Культура

«Я не сразу решил, что Джаред Лето будет играть в моем фильме»

Режиссер Дени Вильнев — «Столице С»

5 октября на российские экраны выходит фильм «Бегущий по лезвию 2049». Сиквел культовой ленты Ридли Скотта стал одной из самых ожидаемых картин года. Постановку осуществил канадский режиссер Дени Вильнев, приобретший известность интеллектуальными фильмами «Враг», «Пленницы» и «Убийца». Насколько трудно было решиться на столь амбициозный проект? Как мэтр Ридли Скотт напутствовал режиссера перед съемками? Какое место занимает в картине русская тема? Об этом автор рассказал Николаю Кандышеву.

«С»: Вы всю жизнь готовились снимать фантастику или произошел неожиданный поворот в вашем творчестве?

— И то, и другое вместе. Я полюбил научную фантастику в детстве, читал много европейских авторов. Это очень динамичный жанр, интересный с точки зрения экранизации. Можно снимать и грубые фильмы, и исследовать глубокие темы. Я давно мечтал заняться научной фантастикой. На протяжении всей карьеры это было важной частью моей работы. На самом деле за многие годы снято немного фильмов, достойных звания научной фантастики. В большинстве лент нет хороших ярких персонажей, продуманной до деталей истории. Снять предыдущий фантастический фильм «Прибытие» меня побудил сильный импульс после прочтения рассказа «История моей жизни», который лег в основу сценария.

«С»: У вас было желание снять именно продолжение фильма «Бегущий по лезвию» 1982 года?

— Такое казалось просто невозможным… Хорошо помню, как в подростковом возрасте впервые посмотрел «Бегущий по лезвию». Я жил в небольшом канадском городке, Интернета тогда не было, все новости узнавали из газет. Поэтому долгое время не знал, что фильм Ридли Скотта получил много отрицательных рецензий. А на меня лента произвела огромное впечатление, повлияла на всю мою дальнейшую работу, по многим причинам стала очень личной. Это второй фантастический фильм после «Космической одиссеи 2001», в котором я увидел искусство. В нем очень сильная эстетика и тщательная работа в кадре. Если бы мне сказали, что годы спустя я буду снимать продолжение «Бегущего по лезвию», то рассмеялся бы в лицо тому человеку. Честно говоря, теперь просыпаясь утром, иногда думаю: «Боже, что я натворил!» (Смеется — «С»)

«С»: О чем ваш фильм? Сильно ли он отличается от картины Ридли Скотта?

— Есть много поворотных моментов сюжета, которые раскрывать пока нельзя, дабы не подвергать проект опасности. Я могу рассказать о работе с Хамптоном Фанчером, который написал сценарий «Бегущего по лезвию» 1982 года. Мы пытались придумать, как сможет развиться сюжет. Действие первого фильма происходит в 2019 году, многие вещи оттуда стали пророческими, а что-то не исполнилось. Нам предстояло создать альтернативную реальность для новой истории. Климат стал хуже, а мир более жестким. Общество находится на грани распада, политическая власть раздроблена, экономическая структура в упадке. У людей нет ресурсов для выживания. Вся жизнь сосредоточена в автономных городах. Один из них Лос-Анджелес, где происходит основное действие.

«С»: Что такое black out? Это понятие в вашем фильме имеет важную сюжетную нагрузку?

— К счастью, могу рассказать. Это отключение света в результате мощного электромагнитного импульса, произошедшее сразу после окончания событий первого фильма. В 2049 году у людей нет опоры на цифровые данные, они вернулись в аналоговый мир. Для детективной истории  это очень хорошая почва. Главный герой ищет улики не в Интернете, а в реальном мире.

«С»: Ваш фильм будет понятен зрителям, не смотревшим первого «Бегущего по лезвию»?

— Мы старались найти баланс, чтобы наш фильм опирался на первую картину, и в то же время его можно смотреть в отрыве от нее. Но мне кажется, зритель получит более глубокое впечатление, если все-таки увидит ленту Ридли Скотта. Первая картина нисколько не устарела. Я недавно ее пересматривал в кинотеатре с молодыми людьми. Фильм сильно их поразил, потому что не утратил актуальности.

Кадр: фильм «Бегущий по лезвию 2049»

«С»: Многое ли унаследовал персонаж Райана Гослинга от героя Харрисона Форда?

— Оба занимаются одной работой. В новом мире условия их деятельности стали труднее. По земле по-прежнему ходят угрожающие людям репликанты, которых нужно ликвидировать. За счет увеличения продолжительности их жизни стало проще ими управлять. Однако остались опасные репликанты, не ограниченные по жизненному охвату. Мы хотели, чтобы у персонажей Райана Гослинга и Харрисона Форда были общие проблемы: кризис самоидентичности, одиночество и любовь.

«С»: Известно, что Джаредо Лето тщательно выбирает сценарии. Как вы уговорили его сняться в вашей картине?

— Я не сразу решил, что Джаред Лето будет играть в моем фильме. Роль писалась изначально для Дэвида Боуи. К несчастью, мы потеряли великого музыканта… Поэтому стали искать человека, способного принести такой же драйв, харизму, загадку и поэтический настрой. Джаред Лето — большой любитель первой картины и давно хотел сняться в этой ленте, поэтому уговорить его было очень легко. Ему нравятся роли с большими драматическими диалогами, которые в полной мере присутствуют в нашей картине. Все знают о его особом подходе к работе. Когда Джаред снимался в «Отряде самоубийц», то посылал крыс всем партнерам. В «Бегущем по лезвию 2049» он играет слепого, поэтому необходимо было вжиться в роль. Мы сделали линзы, через которые актер действительно ничего не видел. Ему пришлось изучать поведение незрячих людей. Джаред не выходил из образа, передвигаясь по декорациям буквально на ощупь. Это был очень важный опыт работы для меня.

«С»: Зачем на экране мелькают русские слова: балерина, СССР, целина?

— Мне нравиться снимать картины, где действие происходит в альтернативной реальности и можно экспериментировать. В нашем мире история пошла несколько по иному сценарию, будущее более космполитично и русские распространены в Лос-Анджелесе шире. Почему наряду с McDonald’s на улицах не может продаваться русская еда? В романе Филиппа Дика я чувствовал присутствие русской культуры, поэтому решил представить ее в фильме маленькими вставками, отдавая должное первоисточнику.

«С»: Как вы работали со спецэффектами?

— Я гораздо больше люблю снимать настоящие декорации и реальные вещи. Компьютерную графику можно использовать, но только в деталях, это не должно быть основой. Мы с оператором Роджером Дикинсом сразу решили создать вокруг актеров настоящий мир, где они смогут жить и играть. Работая на зеленом экране, мы заранее ограничены сценарием и не можем импровизировать. Мне нравится работать свободно. У нас компьютерной графики много, но она присутствует только по краям для расширения картинки. В центре же все настоящее. Получились шикарные декорации Лос-Анджелеса, они меня поразили, когда впервые увидел. К тому же мы смогли использовать какие-то дополнительные приемы: дым, дождь, другие осадки. Роджер играл со всеми элементами, выстраивая необходимый для себя свет. На компьютерной графике это было бы недоступно.

«С»: Получали ли вы советы от Ридли Скотта и Харрисона Форда?

— Когда я заключил контракт, то поставил условие получить благословение Ридли Скотта. Мы встретились. Он поделился со мной всеми источниками вдохновения, передал огромный пласт знаний. При этом сказал, что второй фильм абсолютно мой. «В случае чего, помогу тебе советом, но это твоя ответственность», — добавил он. Трудно было бы работать, если бы Ридли Скотт стоял за спиной. Вторым моим условием было, чтобы Харрисон Форд сыграл в моем фильме Рика Декарда. Благодаря сотрудничеству мы смогли воссоздать его персонажа. Харрисон очень мощно участвовал во всей работе.

«С»: Расскажите о вашей предстоящей экранизации «Дюны» Фрэнка Герберта.

— Я привык к секретной работе, поэтому не обсуждаю проекты, пока не выпущены. Никто не слышал о фильмах «Прибытие» или «Убийца» до премьеры. Три недели назад я закончил работу над «Бегущим по лезвию 2049». Мне нравится экранизация «Дюны» 1984 года Дэвида Линча. Но предстоящий фильм не ремейк и не ребут. Мы вернемся к исходному произведению и постараемся его переосмыслить. Я пока только влюблен в идею, еще рано говорить о каком-то результате.

Новости партнеров