Происшествия

Начался суд над тремя обвиняемыми в разбойном нападении на автобус с «челноками» из Саранска

«Мне кажется, так даже в кино не бывает! Пассажиры плакали, а они кричали: «Если не отдашь деньги, замочим водилу!» — такие воспоминания остались в памяти саранской предпринимательницы о вечере 19 февраля прошлого года, когда на автобус с «челноками» напали разбойники. Преступление произошло на границе Мордовии и Рязанской области. Злоумышленники, угрожая травматическими пистолетами и битой, отобрали у торговцев в общей сложности 165 тысяч рублей. Но водителям удалось оказать сопротивление… Практически год спустя громкое уголовное дело передали в Сасовский райсуд Рязанской области. На скамье подсудимых — 23-летний безработный уроженец Торбеевского района Эдуард Джан, его 26-летний приятель с московской пропиской Ильдар Агишев и 27-летний житель Рузаевского района Андрей Альшин. Четвертый фигурант — 26-летний весовщик торбеевского мясокомбината Руслан Джан — до сих пор числится в федеральном розыске… Из зала суда — ЕКАТЕРИНА СМИРНОВА.

Сообщение об этом преступлении облетело все новостные агентства страны. Еще бы: оно как под копирку повторило бесчинства, которые бандиты творили в лихих 1990-х годах…
Увидев журналистов, адвокат Андрея Альшина начал возмущаться первым: «Какое право вы имеете фотографировать? Мой подзащитный не хочет «светиться»! Закон о СМИ? Он не позволяет снимать обвиняемых в стенах суда без их разрешения! Этот закон я знаю хорошо!» Отец Ильдара Агишева тем временем бросает в спину журналистке: «Ты че такая дерзкая?!» Сдержанно себя повели лишь родственники Эдуарда Джана. Он первым «отчитывается» о себе перед служителем Фемиды. Родился в торбеевском селе Татарские Юнки. Образование средне-специальное. Разведен. Есть 2-летняя дочь, которая проживает с матерью… «Да, я оказываю помощь в содержании ребенка, — кивает Джан. — Военнообязанный. До задержания официально не работал. Ранее был судим за мошенничество…» Выясняется, что молодой человек обращался с заявлением о применении к нему амнистии в Торбеевский райсуд, но получил отказ. Тогда Джан подал жалобу в высшую судебную инстанцию, где ему пошли навстречу и погасили судимость.
«Агишев Ильдар, — поднимается второй фигурант. — Родился в Москве… Прописан там же на 3-й Филевской улице. Образование средне-специальное. Холост. Временно не работаю. Военнообязанный, не судим…» Наконец, приходит черед 27-летнего уроженца рузаевского села Хованщина Андрея Альшина. Выясняется, что он зарегистрирован в селе Трускляе, женат и воспитывает 4-летнюю дочь. В армии не служил по состоянию здоровья. До задержания официально не работал. Проблем с законом не имел.

Нападение
Согласно данным обвинительного заключения, преступный план возник у ранее трижды судимого за грабежи Эдуарда Джана за три дня до нападения. Он был осведомлен о маршруте следования «челноков», так как ранее сам осуществлял такие поездки. Молодой человек был уверен: в столицу поедут не менее 20 предпринимателей с крупными суммами денег — по 200—300 тысяч рублей у каждого! Плюс крупная наличка должна быть и у водителей — где-то около 50 тысяч! При нехитром подсчете Джан вычислил, что за один раз может заработать свыше 4 миллионов рублей! Но в одиночку с таким сложным делом не справиться.
Он предложил принять участие в преступлении родному брату Руслану, а также знакомым Агишеву и Альшину, которые имели материальные затруднения. Они согласились. Ильдар заранее купил три травматических пистолета и столько же шапок-масок с прорезями для глаз. Прихватил с собой черную биту для устрашения пассажиров. Весь антураж хранил на квартире у сестры в 3-м микрорайоне Торбеева. В день преступления Эдуард с чужой сим-карты позвонил водителю автобуса. «У вас есть свободные места? Собираюсь ехать в Москву за товаром! Буду ждать у поворота на село Пичкиряево!» Водитель Напалков дал добро. Место для нападения было выбрано идеальное — безлюдное, с хорошими путями для отхода… Подельники распределили роли. Братья Джан и Агишев должны были ворваться в салон автобуса и собрать деньги с пассажиров. Альшин тем временем ждет их в припаркованной неподалеку машине. За эту непыльную работу Джан-младший обещал ему около 100 тысяч рублей. В качестве средства передвижения подельники решили использовать автомобиль отца Джана — ВАЗ 12-й модели. Руслан предварительно открутил с него номера. Около 19.00 подельники прибыли на 408-й километр дороги М-5 «Урал». Увидев приближающийся автобус, налетчики взяли по пистолету, нацепили шапки-маски. Руслан также прихватил биту и спортивную сумку для денег. Водитель Напалков, увидев легковушку, остановил автобус и открыл дверь. Первым забежал Эдуард Джан. «Ограбление! Гоните деньги!» — прокричал он. Затем ворвался Агишев, который взял «под контроль» Напалкова. Последним в салоне появился Руслан Джан… «Давайте деньги сюда, не рыпайтесь, а то убью!» — прокричал отец двоих детей. Для реалистичности мужчина даже выстрелил в потолок.
Тем временем Агишев держал на мушке Напалкова и командовал отъехать с трассы в сторону села. В это время братья «стригли» деньги с испуганных пассажиров. Для устрашения направляли в лица людей пистолеты: «Не рыпайся, не шевелись, а то получишь!», «Застрелю, не дергайся!», «Давай сюда деньги!». Руслан залихватски размахивал битой и даже ударил одного пассажира по руке. Испуганных «челноков» долго уговаривать не пришлось: они отдавали все свои деньги. Некоторых, правда, для сговорчивости пришлось «наказать». Например, пассажира Мамедеминова Руслан четыре раза ударил рукояткой пистолета по голове. В общей сложности пассажиры отдали 232 тысячи рублей, которые налетчики сложили в спортивную сумку. В этот момент второй водитель Сергей Одинцов, услышав шум, попытался вылезти из спальника. Но стоящий рядом Эдуард Джан ударил его по затылку пистолетом и приказал не высовываться. Но мужественный мужчина его не послушал и вылез. Началась драка… Во время нее из сумки налетчиков выпала часть похищенных денег — 67 тысяч рублей, которые потом пассажиры подобрали и распределили между собой. Толпа вывалилась на улицу. Мамедеминов и Напалков начали помогать Одинцову. В итоге они скрутили Эдуарда Джана, а его брат и Агишев скрылись на машине. Их добычей стали 165 тысяч рублей…
Подсудимые выслушали обвинительное заключение, понурив голову. «Вину в разбойном нападении признаю частично! — говорит Джан. — Почему? Не согласен с особо крупным ущербом…» Подельники последовали его примеру.

«Челноки»
Суд приступает к допросу потерпевших. Первым выходит 39-летний водитель Сергей Одинцов. «Подсудимые напали на мирных граждан, которые ехали в моем автобусе. Обычно мы с напарником «делим дорогу» пополам. Из Саранска выезжает он, а в Шацке меняемся. Так было и в тот день. Когда автобус остановился, я отдыхал в спальном месте. Вскоре услышал громкий топот и открыл шторку, чтобы посмотреть, в чем дело. Неожиданно увидел перед собой незнакомца, который впоследствии оказался Эдуардом Джаном. Он ударил меня рукояткой пистолета по голове и сказал: «Не дергайся!» Ну не тут-то было! Я вытер кровь и решил вылезти. Налетчики бегали по салону туда-сюда. Эдуард увидел, что я все же пытаюсь выйти, и еще раз ударил пистолетом. Я решил, что нужно прекратить это безобразие! Начал толкать налетчика к передней двери. Тут сзади подбежал Руслан Джан, завязалась борьба… Присоединились Агишев, Напалков, Мамедеминов… Дверь была открыта, и мы все вывалились на улицу. Эдуард Джан принялся меня душить, и я начал терять сознание. Ко мне на помощь прибежал Рома…» «Почему вы решили принять участие в потасовке?» — интересуется один из адвокатов. В зале слышатся смешки. «Я просто должен был обезопасить пассажиров. Как водитель я несу за них ответственность!» «Как вы различили меня и брата?» — задает вопрос Эдуард Джан. «Очень просто. Во время потасовки ты всегда был впереди меня. И когда я тебя вытолкнул на улицу, то уже не отпускал и удерживал до приезда полиции…» «Сколько везли с собой денег «челноки»?» — спрашивают защитники. «Не знаю! Я не считаю средства пассажиров! Могу только сказать, что не поверю, что у некоторых при себе было по 3 тысячи рублей! Люди едут в Москву за товаром, предполагаются затраты…» «Скажите, а кто-то из подсудимых вам возмещал причиненный ущерб?» — «Родители Агишева передали мне 100 тысяч рублей. Сейчас мои претензии связаны с транспортными расходами! Это примерно 20 тысяч рублей — на солярку, зарплату водителям, траты на обед…» — «Скажите, а выплаченных вам денег разве не хватит, чтобы покрыть транспортные расходы? Вы еще ведь и иск подсудимым собираетесь предъявлять?» «Предъявлять иски — это гражданское право потерпевших!» — напоминает судья.
30-летний водитель Вадим Напалков вспомнил только лицо Агишева. По словам мужчины, именно он тормозил автобус тем вечером. «Днем 19 февраля мне позвонили с незнакомого номера, — рассказывает потерпевший. — Спросили, есть ли свободные места в автобусе на Москву. Мы договорились, что за 20 минут до прибытия в Пичкиряево я позвоню пассажиру. Так и сделал. «Да, я вас жду на повороте! Тут еще машина будет стоять на «габаритах!» — сказал он. Этот участок дороги был плохо освещен, и я не разглядел ни людей, ни марку машины. Остановил автобус и вышел на улицу, чтобы помочь пассажиру положить вещи в багажник. На улице стоял Агишев. Я открыл люк багажника, и в этот момент он приставил к моей спине пистолет. «Не дергайся! Иди в салон!» — прорычал и повел в автобус. В это время к нему уже бежали двое мужчин в масках. Я слышал выстрел. Агишев вел меня по салону, приставив пистолет к шее. Приказал сесть за руль. «Будешь ехать до тех пор, пока я не скажу «стоп». Я подчинился. Слышал шум в салоне и требования передать деньги. «Стой! Открывай переднюю дверь!» — скомандовал Агишев. Я так и сделал, и получил от него несколько ударов рукояткой пистолета в лицо… На несколько секунд я потерял сознание, а когда пришел в себя, увидел, как толпа налетчиков вместе с Одинцовым и Мамедеминовым выкатываются на улицу через переднюю дверь. Я тоже подключился к потасовке». «Вам были причинены травмы?» — спрашивает прокурор. «Да! В нескольких местах была пробита голова, сильное рассечение возле глаза… Эксперты признали вред здоровью легким. Из всех четверых мне возместил ущерб только Агишев — передал 30 тысяч рублей. Претензий к нему я не имею». «Скажите, а вы пытались выстрелить в нападавших из отобранного пистолета?» — спрашивает адвокат Агишева. «Нет! Я засунул оружие в карман брюк и отдал его приехавшим сотрудникам полиции». «В ваших действиях просматриваются признаки статьи «Покушение на убийство»!» — ухмыляется защитник Альшина. «Глупости не говорите!» — обрывает адвоката судья. Тот обижается и переходит в активное нападение. «Еще вопрос к Напалкову. Скажите, как же вы, с разбитой головой, вели в обратный путь автобус с пассажирами? Ведь это 300 километров! Или все же вред вашему здоровью не был таким серьезным, о котором вы сейчас нам говорите?» «Нужда заставила! — не менее напористо отвечает водитель. — У меня не было другого выбора! Одинцов то и дело терял сознание, у него травмы были куда серьезнее моих. А людям нужно было возвращаться в Саранск!»
Затем слово представляют 36-летнему Арасу Мамедеминову, которого знакомые для удобства называют Романом. Он торгует обувью на рынке «Данко» и в тот день отправился за очередной партией товара. «Когда налетчики подошли ко мне за деньгами, я попытался встать, но получил удар рукояткой пистолета по голове: «Не рыпайся!» Пришлось отдать 3 тысячи рублей. Налетчик сказал: «Что так мало?» «Больше нет!» — говорю. Тут началась драка! Слышу: «Помоги, Рома!» Бросился в переднюю часть салона». Выяснилось, что родственники Агишева также пытались загладить причиненный торговцу вред, передав ему 3 тысячи рублей. «Почему вы включились в борьбу?» — задает вопрос адвокат Альшина. В зале слышится недовольный ропот. «Борьба идет! Своим надо помочь!» — объяснил Арас Мамедеминов…
44-летняя Евгения Ильина также ехала в Москву за товаром. Она вспомнила, что по пути пассажиры смотрели кино, все были расслаблены. Кто-то уже дремал. И, когда автобус остановился, никто не обратил на это внимания. «Никто не ожидал, что ТАКОЕ произойдет! — восклицает предпринимательница. — Ворвались люди в масках, начались шум и крики, причем очень грубые! «Все быстро достали деньги, это не шутка, все серьезно!» — рычали налетчики. Автобус съехал с трассы к посадкам… Простите, мне до сих пор становится очень плохо, когда вспоминаю тот день! Мне кажется, так даже в кино не бывает! Как они себя нагло вели! В салоне кричали люди, многие плакали… Я слышала, как один из налетчиков орал: «Если кто сейчас не будет отдавать деньги, мочи водилу! Мочи уже кого-нибудь!» Человек, который привел Вадима, повернулся ко мне и, размахивая пистолетом, скомандовал: «Гони деньги сюда — или прострелю тебе башку!» У меня вся жизнь перед глазами пролетела! Ваша честь, я дословно помню все его фразы, обращенные ко мне, и могу воспроизвести. Но они нецензурные!» «Не стоит», — отвечает судья. «Что трясешь …, быстро достала деньги!» — сказал мне преступник, — продолжает бизнес-леди. — Знаете, я бы достала и отдала, но от страха не могла даже пошевелиться! (Плачет, а подсудимые тем временем ухмыляются — «С».) И в этот момент началась драка! Я начала звонить спасателям. Вскоре приехали сотрудники ГИБДД, затем скорая… Все в радиусе пяти метров было в крови! Одинцову сильно разбили голову, он постоянно терял сознание. У Вадима Напалкова было рассечено лицо. У Романа голова и руки в крови. Врач, увидев нас, испугалась…» «Сколько у вас при себе было денег?» — спрашивает прокурор. «60 тысяч рублей!» — «Как вы думаете, у остальных была примерно та же сумма?» — «Знаете, никто из «челноков» никогда не скажет, сколько он везет с собой денег и за каким товаром едет. Наверное, время такое настало. Все друг друга боятся…»


Родственники
Суд объявляет небольшой перерыв. Адвокаты решают, где проведут сегодняшний вечер — в гостинице или кафе. Как оказалось, защитники для Агишева и Джана прибыли из Мордовии. Интересы Альшина вызывался представлять рязанский адвокат… После паузы судья вызывает свидетелей по делу — родственников Эдуарда Джана. Первой выходит его 30-летняя сестра Ильмира Антонова, работающая продавщицей в Москве. После короткой консультации с защитницей брата она отказывается давать показания, пользуясь положенным по закону правом не свидетельствовать против близких родственников. Прокурор зачитывает ее показания, данные на предварительном следствии. Выясняется, что до переезда в Москву Антонова снимала квартиру в Торбееве, где проживала вместе с дочерью. «Утром 19 февраля ко мне пришел брат Эдуард вместе с Андреем Альшиным, — рассказывала женщина следователю. — Я покормила их и уехала к родителям в Татарские Юнки. Вечером вернулась. Ребята еще были у меня. Потом сели в автомобиль и уехали. Около 20.00 появился взволнованный Ильдар Агишев. Сказал, что они напали на пассажиров автобуса, чтобы похитить деньги, и что Альшин с Русланом скрылись. Больше подробностей он не рассказывал. Агишев остался у меня ночевать. Ночью его забрали полицейские… На следующий день мне позвонил Руслан. Я сказала, что ему нужно сдаться. «Мне очень плохо, я этого делать не буду!» — ответил брат. После этого мы разговаривали еще несколько раз. Я уговаривала его пойти в полицию, но безрезультатно. В итоге брат отключил телефон. Где он сейчас находится, я не знаю и даже не могу предположить. Родителям местонахождение Руслана также неизвестно. Они бы сами его привели…»
Также зачитали показания 52-летнего отца братьев — Игоря Джана, который работает ветеринарным врачом на Торбеевской станции по борьбе с болезнями животных. В день нападения ему позвонил Руслан и попросил дать машину ВАЗ для того, чтобы перевезти вещи в Нижний Новгород. Тот согласился. Затем в час ночи сын сообщил, что автомобиль сломался. Попросил забрать его. Мужчина съездил на указанное место и пригнал легковушку домой. А утром к Игорю Джану пришли полицейские и рассказали о совершенном преступлении. «Своих сыновей могу охарактеризовать как адекватных!» — резюмировал отец. 50-летняя мама обвиняемых Зульфия Джан работает учителем. Прежде чем отказаться от дачи показаний, она попросила прощения у потерпевших: «Пожалуйста, простите нас и наших сыновей». Следователю Зульфия рассказывала, что никаких документов у Руслана при себе не было. По телефону он сообщил, что придет домой, как только подлечится… «На самом деле есть информация, что родственники Джан регулярно видятся с сыном, — сообщил в беседе с корр. «С» заместитель прокурора Сасовского района Роман Шмельков. — Думаю, в ближайшее время подозреваемого задержат!»
Как стало известно, четверо потерпевших намерены предъявить подсудимым иски на сумму около 2 миллионов рублей. Слишком тяжкими для них оказались последствия нападения. Например, водитель Одинцов два месяца не мог работать… Следующее судебное заседание состоится через месяц.

340x240_mvno_stolica-s-noresize