магазина остались трое парней. Я еще отметила про себя: «Наверное, это самые ярые!» Спустя несколько минут компания разошлась, на улице стояла тишина. В это время по переулку шла женщина. Вдруг слышу крик: «Помогите! Тут парень лежит!» Я выскочила за калитку. На асфальте у магазина без сознания лежал молодой человек. Вокруг головы была лужа крови… Меня затрясло! Он хрипел, казалось, что сейчас умрет… Я бросилась в дом. От волнения долго не могла набрать номер скорой, боялась не успеть… Наконец мы с дочерью вызвали медиков…» «Кто-то из компании возвращался к лежащему Забиякину?» — спрашивает прокурор. «Да! Их было трое. Они просто подошли, посмотрели и ушли…»
«Разрешите?» — входит в судебный зал Королев. Этот житель улицы Маяковского работает водителем на хлебозаводе. Именно с ним накануне кровавой разборки отправился на рыбалку Забиякин. «Вечером 19 июля мы возвратились в Рузаевку. По дороге Саньку позвонили. Он сказал, что это друзья, которые хотят поговорить. Приятель попросил подвезти его к магазину. Никого из этих ребят я не знал. Они были пьяными, а их речь звучала неадекватно и дерзко…» «А вы в каком состоянии были?» — уточняет прокурор Денис Ситкин. «В таком же! С отдыха же ехали…» — «Много выпили?» — «Ну, как… Мы все понимали и стояли на ногах! Один парень отозвал Санька в строну. Как я позже узнал, это был Мухаев. Сначала они просто разговаривали, затем началась драка, но никто в нее не вмешался… Санек сел в нашу машину, но кто-то из тех ребят принялся хлопать дверьми. По-моему, это был Мухаев. Приятель вышел, и Альмир с Литяйкиным увели его на очередной разговор. Тут моя девушка Татьяна сказала, что нужно ехать домой. Я крикнул: «Кто едет с нами, садитесь!» Санек хотел это сделать, но те ребята сказали, что он остается…» «Забиякин просил забрать его с собой?» — спрашивает гособвинитель. «Да!» — «Почему же вы не сделали этого?» «Нам что, за шкирку нужно было его тащить в машину?!» — вспылил свидетель. По его словам, на следующий день утром приехали родители Забиякина и сказали, что сын лежит в реанимации. «Вы считали Александра своим другом?» — спрашивает адвокат потерпевших. «Знакомым!» — равнодушно бросает Роман. «Если бы вы его забрали, таких последствий бы не было…» — «Да откуда же я знал, оставляя его с «друзьями», что будут такие последствия! Санек же хорошо отзывался об Альмире и Сергее, расхваливал их…» «Вы пытались вмешаться в драку?» — интересуется адвокат Литяйкина. «Нет! Не было желания!» Затем вопросы свидетелю задает уже судья. «Сердце не екает? Нормально себя после этого чувствуете?» «Теперь екает, — отводит в сторону глаза Королев. — После ТАКИХ последствий…»
Затем допрашивают бывшую девушку Королева — Татьяну Иванову. «Где работаете?» — спрашивает судья. «Официально нигде!» — «Позвольте узнать, а где тогда неофициально трудитесь?» «А это обязательно говорить?» — краснеет девушка. Выясняется, что в роковой вечер Татьяна исполняла роль «трезвого водителя» в компании Забиякина — управляла черным БМВ, на котором Александр прибыл на разборки. «Первым его ударил Мухаев, — вспоминает Иванова. — Я сидела в машине и наблюдала эту сцену сквозь лобовое стекло. Потом Забиякин с разбитым носом сел в машину. Я сказала, чтобы он вымыл лицо в колонке… Кто-то из нападавших принялся хлопать дверьми, и Саше пришлось выйти на улицу. Втроем они отошли в сторонку. Все это время мне названивала мама Романа, у нас были семейные проблемы. Пришлось уехать. Роман и его друг Илья сели в машину, а Саша остался там…» «Кто принял окончательное решение о том, что надо уезжать?» — спрашивает адвокат Литяйкина. «Роман…»

Родители
На следующем заседании 21 января адвокат Забиякиных зачитал справку, согласно которой Александр в ноябре минувшего года был признан инвалидом 1-й группы. Сейчас молодой человек наблюдается в больнице с целым букетом диагнозов — закрытая черепно-мозговая травма, ушиб мозга тяжелой степени, травматическое суброхноидальное кровоизлияние в мозг, вегетативное состояние и пластический симптопорез. За свои моральные страдания мать пострадавшего Наталья Забиякина попросила взыскать с подсудимых по 3 миллиона рублей. «Мой сын уже полгода прикован к постели, — указала она в иске. — Каждый раз, смотря на Сашу, у меня сердце кровью обливается от мысли, какую сильную боль он испытал при избиении и испытывает сейчас! Мы почти не спим по ночам — сын хрипит и задыхается от боли. От переживаний у меня обострились хронические болезни. Депрессия усиливается от аморального поведения ответчиков, которые даже не принесли извинений…» Отец также предоставил бумаги, в которых попросил признать себя и дочь гражданскими истцами и взыскать с каждого подсудимого по 3 миллиона. «Наша маленькая дочь стала замкнутой, теперь почти не смеется, — сказал он. — Если раньше веселилась, то сейчас часто сидит у брата в комнате, читает ему книжки, разговаривает с ним и плачет… У ребенка стали глаза взрослого человека. Раньше я всегда думал, что у меня есть сын — моя надежда, на которую в старости с женой мы сможем опереться. Глядя на то, что сделали с Сашей эти нелюди, можно сказать, что сына у меня больше нет…»

Обвиняемые
Судья предоставляет слово Литяйкину. «Я бы хотел извиниться перед родителями Александра, — поднимается он. — Прошу прощения у вас. Никогда не думал, что так получится! На протяжении всего процесса я наблюдал, как им было сложно слышать подробности преступления из наших уст. Поэтому сегодня отказываюсь от дачи показаний. Огласите те, которые я дал на предварительном следствии…» Из зала выводят 11-летнюю сестренку Забиякина — чтобы девочка не слышала страшных подробностей. «Во время выпивки Мухаев стал говорить, что Забиякин хвастается, что сильнее меня, — зачитывает прокурор. — Затем позвонил ему. Мы поговорили, я разозлился…» За разговором последовала встреча, на которой первым удар Александру нанес Мухаев. Потасовку временно прекратил Илькинов. Этот молодой человек сейчас проходит службу в рядах Вооруженных сил и не может присутствовать на заседаниях… «Мухаев кричал Александру: «Иди сюда! Иди сюда!» — продолжает зачитывать гособвинитель. — Заставлял его выйти из машины. Я велел ему поймать Забиякина…» Посыпались удары. Вновь вмешался Илькинов. И так было несколько раз. Когда приятели Забиякина уехали, на него набросился Мухаев… От очередного удара Литяйкина Саша упал и потерял сознание. Мухаев 5 раз ударил его в голову. Илькинов принес воды. Сашу начали поливать. Когда он очнулся и захрипел, молодчики оказались тут как тут… Илькинов ушел, подельники побрели за ними. Но по пути Мухаев предложил добить жертву. Он вернулся и еще четыре раза ударил несчастного… «Мухаев добивал Александра, а я больше ударов не наносил. Илькинов говорил, какие мы дураки и что мы наделали…» — дочитывает прокурор, затем поворачивается к Литяйкину: — Нанося удары, вы осознавали, что приносите особые страдания потерпевшему?» — «Я просто наносил удары и не думал ни о чем. Но я раскаиваюсь!» Поднимается мать Забиякина. «За что вы хотели убить моего сына?» — «Мы не хотели убивать! Просто был скандал…» — «Пусть скандал, но можно было словами, по-человечески его разрешить?» «Знаю…» — опускает голову Литяйкин. Он признается, что трезвым вряд ли совершил бы преступление. «А как вы можете объяснить такую жестокость избиения?» — интересуется защитник потерпевших. «Никак не могу…» — отвечает Сергей.
Выясняется, что до задержания Литяйкин работал контролером в московском торговом центре «Абрикосовый мир». Руководитель охарактеризовал его как хорошего и исполнительного работника, который пользовался уважением в коллективе. Мама Сергея умерла два года назад. пятилетнего братика воспитывает отчим. Дважды парень получал отсрочку от службы в армии — в связи с учебой и тяжелой болезнью матери. 9 ноября минувшего года при благоприятном стечении обстоятельств он должен был пополнить ряды Вооруженных сил страны…
Затем наступает черед второго фигуранта. В отличие от своего подельника Мухаев решает в свободном рассказе изложить события того вечера. «Когда мы пили, зашел разговор про дружбу, — вспоминает он. — Тут Ярик Красавцев заявляет: «А вот Забиякин хвастается, что сильнее Литяйкина!» Серега повернулся и спросил у меня, так ли это. «Я тоже слышал! — подтвердил я. — Можешь сам у него спросить, я сейчас позвоню!» Я набрал номер. Сергей и Санек долго разговаривали, после чего вызвали такси. Ехали молча, но знаете, все понимали, куда едут! Драться никто не собирался — ни я, ни Литяйкин… У магазина остановились. Там уже была компания Александра. Я отозвал его в сторону. «Ты зачем Литяйкина с собой привел?!» — сказал Забиякин. Я начал объяснять ситуацию, и Александр меня послал… куда подальше. Тут мои нервы сдали, и я ударил его! Он ответил тем же! От удара Забиякина у меня отекла половина лица, заплыл глаз. И я отошел к колонке, чтобы умыться холодной водой. Когда возвращался, застал такую картину: Литяйкин и Красавцев вытаскивали Санька из машины. Ему пришлось выйти. Серега его ударил… Затем Забиякин бегал вокруг машины, я его ловил по просьбе Литяйкина… Помню, как Литяйкин избивал его лежащего ногами по лицу, облокотившись о стену магазина. Затем стал плевать и кричать: «Ты урод!» Сашка плюнул в ответ и получил за это еще несколько ударов… Илькинов полил его водой. По пути домой я хвалился тем, что мы Санька избили! Говорил Сергею Литяйкину, что он все правильно сделал, мол, так ему и надо! Но все эти слова были на почве героизма, что ли… И еще: я не говорил «пойдем его добьем». Я сказал — «пошли его еще побьем». Тут Красавцев встал на колени и стал просить нас не возвращаться. Я остался, а Сергей побежал к магазину…» Резонный вопрос, почему его показания отличаются от слов Литяйкина, приводит Мухаева в замешательство. Видно, к нему он не подготовился. «Не знаю! Может быть, хотели на меня все свалить! Потому что свидетели по делу дольше с Литяйкиным общались! Вот и приняли его сторону!» «Мы оба виноваты, — поднимается Литяйкин. — И нужно все рассказать как было! Раз мы якобы хотим тебя опорочить, то зачем ты просил Красавцева сказать следователю, что якобы участия в драке не принимал? Говоришь, я ногами Забиякина бил? А ты помнишь, во что я был обут в тот вечер?» «В шлепки», — не глядя на подельника, отвечает Мухаев. «Вот. Они у меня порвались, и это ты тоже помнишь. Получается, я был чуть ли не босой. А теперь попробуй голой ногой стукнуть человека…» «Не стоит ему этого советовать, он уже один раз попробовал», — замечает судья. «Я это к тому, что босиком драться больно, — объясняет Литяйкин. — И вообще, я читал показания, которые ты и Красавцев давали на предварительном следствии. Там сказано, что я на голове у Забиякина прыгал 20 раз! А я на тот момент весил 105 килограммов. Как думаете, осталось бы что-нибудь от головы, если бы я хоть раз на нее прыгнул? Ответ очевиден! Знаете, сколько раз я был судим, но ни разу ногами не бил людей. Потому что вполне могу и руками! Этот человек пытается меня «утопить»!»
«Почему вину признаете лишь частично?» — спрашивает адвокат у Мухаева. «Я признаю то, что нанес лишь 5 ударов, но не больше!» «Тогда ваши действия тянут максимум на статью «Побои», а не на «Причинение тяжких телесных повреждений, — замечает судья. — Получается, приятели вас за собой в тюрьму тащат? Вы им что, должны крупную сумму денег, что они решили вам так отомстить?» «Ему долг все равно придется отдать в тюрьме!» — кричит Литяйкин. Мухаев мелко вздрагивает. Затем свой вопрос подсудимому адресует адвокат потерпевших. Он напоминает, что на время следствия в отношении молодого человека была избрана подписка о невыезде. Следовательно, Мухаев мог свободно передвигаться по родному городу. «Желания прийти к Забиякиным и попросить прощения у вас не было?» — «Было! Но я не знал, как они будут реагировать на меня…»
На этом судебное следствие по делу «палачей» завершилось. В ближайшее время суд огласит приговор…

340x240_mvno_stolica-s-noresize