Культура

«Через творчество Хармса хотим показать стремление человека сохранить свою личность и не затеряться в серой массе…»

Фестиваль «Соотечественники» Директор эстонской «Русской театральной школы» Марк Сепп — о спектакле «смраХ» и своем коллективе

На эту необычную постановку Марк Сепп ждет всех поклонников русского писателя международный фестиваль русских театров «Соотечественники» проходит в Саранске. 30 марта зрители познакомятся с таллинским коллективом «Русская театральная школа». Гости из Эстонии представят оригинальную постановку «смраХ» по произведениям и дневникам Даниила Хармса. Как труппа выживает, не имея собственного здания, о самом ее любимом зрителе и национальном вопросе исполнительный директор театра Марк Сепп рассказал ТАТЬЯНЕ МИХАЙЛОВОЙ.

«С»: Какова главная идея спектакля, получившего несколько престижных фестивальных наград?

— Семь лет назад мои коллеги — хореограф Ирина Критт и режиссер Ирина Томингас — решили создать картину времени, в котором существовал Даниил Хармс. Попытаться осмыслить, как этому замечательному русскому писателю удалось выдержать обрушившийся на него абсурд жизни и установить связь с грядущими поколениями. В какой-то мере этот спектакль показывает и современное состояние русского культурного общества в Эстонии. Творчество Хармса настолько многогранно, что ставить спектакль только по одному произведению и с одной конкретной идеей нам показалось не совсем удачным. Поэтому в постановке звучат отрывки из писем и дневников писателя, а уж идей каждый зритель найдет столько, сколько захочет. Мы хотим показать через творчество Хармса стремление человека сохранить свою личность и не затеряться в серой массе. Речь идет о том, как найти себя в мировом хаосе и направить энергию на созидание…

«С»: Ваши зрители являются непосредственными участниками представления. Какими средствами вы этого достигаете?

— У нас есть спектакль «Евгений Онегин. Глава ~. Объяснение в любви». Вот там публика точно является прямым участником действия и при этом зрители не читают стихи! (Улыбается — «С».) Другое дело «смраХ». Для спектакля отбирались тексты Хармса, которые максимально выражают заданную идею. Велись поиски манеры чтения, чтобы высвободить энергию и информацию, вибрацию стиха и прозы, которые прятались в сочетании звуков и ритмов. Высвободившийся поток облекался в игровую форму движения. Это очень хорошо заметно, если посмотреть спектакль в разные годы. Мы играем его с 2009-го, теперь уже занят пятый состав актеров. И все тексты читаются по-разному! Приходит в спектакль новый актер, и начинается работа с режиссером. Наверное, поэтому представление живет так долго. Мы не останавливаемся и «копаем» глубже. А зрители это замечают и считывают. Что касается их вовлеченности, то это, бесспорно, заслуга Хармса. Если он вам нравится, смело приходите на спектакль. Если нет — лучше не надо. И дело тут не в абсурде.

«С»: Как вы охарактеризуете своего любимого зрителя?

— Он готов потратить свое бесценное время на то, чтобы пойти на наши спектакли. Выбрать театр среди более доступных и привлекательных развлечений как кино или бар. А уже среди пришедших САМЫЙ любимый зритель готов удивляться, открываться, чувствовать, думать и ощущать, слушать и слышать, доверять себе и нам. Особенного уважения достойны зрители, которые выключают телефон во время спектакля.

Марк Сепп Тексты Хармса на сцене облекаются в игровую форму движения. На эту необычную постановку Марк Сепп ждет всех поклонников русского писателя

Марк Сепп

«С»: Почему ваш востребованный театр семь лет не имеет своего здания?

— Ответ прост: наши финансы поют романсы. Шесть лет назад мы попробовали зарабатывать, открыв школу актерского мастерства. Но через два года осознали, что это отнимает слишком много времени. Самим театром приходилось заниматься постольку-поскольку. Пришлось выбирать. Последние пять лет мы существуем исключительно на энтузиазме десяти непрофессиональных актеров, которые объединились вокруг режиссера Ирины Томингас. Государственной поддержки не имеем, хотя не устаем об этом просить каждый год. Представляем отчеты о своей деятельности, количестве зрителей и участии в фестивалях. А министры культуры Эстонии — за это время их трое сменилось — каждый раз доброжелательно объясняют, что в стране уже есть три русских театра на государственном балансе. Больше для маленькой Эстонии — это чересчур, а меньше — гораздо лучше. Два года у нас был свой зал и гардеробная с реквизиторской, но, расплатившись с долгами, нам пришлось его оставить. Теперь арендуем помещение для репетиций и зал для премьеры. У нашего театра хорошая репутация, многим в Таллине мы нравимся, поэтому зачастую учреждения культуры идут навстречу. В апреле будем играть спектакль «Евгений Онегин. Глава ~. Объяснение в любви» в Кадриоргском дворце, который построил Петр I для своей жены Екатерины. В нем сейчас располагается отделение зарубежного искусства Эстонского художественного музея. Дворец располагается напротив резиденции президента. Не всем разрешают там выступать, для нас это большая честь.

«С»: Как в Эстонии живется другим русским учреждениям культуры?

— Хуже, чем эстонским. Возможно, потому, что наша русская коммуна разобщенная, не желает себя осознавать национальным меньшинством. Искренне завидую русским в Латвии и Литве. У них там гораздо лучше и организованнее. Хотя, может быть, дело в том, что русских гораздо больше. В Таллине живет половина русскоязычного населения Эстонии — примерно 150 тысяч человек. Для них работают Государственный русский театр и Центр русской культуры (бывший Дом офицеров флота). Это и есть очаги русской культуры в Таллине и Эстонии в целом. Нам же приходится как-то лавировать, пытаться заявить о себе на международных фестивалях. В то же время эстонские театры готовы с нами сотрудничать. У нас были общие проекты, но это скорее исключение.

«С»: В Таллине некоторое время жил писатель Сергей Довлатов. Планируете поставить спектакль по его произведениям?

— В творчестве этого писателя великолепный юмор, зачастую прекраснейший абсурд ситуаций и трагичность жизни. Все это напоминает произведения Хармса, поэтому ставить еще один похожий спектакль не имеет смысла. А постановка по одному конкретному произведению для нас сейчас не так актуальна. Но если наш худрук Ирина Томингас решит поставить что-то из Довлатова, то мы с удовольствием возьмемся за работу! Сейчас репетируем пьесу Эдварда Радзинского «Она в отсутствии любви и смерти».

«С»: В вашем репертуаре есть пьесы современных драматургов на острые социальные темы?

— Да. Два года назад мы поставили произведение Анны Яблонской «Язычники». А весной представим спектакль по пьесе эстонского драматурга Урмаса Леннука «Боб знает». Современный театр не может оставаться безучастным к действительности, в которой мы живем. У зрителей и постановщиков должна быть «пища» для размышления, осмысления настоящего и прошлого…

«С»: Эстонцы и мордва относятся к финно-угорской группе народов, и поэтому вдвойне интересно посмотреть ваше искусство!

— Мы наслышаны о прекрасном городе Саранске и с большим энтузиазмом восприняли приглашение на фестиваль «Соотечественники». Много наших танцевальных, песенных, театральных коллективов уже побывали в Мордовии и все заявляли, что ехать надо непременно! Тем более что дальше Москвы мы нигде в России не были. Необходимо расширять горизонты. Так что ждем встречи с вашим городом и зрителями, очень надеемся, что симпатия будет взаимной!


Досье «С»
Награды спектакля «смраХ»: приз таллинского фестиваля TREFF — 2011 и Гран-при фестиваля «Вильнюсская рампа —2014». Ирина Томингас удостоена премии в номинации «Лучший режиссер» на фестивале «Идиллиум—2014» (Москва).

 

340x240_mvno_stolica-s-noresize