Культура

Преимущество жителей России в том, что мы знаем вкус всего — и тоталитаризма, и либеральных свобод…

Виктор СафонкинЖивущий в Европе саранский художник Виктор Сафонкин — «Столице С»

«Я окончил среднюю школу, потом получил техническое образование… Это не дало мне ничего, не заполнило даже маленький уголок моего мозга. Я чувствовал себя бесполезным…» Решительно уехав в 90-е годы из Мордовии вместе с семьей и поселившись в Праге, уроженец Саранска Виктор Сафонкин так описал свое советско-российское прошлое в небольшой автобиографии на личном сайте. Похоже, малая родина ответила взаимностью — местное информационное пространство «знает» о господине Сафонкине чуть больше чем ничего. В Европе же регулярно проводятся его выставки, его картины стоят десятки тысяч евро, а его имя стало символом европейского сюрреализма. Виктор Сафонкин — единственный из мордовских художников, кто может похвастаться персональной выставкой в самом большом в мире музее русского искусства — Государственном Русском музее (Санкт-Петербург). О мордовских типажах, республике 90-х годов и том, как научить слона рисовать, с 48-летним мастером поговорил ДЕНИС ТЮРКИН

Мордовия

Смотрю на ваши картины и будто узнаю жителей мордовии. Ну, мордовские же типы! Скуластые, жилистые, с глубоко посаженными глазами… вы находите схожесть героев ваших творений с типичной мордвой?

Про типажи и их этническую принадлежность никогда не задумывался… Для меня важна темпоральность (временная сущность явлений — «С») и гармония; хотя допускаю: где родился, таким и отобразился!

Вас не обижает тот факт, что некоторые мордовские коллеги, зная о вашем прошлом и отсутствии профильного образования, считают вас непрофессиональным художником?

Персональная выставка в Русском музее — и есть ответ о моем непрофессионализме. Я каждодневно работаю, и это не только мое увлечение, но и заработок. Это моя визуальная философия. Если имеется в виду отсутствие специального образования, то научить такому ремеслу можно и слона, важно лишь быть убедительным. Ведь ремесло — всего лишь инструмент. Вас научат рисовать, но не научат быть художником! Не каждый оформит полученное знание в собственную отличающуюся от прочих концепцию. Главное, было бы что сказать, а ремесло поможет выразить.

С удивлением узнаю о том, что ни одной вашей работы нет в саранском музее имени Эрьзи. Могли бы подарить музею одно полотно, если вас попросят?

Подарить могу, но не имею возможности. Придет время, и я сделаю это с удовольствием. Мне не жалко.

Talking with Birds / Разговор с птицами, 2010 | Do not even take in head to offend children / Даже не вздумайте оскорбить детей, 2011 Talking with Birds / Разговор с птицами, 2010 | Do not even take in head to offend children / Даже не вздумайте оскорбить детей, 2011

Многие ваши картины по настроению мрачные, тяжелые, давящие. Можно ли считать, что и большинство почитателей вашего таланта и покупателей картин люди с таким же настроем?

Давящие? Мрачные? Не соглашусь! В них больше прогрессивной силы и надежды, веры и здравомыслия. У меня идеалистический склад ума, это естественно для творческого человека. Это помогает мне, как алхимику, выделять из собственного несовершенства и неоднозначности общества свой мир, свою веру и надежду на лучшее. Но для этого нужна бескомпромиссная борьба персонажей — героев в моих работах. И все они — лучшая или несовершенная часть самого меня.

Есть мнение, что вот этот ваш «тяжелый стиль» сформировался под влиянием непростой жизни в Мордовии в конце 80-х — начале 90-х, когда, по сути, на улицах шли локальные войны. Есть доля правды в таком взгляде на ваше творчество?

Все мое останется со мной. Начало 90-х действительно было мрачным и трудным, но важным переломом для России и всех нас: это было время перерождений и духовных накоплений. Мы алчили свобод и их получили, путая данную свободу со вседозволенностью, а многие завязали свои собственные кармические узлы. Но без этого шага Россия не осознала бы себя по-новому, не увидела бы нового подтверждения своего особого пути и значения. Мы ухитрились вкусить грязи и родника. Но это полезная корректировка общества и сознания людей помогла нам выстоять. Теперь мы знаем вкус всего — и тоталитаризма, и либеральных свобод, и в этом наше преимущество, наш иммунитет. Я вообще разделяю высказывание, что цивилизация начинается с табу. Жаль, что все проходит путем проб и ошибок. Мы в процессе… И это смятение и борьбу я подсознательно отражаю в сюжетах работ, это мои сомнения и мои победы. Это и есть отражение внешних факторов нового времени и Возрождения нашей Родины, и, надеюсь, меня лично!

Европа

Вас уже называют классиком европейского символизма и сюрреализма. Возьмете на себя такое звание?

Понятие «евросюрреализм» лишь отражало мою сопричастность и ориентирование в живописи. Я большой поклонник Иеронима Босха (нидерландский художник, работавший на рубеже 15–16 веков — «С»), Арнольда Беклина (швейцарский живописец 19-го века — «С»), Здислава Бексиньского (польский художник 20-го — начала 21-го веков — «С»), раннего Эрнста Фукса и Ханса Рудольфа Гигера (оба австрийские живописцы, наши современники — «С») с его психоделическими переживаниями готического ужаса. Возникновение моих тем происходит от разных источников — музыки, увиденного, прочитанного… Они, словно ключи, открывают нужные двери, и уже оттуда, как из клубящегося облака, возникают темы. Проникая в эту туманную субстанцию, вижу проявляющиеся детали будущих картин. Остальное — домыслы и выдуманное журналистами для красного словца. Могу только надеяться, что моя идея в символическом искусстве была актуальной. Но, думаю, это пройденный этап.

And you did not believe!? / И вы не поверите!?, 2016 And you did not believe!? / И вы не поверите!?, 2016

Кем был обычный посетитель вашей пражской галереи? Кто он — тот европеец? Молодой ли? Или пожилой? С достатком или небогат? Клерк ли, студент ли, или успешный топ-менеджер? Расскажите о европейских почитателях вашего таланта.

Галерею посещали разные люди, кроме случайных. Человек ведь сознательно ищет, и без личного побуждения его арканом в такие места не затащить.

Ваши работы стоят солидных денег. Вам льстит осознание этого факта?

Это мне не льстит, но меня радует возможность жить и заниматься любимым делом.

Какую выставку или событие в вашей творческой жизни на данный момент считаете пиком карьеры?

Однозначно — выставка в Русском музее Санкт-Петербурга. Вообще, оценка работников музея, обладающих исчерпывающими знаниями, и есть профессиональная оценка твоей работы. В моей «копилке» три музея и артфэйры (художественные ярмарки — «С») в США (Нью-Йорке, Майями), Бельгии, Германии (Берлине) и аукцион в Лондоне. Также я периодически участвую в выставках современного искусства Русского музея.

Ожидать ли ваших выставок в 2016 году в России и Мордовии?

Будем очень стараться провести выставку, пока не скажу, когда. От меня мало что зависит. Но есть возможности у людей, которые в силах это организовать.

Планы

В конце 2015 года закрылась ваша галерея в Праге. Что случилось?

Просто моя пражская галерея ушла в небытие. Этому поспособствовал ряд рациональных обстоятельств. Первый раз в жизни я решил поработать с партнерами, но их недальновидность и незнание специфики убили галерею. Но не художника. Ну и Бог с ними. Прага была для меня «домиком в деревне», мистической атмосферой, которая неустанно инспирировала мое ограниченное ленивое Я. Думаю о глобальном рынке искусства. Возможно, открою галерею в немецком Штутгарте. Планов у нас громадье. Сейчас работаю над новым видением, формой… Можно сказать, нахожусь в поиске расширения творческого самовыражения.

Worship to Emptiness / Поклонение Пустоте, 2015 Worship to Emptiness / Поклонение Пустоте, 2015

Часто приезжаете в Саранск? Общаетесь с кем-то из Мордовии?

Не часто, и от этого, естественно, тоскую. Родина и встреча с родными имеет свойство излечивать некоторые накопленные недуги. Хотя благодаря возможности смотреть российские телеканалы и общаться с родными посредством гаджетов ностальгия, бывает, сводится к минимуму. Вдобавок я нелюдим и могу неделями не выходить из дома, пребывая и изучая «собственные миры», при этом думая, что не уезжал из России. Общаюсь ли с кем-то из Мордовии? Большей частью — с родными и узким кругом друзей…

340x240_mvno_stolica-s-noresize