Культура

«У меня не было романа с Юрием Гагариным»

Фото: Елена Кпылова

Вдова первого Президента России Наина Ельцина — ​о себе и своей «Личной жизни»

В Москве вышла книга жены Бориса Ельцина «Личная жизнь». Наина Иосифовна планировала написать воспоминания только для своих родственников, которые убедили сделать их доступными массовому читателю. Большая часть книги посвящена мужу, с которым она прожила 50 лет. «Бориса в моей жизни было так много, что научиться жить без него невозможно, — ​говорит Наина Ельцина. — ​Я пытаюсь. Но для меня это какая-то другая жизнь». Она считает 1990-е «святыми годами становления новой страны», несмотря на то, что ее семья пережила много трудностей. С вдовой первого Президента России в Москве встретилась Татьяна Новикова.

…Наине Иосифовне исполнилось 85 лет. Она по-прежнему элегантная, добрая, искренняя и открытая. «Я не люблю публичность, — ​признается Ельцина. — ​Стараюсь избегать интервью. Начала соглашаться на них только после ухода Бориса из жизни. Теперь это мой долг перед ним. За годы после его смерти подросло поколение, которое мало знает о первом Президенте России. Рассказывать ужасы об этом времени стало модно, и не все уже могут отличить правду от сознательного вранья. Я вижу совсем молодых людей в музее Бориса Ельцина в Екатеринбурге и понимаю, что они на моих глазах открывают для себя недавнюю историю страны. Эта история оказывается совсем не такой беспросветной, как им внушали. Я наблюдала, как они буквально прилипают к экранам, на которых идут записанные для музея интервью с очевидцами и участниками событий 1990-х…»

«С»: Наина Иосифовна, расскажите, как создавалась ваша книга…

— Работать было непросто, это заняло пять лет. Скажу откровенно, ничего раньше не писала, кроме пояснительных записок к своим техническим проектам в институте. Так получилось, что в какой-то момент я поняла, что совсем не знаю своего прошлого. Однажды спросила у бабушки о ее родителях и узнала, что они рано умерли… Хотелось узнать историю своего рода, но спросить об этом было не у кого, потому что никого не осталось в живых. Когда рассказывала внукам и правнукам о своем детстве, они задавали множество вопросов. И я поняла, что должна написать историю своей жизни для них. Я много знала о Борисе, у меня было ощущение, что я вместе с ним родилась и потом всегда находилась рядом…

«С»: Поначалу вы не хотели издавать мемуары?

— Да. Дочери уговорили это сделать. Со временем поняла, что они правы. Я почти полвека прожила в стране, которая называлась Советский Союз. И почти 30 лет — ​в России. Но в своих мемуарах я не рассказываю историю государства, это книга о жизни нашей семьи. Я с близкого расстояния видела происходящее в стране. В моем произведении есть описание исторических событий, но я не даю им оценку, потому что не имею на это права. В книге все правдиво. Не могу лгать и не люблю неточности — ​сказывается техническое образование. Да, не приведи Господь писать воспоминания тому, кто является непрофессионалом в этой области. Каждый должен делать то, что умеет. Люблю читать других авторов, но сама в этой роли чувствую себя неловко и волнительно. Сочинить что-то можно, а написать правду чрезвычайно трудно. Надо вспоминать, звонить другим людям, копаться в архивах, потому что каждая деталь требует уточнений… Для меня эти пять лет показались настоящей пыткой.

«С»: Вы чувствовали себя женой Президента России?

— Нет. Я была просто супругой Бориса Николаевича. На какой бы должности он ни работал, возглавлял ли область или строительный трест. Для меня это неважно. Но я понимала, что каждая новая должность мужа не дает мне никаких прав. Только обязанности. А президентство тем более… Помню, как в 1999 году внучка Мария спросила, когда у деда заканчивается президентский срок. Я ответила, что осталось чуть больше полугода. И тогда она задала другой вопрос: «Тогда у нас не будет никаких обязанностей, а только одни права?» Мы не внушали детям и внукам, что им что-то нельзя, а что-то можно. Все получилось как-то само собой. Они это чувствовали. Могу совершенно искренне сказать, что члены моей семьи не пользовались особыми привилегиями. Единственное — ​машина и охрана. Но они считали, что это настоящий ужас. И старшая дочь даже сбежала замуж… Меня подобный «контроль» тоже очень тяготил. Думаю, что на моем месте такое чувствовал бы каждый человек. Но раз надо, значит, надо. Поэтому со всем соглашалась. Это не мы диктуем условия жизни, а она нам. Поэтому приходилось их выполнять.

«С»: Даже не верится, что было время, когда вы кипятили географические карты, из которых потом получилось постельное белье!

— Был такой момент в жизни. Во время войны на рынке продавали географические карты, привезенные из Германии. Они были из батиста. И кто-то из соседей поделился с мамой секретом, как сделать белье. А наша семья — малообеспеченная! Четверо детей! И мама накупила этих карт, из которых потом шила наволочки и пододеяльники. Я так привыкла к этому белью, что даже взяла его с собой, когда мы переехали в Москву. Я его берегла.

«С»: Правда, что за вами когда-то ухаживал космонавт Юрий Гагарин?

— Нет. 10 лет назад журналисты в Екатеринбурге собирали информацию для статьи о нашей семье, и им рассказали то, чего на самом деле не было… В начале 1960-х я находилась в декретном отпуске. Когда услышала, что в космос полетел мой земляк Юрий Гагарин, испытала огромную радость. Схватила дочь и побежала к соседке Клавдии: «Там человек в космосе побывал! Он мой земляк — ​из Оренбурга. А вдруг я когда-то встречалась с ним на улице?» Это было все, что я тогда сказала. Когда спустя много лет к ней приехали журналисты и попросили рассказать что-то обо мне, она поведала байку об ухаживаниях Гагарина. А потом прочитала об этом в газете. Там говорилось, что я знала семью Юрия Алексеевича, что у нас речь шла чуть ли не о свадьбе. После смерти мужа поехала в Екатеринбург на выставку цветов. Там увидела Клавдию, которая тут же бросилась мне навстречу. Спрашиваю: «Зачем же ты такое наговорила?» — ​«Журналисты просили что-то интересное, вот я и выдумала» — ​ответила она. «Клава, зачем? Я все-таки жена Президента!» А она в ответ: «Да кто эти газеты сейчас читает?» Когда узнала, что вся эта фальшивая история появилась в Интернете, не могла спокойно спать. Чувствовала себя ужасно. Хотелось все объяснить родственникам космонавта. Когда встретилась в Кремле с дочерью Гагарина, сразу спросила: читала ли она статью? «Да, — ​ответила она. — ​Только в нашей семье этому никто не поверил».

Книга «Личная жизнь» позволит россиянам лучше узнать первого президента страныФото: Елена Кпылова

«С»: Вам доводилось встречаться со многими известными людьми…

— Да, до сих пор дружу со многими артистами. Трудно сказать, как завязываются такие добрые отношения. Просто у одного человека начинается тяга к другому. С огромным уважением отношусь к деятелям искусства. Часто наши судьбы переплетались. Это замечательные люди. Поддерживала отношения со старшим поколением актеров — ​Ладыниной, Смирновой, Окуневской… Меня поразило, в каких ужасных условиях они жили. Как могла заботилась, помогала. Теперь мы знаем, как живут голливудские актеры. А то, что я увидела, побывав у наших артистов, вызвало жалость. Многие посещали наш дом еще при жизни Бориса Николаевича. Помню, как смотрела спектакль Михаила Зельдина. Потом мы разговорились. Пригласила его с женой Иветтой в гости. Зельдин хорошо общался с нашими внуками, которые до сих пор его вспоминают. Миша сидел у актера на руках, когда он ушел, спросил: «Когда снова придет этот хороший дядя?» Я ответила, что, к сожалению, нескоро. Не стала объяснять мальчику, что Михаила Зельдина больше нет…

 

«С»: С каким чувством вспоминаете переломный для страны 1991 год?

— Со слезами. Это для всех был очень тяжелый период. Мы тогда находились на совминовской даче в Архангельском на Калужской дороге. Все случилось внезапно. Борис Николаевич был в командировке в Казахстане и вернулся накануне ночью. По телевизору показывали «Лебединое озеро», а потом диктор сообщил о болезни Горбачева и введении чрезвычайного положения в стране. Борис сказал, что это переворот. Мы узнали, что все Архангельское окружено автоматчиками. Охранники мужа рассредоточились вокруг дома. Нам сказали, что дула автоматов нацелены на окна. Но спецназовцы так и не получили приказа председателя КГБ штурмовать Архангельское. Борис собирался в Белый дом. Вздохнули с облегчением, когда узнали, что он благополучно туда добрался. Мы тоже решили ехать в Москву. Помню, что, вместо того чтобы складывать вещи, стала рвать помидоры и кидать их в корзину… Было решено ехать не домой, а на квартиру одного из охранников Бориса. Когда зашли в микроавтобус, нам сказали: «Если будут стрелять, ложитесь на пол вниз лицом». И внук Боря, услышав такие слова, спросил: «Мама, а нам сразу в голову будут стрелять?» Дочери просто остолбенели. До места добрались без особых происшествий. Вторую ночь провели на своей квартире вместе с вооруженной охраной. Меня просили ни в коем случае не подходить к окнам. Охранники сказали, что во дворе стоит хлебовозка, в которой находятся автоматчики. Прошел слух, что начнется штурм Белого дома, но ничего не было. Мы поняли, что опасность миновала…

Из «Личной жизни»: «Рано утром 21 августа позвонил Борис, чтобы поздравить Лену с днем рождения. Сказал: «Извини, не могу сделать подарок». А Лена в ответ: «Ты сделал мне самый главный подарок — ​подарил свободу».

Татьяна Новикова (слева) убедилась в том, что Наина Ельцина вписала свое имя в историю РоссииФото: Елена Кпылова

«С»: Не жалеете о распаде Советского Союза?

— Жалею. Переживаю, что страна была доведена до такого состояния. Хочу сказать, что Борис Николаевич не имеет никакого отношения к распаду СССР и ГКЧП. Потому что уже не работал в государственных структурах Советского Союза…

Из «Личной жизни»: «Произошло то, чего опасался Борис: большая страна распадалась на глазах. Сохранить СССР было уже невозможно, республики одна за другой принимали декларации о независимости. Меня поражает, как люди могут верить в миф о том, что лидеры России, Белоруссии и Украины собрались в Беловежской Пуще и «развалили СССР». Что же это за великая страна, которую можно «распустить» одним документом? На самом деле страна к концу 1991 года находилась в процессе стихийного распада… Не вмешайся лидеры республик, последствия могли бы быть страшными для всего мира…»

«Говорят, время лечит. Не лечит. Человек просто приспосабливается к другой жизни, а внутри все равно пустота. Бориса в моей жизни всегда было так много, что научиться жить без него почти невозможно. Я пытаюсь. Но для меня это какая-то другая жизнь… Наша семья живет в Москве, никто никуда не уехал, хотя домыслов на эту тему в прессе было много. Только младшая внучка Маша учится в Лондоне, а внук Ваня — ​в Чикагском университете. Но их дом здесь, в России… У старшей внучки Кати трое детей. У ее сестры Маши — ​двое. Танин сын Боря занимается кино, а несколько лет назад открыл с друзьями детский сад в Москве. Глеб делает потрясающие успехи в спорте…»

Наина Ельцина о Путине:

«Меня очень удивляет, когда пишут, что Путин «взялся ниоткуда», — ​пишет в своей книге Наина Ельцина. — ​Это, конечно, не так. Борис присматривался к Владимиру Владимировичу, который раньше работал в Петербурге вице-мэром у Анатолия Собчака. Пост начальника Контрольного управления он предложил Путину неслучайно. Потом назначил на более высокую должность — ​первым заместителем главы своей администрации, потом директором ФСБ. Борис считал Владимира Владимировича не только умным и грамотным руководителем, но и глубоко порядочным человеком. Очень ценил его выдержку и волевой характер. За те несколько месяцев, которые Владимир Владимирович занимал пост председателя Правительства, Борис убедился, что не ошибался в нем: у Путина есть все, чтобы стать достойным руководителем страны. Борис ни с кем не обсуждал кандидатуру Путина в качестве преемника. Это было его личным решением. После смерти мужа пошли разговоры о том, что Путин якобы дал ему и нашей семье какие-­то гарантии неприкосновенности. Это, конечно, полный бред. Борис даже помыслить не мог о каких-то закулисных договоренностях. Единственное, о чем он попросил Путина, — ​беречь Россию. И эти его слова все слышали…»
«…Мне, конечно, приятно, что Владимир Владимирович не забывает про мои дни рождения. Обе круглые даты, которые отмечали уже без Бориса — ​80-летие и 85-летие — ​Путин предложил отпраздновать в Кремле. Я, конечно, хотя не люблю официальных мероприятий, была очень тронута, пригласила всю свою большую семью, наших друзей, соратников Бориса Николаевича. Обошлось без официоза. Было празднично и очень тепло. На 85-летие Президент вручил мне орден Святой великомученицы Екатерины. Совершенно не ожидала, что мне будет вручена такая высокая государственная награда. И, если честно, испытывала сложные чувства. С одной стороны, чувство благодарности. С другой — ​мне казалось, что статус награды, которую вручают прежде всего за благотворительную деятельность, предполагает масштабные дела, которые вообще-то не очень под силу одному человеку. Я не могу приписать те заслуги, о которых говорил Президент, вручая орден, только себе. Для меня это оценка того, что делал Борис Николаевич, и того, что делает сегодня президентский центр его имени».

Новости партнеров