Происшествия

Независимый авиационный эксперт Вадим Лукашевич о трагедии аэробуса А321: «Страшно предположить, что это теракт!»

 Крушение над Синайским полуостровом аэробуса А321 авиакомпании «Когалымавиа», совершавшего чартерный рейс Шарм-эль-Шейх — Санкт-Петербург, потрясло всю страну!
31 октября после египетского отпуска домой возвращались 212 россиян, 4 украинца и гражданин Беларуси. Полет прервался через 23 минуты после того, как авиалайнер поднялся в небо. В жуткой авиакатастрофе погибли все, включая семерых членов экипажа и 25 детей. Сегодня называют сразу несколько версий трагедии — взрывная разгерметизация салона, наличие усталостных трещин, неисправности с двигателем и взрыв бомбы на борту. Какие из них наиболее близки к реальности? В каком состоянии находится отечественная гражданская авиация? Об этом ИРИНА РАЗИНА поговорила с кандидатом технических наук, независимым авиаэкспертом Вадимом Лукашевичем, который раньше трудился инженером-конструктором в ОКБ им. Сухого.

«С»: Какая из версий трагедии вам кажется наиболее достоверной?
— Сейчас об этом говорить сложно. Потому что информация поступает взаимоисключающая. Египет упорно настаивает на технической причине. Хотя анонимные источники в этой стране указывают на наибольшую вероятность взрыва на борту. Но официальные власти будут до последнего держаться за свою версию. Потому что при таком раскладе случившееся — проблема России и конкретного перевозчика. Это у вас, мол, такие самолеты, а мы сделали все как положено: борт проверили, топливо залили, туалеты почистили, в салоне прибрались и разрешили взлет. А если все-таки произошел теракт, то это уже огромная проблема египтян. Потому что если в салоне был смертник (что маловероятно, потому что среди пассажиров все славяне), то это означает, что в аэропорту Шарм-эль-Шейха плохая служба досмотра пассажиров и багажа. А если взрывное устройство было заложено где-то в самолете, то это гигантская проблема египетской службы безопасности. Они как могут выводят из-под удара свой туристический бизнес, который составляет важнейшую статью доходов бюджета этой страны. Техническая же проблема касается только русских, которые теперь, может быть, реже будут летать на египетские курорты. Но при этом туда сохранится поток немцев, британцев и т. д. А если проблема в аэропорту, то она касается самолетов всех авиакомпаний мира, летающих в Шарм-эль-Шейх. Недаром недавно англичане ввели полный запрет на полеты на этот курорт. При этом официально расследование крушения аэробуса ведет Египет, а мы своим участием только помогаем в этом. Они же расшифровывают черные ящики и т. д. В этом свете их основную версию нужно воспринимать как некую ангажированность. Египет в этой ситуации перестал быть объективной стороной. Потому что, несмотря на все официальные заявления о технической причине падения самолета, попутно втихаря увольняют директора аэропорта Шарм-эль-Шейха. Но если это проблема с двигателем самолета, то при чем здесь он?


«С»: Неужели все-таки теракт?
— Мне даже страшно такое предположить! Если подобная версия найдет подтверждение, это очень плохо. Поэтому психологически мне ближе техническая причина. Потому что здесь понятно, что делать. Самолет, возможно, не так обслуживался, имел дефекты… Значит, надо усилить контроль за состоянием авиапарка, регламентными работами, техосмотрами, своевременностью и качеством капитальных ремонтов и т. д. А вот если все-таки теракт… Пресс-секретарь российского Президента Песков просил не связывать крушение самолета с событиями в Сирии, но… других причин для подобного нет. Не будем забывать, что после начала бомбардировок в Сирии 50 самых известных мулл Саудовской Аравии призвали исламский мир на борьбу с Россией, на джихад. Если началось именно это, то тогда российские спецслужбы будут уверять, что они контролируют ситуацию внутри страны, и периодически собирать трупы наших граждан, причем мирных, по всей планете. И в этом случае крушение аэробуса — только первый эпизод. На днях я участвовал в передаче на одном из телеканалов, где представители спецслужб заверяли: «Не надо волноваться. Никаких взрывов в аэропортах, метро, переходах не будет. У нас все под контролем. Любой человек, приезжающий к нам из Юго-Восточной Азии, отслеживается. На таможенных постах мы уже задержали 800 человек, которые могут быть заподозрены в причастности к ИГИЛ». Хорошо, допустим, они обеспечивают полную безопасность внутри страны. Но наши спецслужбы не в состоянии контролировать все аэропорты мира, откуда вылетают самолеты в нашу сторону. Поэтому, конечно, теракт на борту А321 для нас наиболее нежелательная причина. Если это все-таки «ответка» за Сирию, то дальше все будет очень грустно… Я вспоминаю, что в первый вечер российских бомбардировок какой-то иностранный журналист спросил министра иностранных дел Саудовской Аравии, как его страна отреагирует на это. И высокопоставленный чиновник, который к тому же является членом королевской семьи, произнес только одно слово: «Увидите». Мне бы очень не хотелось, чтобы страшное событие в небе над Синаем имело связь с этим ответом министра. Не надо забывать, что так называемую умеренную сирийскую оппозицию, которую мы тоже бомбим, поддерживает и вооружает Саудовская Аравия. Эта ситуация не только страшная, но и неуправляемая. Ведь если самолет упал по технической причине, то можно принять какие-то меры и тешить себя мыслью, что подобное не повторится. А если произошел теракт — это только начало других крупных проблем…
«С»: Когда мы можем узнать об истинных причинах крушения?
— Какая из версий окажется подлинной — покажет детальное обследование обломков, выкладка их в каком-либо ангаре, а также полная расшифровка черных ящиков. Но есть опасность, что вся правда так и не станет известна. Египет заинтересован только в технических причинах катастрофы. А нам о теракте даже думать страшно. А гражданское общественное мнение в России настолько слабое, что госорганы с ним практически не считаются, оно не сможет добиться того, чтобы была озвучена истинная причина. В этой ситуации мы реально можем не узнать правды. Как это ни страшно прозвучит, но подтверждением того, что это теракт, могут служить только следующие теракты. Не дай Бог, конечно, такое случится! Но тогда уже никаких сомнений не останется. Знаете, что еще меня напрягает? То, что официальные власти нашего государства в первые дни после трагедии хранили молчание. В условиях национального траура было бы логично, если бы наш Президент выступил перед народом или, в конце концов, просто молча зажег свечу и возложил цветы.


«С»: В Интернете появились снимки аэробуса до крушения. По ним видно, что состояние А321 далеко от идеального…
— Это безусловно. Но в то же время нет такой технической причины, которая бы вызвала столь стремительное разрушение самолета или потерю его работоспособности, что у летчиков даже не было времени подать сигнал SOS. Даже если случилось разрушение двигателя, разгерметизация салона, то все равно у пилотов есть 20—30 секунд для того, чтобы попробовать что-то предпринять. Или если отказала система управления, то электроэнергия на борту все равно есть, радиосвязь работает. По одной из версий, возможно, разрушился двигатель и раскаленные лопатки, отлетевшие от турбины, пробили крыло, вызвав взрыв. Теоретически это возможно. В топливный бак закачивается смесь топлива и забортного воздуха, который нужен для того, чтобы заполнять объем, освободившийся после уменьшения горючего. Но даже в этом случае взрыв крыла возможен, когда самолет летит давно и часть горючего выработана. К тому в авиации уже давно отказались от применения забортного воздуха, содержащего кислород, — он заменяется инертным газом, как раз для случаев предотвращения взрыва. Версия со взрывом крыла кажется мне маловероятной еще и потому, что по обломкам мы видим — крыло упало плашмя и уже на земле взорвалось и горело. Я все-таки не вижу такой серьезной технической причины, которая могла бы развалить самолет в воздухе. Между тем характер падения обломков доказывает, что аэробус начал разрушаться на высоте 4,5—5 километров, а сорвался он с высоты 9—10 километров. Это говорит о том, что авиалайнер либо сорвался в штопор и разрушился от перегрузок, либо как-то кувыркался, что тоже способствовало его разрушению. Стоит сказать, что даже специалистам однозначно говорить о причинах падения самолета непросто. Когда в июле прошлого года упал малайзийский «Боинг», сразу появилось много фотографий с места катастрофы. Съемку там вели все кому не лень включая представителей ОБСЕ. Эти снимки были в очень хорошем качестве, и по запечатленным на них обломкам можно было о чем-то судить. Здесь нет хороших фотографий, а только стоп-кадры из телевизионных выпусков новостей. Техническая причина, конечно, возможна. Но сам факт того, что для летчиков это было внезапно, говорит о том, что воздействие все-таки было быстротечным — несколько секунд.
«С»: Уже известно, что бортовой самописец зафиксировал некие нехарактерные для штатного полета звуки. Но за четыре минуты до падения экипаж выходил на связь и не сообщал о каких-то проблемах. Что это могло быть?
— На самом деле их зафиксировал не черный ящик, а диспетчер, находящийся на земле. Он слышит некие звуки в кабине, но летчики на них никак не реагируют. Это было за четыре минуты до того, как с аэробусом потерялась связь. Если они были причиной или следствием развивающейся аварийной ситуации, то у летчиков было еще много времени для того, чтобы понять, что это, проанализировать и принять решение. Поэтому информации об этих «нехарактерных звуках» я не склонен верить. Если самописцы в нормальном состоянии, то на их расшифровку нужно несколько дней, и специалистам по полученным данным становится все понятно.
«С»: Эта страшная авария в очередной раз вынесла на поверхность обилие проблем в российской гражданской авиации…
— Конечно, в этой отрасли царит системная безалаберность — плохое состояние авиапарка, некачественное техобслуживание самолетов и т. д. Это давно известные проблемы, которые после катастрофы аэробуса А321 в очередной раз оказались в центре обсуждения.


«С»: Может быть, нужно провести тотальный техосмотр всего авиационного парка страны?
— Конечно, это бы не было лишним. Но мне не нравится то, что я вижу сегодня. Ространснадзор запретил полеты самолетов А321 только компании «Когалымавиа». Причем это было сделано в тот момент, когда техническая версия крушения аэробуса была преобладающей. Но почему, если эти лайнеры технически ненадежны, запрет коснулся только одного перевозчика, а не всех авиакомпаний? При этом Ространснадзор уточнил, что решение о возобновлении полетов «Когалым¬авиа» может принять сам, оценив все риски после проведения внутренней проверки. Что за бред?! Как можно проверяемому отдавать все рычаги? Это все равно что студент на экзамене отвечает на билет, вопросы в который он вписал сам. И через пару дней Ространснадзор вместе с прокуратурой рапортует, что проверено состояние трех самолетов. Хотя за это время можно только посмотреть документы. Чтобы проверить сам авиалайнер, его нужно ставить на стоянку и проводить детальное обследование, вскрывая все, что возможно, залезая во все люки, фиксируя наличие усталостных трещин, коррозии и т. д. Это несколько дней или даже неделя колоссальной работы! Поэтому все отчеты о проведенных проверках — в очередной раз полная профанация. А воз и ныне там. У нас любая хорошая инициатива вязнет в безалаберности и разгильдяйстве. И даже несмотря на приостановку полетов А321 до 3 ноября, сервис Flight Radar показывал, что за день до окончания запрета в небе было уже два аэробуса А321 «Когалымавиа». Да плевать они хотели на все предписания! Получается, что и государство импотентно в этом плане, и авиакомпания ведет себя так, как ей выгодно. В этой сфере должен быть строжайший контроль. Но если у нас почти у всех проверяющих рыльце в пушку, то о какой безопасности полетов тут можно говорить? Системные проблемы не решаются. Поэтому о плохом состоянии нашей авиации мы вспоминаем после очередной катастрофы, говорим о ней еще пару месяцев, депутаты активизируются, общество взбудоражено, а потом все благополучно об этом забывают до следующей трагедии. У нас Минтранс, Ространснадзор, Международный авиационный комитет и Рос¬авиация контролируют авиаперевозки и отвечают за безопасность полетов. А в итоге — никому ничего не нужно. Давайте создадим единый орган, который будет жестко отслеживать все нарушения в этой области! А у нас получается как в той поговорке — у семи нянек дитя без глаза.
«С»: В такой ситуации один выход — не садиться в самолет без крайней необходимости…
Мой вам совет — при любой возможности избегайте летать внутри страны отечественными авиакомпаниями, включая «Аэрофлот». Но на практике это зачастую невозможно. Страна большая, перемещаться по ней как-то нужно, а региональная отечественная авиация, к сожалению, у нас вся в плачевном состоянии. В октябре я ездил в Абакан, откуда мне потом нужно было переместиться в Красноярск. В качестве возможных вариантов рассматривал только поезд. Но рейса по нужному направлению не было. Тем не менее я доехал на такси, не рискнув сесть в самолет, поскольку я изнутри знаю ситуацию с региональными авиаперевозками. У нас безопасность полетов в четыре раза ниже общемирового уровня! И эта авиакатастрофа над Синаем — трагическая и тяжелая, но еще страшнее, что после нее вообще никто не делает выводов!

Досье «С»

Крупнейшие авиакатастрофы в истории СССР и России

18 мая 1935 года в районе Центрального аэродрома Москвы истребитель летчика Николая Благина врезался в выполнявший демонстрационный полет с передовиками производства огромный восьмимоторный агитационный самолет-гигант АНТ-20 «Максим Горький». Погибли 11 человек экипажа самолета и 38 (по другим данным — 50) пассажиров-ударников из инженеров, техников и рабочих ЦАГИ и членов их семей, а также пилот истребителя (всего от 50 до 62 человек).
11 октября 1984 года в аэропорту Омска Ту-154 при посадке столкнулся со снегоуборочными машинами. Погибли 178 человек, выжили 5 из 9 членов экипажа и 1 пассажир из 170.
Крупнейшая авиакатастрофа в истории советской авиации произошла 10 июля 1985 года в результате ошибки экипажа. Ту-154 авиакомпании «Аэрофлот» совершал рейс Ташкент — Карши — Оренбург — Ленинград и, войдя в штопор, разбился возле города Учкудук (Узбекистан). Погибли все 200 человек, находившихся на борту.
3 июля 2001 года при заходе на посадку в иркутский аэропорт потерпел аварию Ту-154 авиакомпании «Владивосток Авиа», совершавший рейс по маршруту Екатеринбург — Иркутск — Владивосток. 145 человек погибли.
Крупнейшая авиакатастрофа в истории российской авиации на территории страны произошла 22 августа 2006 года, когда ТУ-154М авиакомпании «Пулково», выполнявший рейс Анапа — Санкт-Петербург, пытаясь проскочить над грозой, потерял управление и свалился в плоский штопор. Самолет упал близ населенного пункта Сухая Балка неподалеку от Донецка. На борту находились 170 человек (160 пассажиров и 10 членов экипажа). Все погибли.
Крупнейшая авиакатастрофа, произошедшая в России с самолетом зарубежной авиакомпании, случилась 3 мая 2006 года. При посадке в аэропорт Адлера потерпел катастрофу и упал в Черное море самолет армянской авиакомпании «Армавиа» аэробус A320. Погибли все находившиеся на борту — 113 человек.
Крупнейшее по числу жертв столкновение двух самолетов в воздухе в истории советской авиации произошло 11 августа 1979 года в районе Днепродзержинска. Столкнулись два Ту-134А, на обоих бортах находились 178 человек (в том числе футбольная команда «Пахтакор»). Все погибли. Причиной столкновения явилась ошибка диспетчера службы управления воздушным движением.
Крупнейшие теракты на пассажирских самолетах России — одновременный взрыв в воздухе террористками-смертницами Ту-134 и Ту-154 24 августа 2004 года. Погибли 43 человека на одном самолете и 46 — на другом.

Личное дело

ВадимПавлович Лукашевич родился в 1963 году. Окончил самолетостроительный факультет политехнического института в Комсомольске-на-Амуре по специальности «Инженер-механик», аспирантуру Московского авиационного института со специализацией «проектирование и конструкция летательных аппаратов».
С 1985-го по 1992-й работал инженером ОКБ им. Сухого, позже занялся бизнесом и финансами.
Сейчас является заместителем гендиректора компании «ПромСтальКонструкция», независимым экспертом космического кластера фонда «Сколково».

340x240_mvno_stolica-s-noresize