Происшествия

«В день убивали не больше одного человека!»

Оказавшись в Дубравлаге, пожизненно осужденный «фюрер» Лев Молотков поверил в Бога и никому не советует повторять свой ужасный путь…

Расследование злодеяний одной из самых кровавых и жестоких неофашистских группировок, входивших в экстремистскую организацию «НСО-Север», взбудоражило всю Россию! Лидером и идейным вдохновителем вооруженных молодчиков являлся житель Подмосковья Лев Молотков. Его признали виновным в организации 16 зверских убийств, нескольких покушений и подготовке к теракту. Тройка военных судей приговорила безжалостного расиста к пожизненному лишению свободы. Теперь он отбывает наказание в Дубравлаге. «Господь пришел ко мне, когда я был в страданиях и скорбях!» — признался 32-летний Молотков в беседе с корр.«С». Что изменилось в его душе после «пожизненного» вердикта, почему он вдруг «повернулся душой к Богу» — пытался выяснить ВАЛЕРИЙ ЯРЦЕВ.

…Взгляд этих черных-пречерных глаз сложно забыть. Не то чтобы тяжелый, но в то же время какой-то жутковатый, леденящий душу… Так описывают Молоткова люди, которые впервые повстречали его на своем пути. Для большинства эти встречи оказывались смертельными… Но перед корр.«С» сидел вполне обычный человек, который с теплотой в голосе рассказывает о себе и родителях. Иногда даже улыбается… «Я родился и вырос в подмосковном Сергиевом Посаде, — рассказывает Молотков. — Львом меня назвали в честь деда. Мать — оператор котельных установок, отец — индивидуальный предприниматель, торговую палатку держит. В Москве получил специальность инженера по геодезии и картографии…»

«С»: Как вы пришли к националистическим убеждениям?
— Примерно в 17-летнем возрасте мне в руки попала листовка, изданная «Русским национальным единством» (РНЕ) под руководством Баркашова. Потом увлекся литературой, рассказывающей о вымирании русского народа. Также сильно повлияла книга Григория Климова о так называемой «пятой колонне». Вот тогда я решился вступить в какую-нибудь организацию, чтобы исправить ситуацию и Россию спасти! Даже не предполагал тогда, ЧЕМ это закончится!.. Был 2005 год. Где находится офис Баркашова — узнал на их сайте. Пришел и заявил: «Хочу быть участником вашей организации!» Мне дали задание: вместе с другими членами РНЕ раздавать листовки. Вроде бы в них ничего экстремистского не было. Лишь потом, в тюрьме, читая православные книги, понял: именно такие прокламации разжигают межнациональную рознь. Иначе выражаясь, эти безобидные на первый взгляд листовочки оказались семенами, которые приводят к очень страшным всходами! Вплоть до преступлений и убийств! Но к таким выводам пришел, к сожалению, не сразу. Хотя родители предупреждали: «Не суйся! Политика — грязная вещь!» Но от своих идеологических вождей слышал другое: «Если вы не занимаетесь политикой, то она займется вами!» И все-таки через год я вышел из РНЕ. Почему? В это время организация фактически превратилась в тоталитарную секту, где все поклонялись только одному человеку, пусть и по-своему харизматичному. До меня и другие баркашовцы покидали РНЕ, отправляясь в большинстве своем в Национал-Социалистическое Общество (НСО). Решил последовать их примеру. Мне нравилось, что отношение к религиям там вполне нейтральное. И физические тренировки были более серьезными: помимо рукопашного боя, занимались огневой подготовкой. То есть в случае войны мы могли бы профессионально драться. Для тренировок арендовали различные спортивные залы. Также занятия проводились в лесопарках… И всегда подчеркивалось, что данное движение пропагандирует не просто национал-социализм, а именно РУССКИЙ. Это был уже 2007 год… И опять понадобилось немало времени, чтобы осознать: на самом деле здесь занимаются ловлей человеческих душ, чтобы потом их обмануть. А ведь люди приходили сюда с искренним желанием быть полезным Родине! И они хотели творить именно добро, не понимая, что их толкают на зло… Помимо Москвы, у нас были филиалы и в других городах. Затем политсовет решил разбить организацию на ячейки по территориальному принципу. Меня назначили начальником «НСО-Север». Приветствия, как положено, у нас были откровенно нацистскими: вскидывали руку вверх, как у Гитлера, и говорили «Хайль!» Мероприятия проходили в разных местах. Приходили на них люди из всех ячеек — Северной, Южной, Западной… Один раз, помню, это было в здании юридической академии, лидер НСО Румянцев нам лекции читал по русской истории. Иногда о Гитлере рассказывал, объяснял новости, в своей, конечно же, интерпретации. А еще в 2008 году мы участвовали в выборах в муниципалитеты. Занимались предвыборной агитацией Румянцева. Листовки расклеивали. Ходили по домам — о проблемах в экономике людям рассказывали и подписи собирали. На избирательных участках ход выборов контролировали. Но наши в муниципалитеты так и не прошли… Слава Богу, с Божьей помощью потом разобрался во всем этом. Только сейчас по-настоящему понимаешь: то, что противно учению Христа, является ересью и неизбежно перерождается в тоталитарную секту… Да, Румянцев говорил постоянно, что убивать нельзя, это противоправно. Но мы же видели: на выборах никто из наших не победил, ничего к лучшему не меняется…

«С»: И вы перешли к реальным действиям?
— Ряды «НСО-Север» постоянно пополняли новобранцы, которые приезжали в Москву из Хабаровска, Нижегородской области и других регионов, включая Поволжье. Я помогал с жильем и трудоустройством. Правда, нашлись вскоре и те, кто сразу стал заниматься откровенным криминалом: грабить и убивать… Хочу подчеркнуть, что ни в одном из этих преступлений лично не участвовал. Просто следствие и суд посчитали, что именно я являлся организатором 16 убийств, нескольких покушений и двух разбойных нападений. И еще признали виновным в незаконном обороте оружия. Я сам рассказал, что дал одному из молодых людей 7 тысяч рублей, на которые он купил пару обрезов. Еще было совершено два разбойных нападения — на филиал Почты России и магазин «Ананас». Потому что этим людям нужны были деньги на жизнь. Сам-то я в них не нуждался. Работал системным администратором сразу в трех фирмах… Вот так и получилось, что к 2008 году мы уже существовали как отдельная, автономная группировка, которая функционировала параллельно с НСО… Нападения с ножами и битами на нерусских совершались в пределах Москвы и области. Обычно в вечернее время, в безлюдных местах. В них участвовали, как правило, от двух до четырех членов нашей организации. В день убивали не больше одного человека. Среди жертв были азербайджанцы, таджики, узбеки и… несколько русских попалось. По ошибке, да… Просто они слишком были похожи на представителей Средней Азии — смуглые, черноволосые. А когда нападали, фамилии не спрашивали — просто сбивали с ног и наносили ножевые удары. А один из погибших русских по фамилии Мельник был даже моим другом!

«С»: Получается, что вы сами ножом вообще никого не били?
— Нет! Так, чтобы убить, — нет! Только — в сам труп!.. Я в тот вечер находился на вечерней пробежке, так как активно занимался спортом. Когда вернулся домой, то хотел пойти в ванную. Тут двое наших активистов говорят: «Погоди, пока не надо!» Почему? Они сообщили, что за время моего отсутствия задушили Мельника… Да, прямо у меня в квартире… Заподозрили в том, что он якобы является агентом правоохранительных органов. Услышав такое, очень тяжко себя почувствовал. А потом тоже решил… нанести несколько ранений! Но только в сам труп. В спину. Мельник к этому времени лежал в ванной уже обезглавленным. Зачем я бил ножом в безжизненное тело? Да чтобы подельники подумали, что я — свой и ничего не замышляю против них. Это было страшное зрелище!.. А они все на видео снимали… (Там запечатлено, как «коллеги» Молоткова также «отрабатывали» удары ножом на трупе «предателя», напевая при этом «С чего начинается Родина…» — «С».) Расчлененные части тела мы вынесли из квартиры в спортивных сумках и закопали неподалеку от моего дома. Сейчас я этого даже вспоминать не хочу…

«С»: Но ведь Мельник, сами говорите, был вашим другом!
— Да, моим! Но — не моих подельников! Как в итоге нас разоблачили? В ночь на 22 июля 2008 года раздался звонок в дверь. Мы открыли — и вдруг ворвалась группа захвата из спецназа! И всех сразу повязали. Но при этом один из подельников — тот самый, из Хабаровска, — успел нанести полицейскому ножевое ранение. Но не смертельное, слава Богу!
…Во время последовавшего обыска в этом частном доме у экстремистов изъяли большое количество подпольной литературы и взрывчатки. По данным следствия, ультраправые национал-социалисты планировали совершить террористический акт на электростанции в Сергиевом Посаде… Приговор лидеру и членам «НСО-Север» в 2011 году оглашал Московский окружной военный суд. Военный — потому что один из обвиняемых по фамилии Юров (именно он участвовал в убийстве Мельника, а затем и несовершеннолетнего Барановского, также заподозренного в «измене») вдобавок ко всему оказался дезертиром.
«Мы сами решили выбрать именно военный суд! — поясняет Молотков. — Нам так посоветовали. Дескать, там люди серьезные, они гораздо объективнее к вашему делу отнесутся. Судила нас тройка судей. Присяжных не дали. Оказалось, запрещено законом, если в деле есть статья о терроризме. Я до последнего надеялся, и адвокаты мне твердили, что судьи разберутся и пожизненного наказания мне не дадут. Процесс в закрытом для СМИ режиме длился ровно год. А когда услышал приговор, то в груди тяжело стало, как будто камень повис. Голову чуть не до пола опустил… И для моих родителей это большой удар был — как услышали про пожизненное, у них сразу седые волосы появились…»

В итоге Молотков и еще четверо националистов получили пожизненный срок заключения. Еще 7 боевиков «заслужили» от 8-летнего условного наказания до 23 лет «строгача». Единственная среди подсудимых женщина — студентка журфака МГУ им. Ломоносова, поэтесса Василиса Ковалева. За убийство супругов-узбеков она отправилась за решетку на 19 лет. Свою неонацистскую деятельность она совмещала с участием в благотворительном фонде «Город без наркотиков»… При этом в «послужном списке» Льва Молоткова оказалось сразу 6 уголовных статей: «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства», «Убийство по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти», «Нанесение побоев» (по тем же мотивам), «Незаконный оборот оружия в составе организованной группы», «Разбой» и «Приготовление к теракту». Так Молотков оказался в Дубравлаге. Нашу республику он сможет покинуть лишь после собственной смерти…

«Отец ходатайствовал, чтобы меня именно в Мордовию направили, — признается Лев Молотков. — Он знал, что Дубравлаг на самом деле находится недалеко от Москвы! Кстати, один из моих подельников, которого тоже признали виновным в убийствах, родом из Саранска. Если не ошибаюсь, это Дмитрий Кечкин. Ему дали свыше 20 лет строгого режима…»

«С»: Ваши взгляды на жизнь начали меняться после того, как вы оказались за решеткой?
— Да. Осознание того, что я жил неправильно, начало приходить именно там. Вначале отбывал срок в Черном Дельфине… (6-я колония особого режима для пожизненно осужденных УФСИН по Оренбургской области — «С».) Там провел полгода, после чего меня этапировали обратно в Бутырку. Каковы были условия содержания в Дельфине? Психологически там, конечно, очень тяжело. Атмосфера напряженная. Прежде всего из-за личностей, которые там сидят. Осужденных перемещают по тюрьме головой резко вниз, а руки — сзади скованы… Кстати, здесь, в Мордовии, такого нет. Тут более гуманно…

…Еще недавно Лев Молотков пытался спасти всю Россию, забирая души других людей. О своей душе тогда подумать времени не хватало. Слишком много было «работы». Теперь вон его сколько — времени на раздумье. До конца жизни хватит! Сидит теперь Молотков один в каменной камере и пытается хотя бы одну душу спасти. Свою собственную. Говорит, получается…

«Слава Богу, что в итоге я оказался здесь! — восклицает наш собеседник. — Верить в Бога начал еще на свободе, но там православие глубоко не изучал. Только тут, в неволе, я начал читать книги священника Владимира Соколова. Там подробно рассказывается о сектах, которые борются с христианством. Именно там я нашел много правильных ответов на вопросы, в том числе связанные с духовной жизнью. Больше нигде их найти не мог — ни у родителей, ни в школе, ни в различных организациях… Как я здесь провожу время? Из-за эпилепсии пока не работаю. Но в дальнейшем собираюсь устроиться на швейное производство. Иск в размере 4 миллионов рублей надо погашать. Именно чтение духовной литературы помогает мне крепиться и держаться! Здесь сам Бог коснулся моей души!»

«С»: И как же это произошло?
— В моих скорбях и страданиях! Словами это очень трудно объяснить… Здесь меня примерно раз в месяц навещает отец Михаил. Исповедует. Причащает. Но это уже слишком личное…

«С»: Буквально полчаса назад мы увидели ваших родителей, которые покидали колонию. Если не секрет, о чем вы говорили с ними на этой встрече — первой за последние полгода?
— Как раз обо всем этом и беседовали: может быть, когда-нибудь я все-таки выйду на свободу. Они рассказывали, как там другие близкие родственники, как у моих друзей дела. И что скоро будет отмечаться день рождения преподобного Сергия Радонежского. Сейчас ремонтируют его обитель — Сергиеву Лавру! Сейчас там очень становится хорошо!

«С»: Что вы можете посоветовать тем, кто увлекается различными псевдопатриотическими «учениями»?
— Сначала надо задуматься, какую именно идею проповедуют их вожди. Если она противоречит учению Христа, то следует немедленно уходить! Бежать, пока эта идеология, как паук, в душу не залезла! Иначе незаметно для вас самих добро подменяется злом! Или вот такой момент: если активисты постоянно между собой ругаются, грызутся, обзывают друг друга — значит, здесь тоже не все в порядке и надо от такого «коллектива» держаться подальше… Так и напишите: не повторяйте мою судьбу! Теперь я не хочу ничего вообще слышать про политику. И про Украину — тоже… Кстати, ваша газета мне нравится. При случае всегда стараюсь ее читать. За исключением все той же политики и… криминала. Устал я от ЭТОГО…

«С»: Скажите, вы смирились с пожизненным сроком?
— До сих пор, конечно, еще не верится… С одной стороны, смирился. С другой — надеюсь, что все-таки когда-нибудь смогу рассчитывать на условно-досрочное освобождение. Надеюсь, что когда-нибудь мое дело пересмотрят… Или — что сам Бог мне поможет! Может быть, и у меня будет когда-нибудь возможность выйти на свободу, создать семью, нарожать детей… На воле я встречался с одной девушкой. Она и на суд ко мне приходила. А как дали пожизненное заключение, я ей написал: «Прости меня, но нам лучше расстаться. Тебе лучше найти другого мужчину, потому что я не знаю, когда я отсюда выйду и выйду ли вообще». Она так и поступила. И слава Богу!..

340x240_mvno_stolica-s-noresize