Культура

Цирковой акробат Роман Алиев: «Юрий Никулин не страдал манией величия»

После многолетнего служения советскому и российскому цирку Роман Алиев получает пенсию всего 6 тысяч рублей, поэтому вынужден ударно трудиться. При этом он считает, что лихие 1990-е в России больше не повторятся После многолетнего служения советскому и российскому цирку Роман Алиев получает пенсию всего 6 тысяч рублей, поэтому вынужден ударно трудиться. При этом он считает, что лихие 1990-е в России больше не повторятся

В Саранске с аншлагом проходят гастроли Московского цирка Никулина на Цветном бульваре. «Мы здесь впервые, даже город не успели посмотреть, потому что постоянно работаем, — улыбается технический директор цирка Роман Алиев. — Самая большая награда для нас — хорошее настроение зрителей!» Он начинал работать на манеже акробатом 40 лет назад. А в школьном возрасте стал прототипом героя повести Александра Ампелонова «Икарийские игры», которой советские граждане зачитывались в 1980 году. В 1990-е уехал в Италию, но через 10 лет вернулся. Теперь вместе с семьей работает у Никулина-младшего. Историю своей жизни Роман Алиев рассказал ТАТЬЯНЕ НОВИКОВОЙ.

«С»: Роман Гуссейнович, как вы познакомились с Юрием Никулиным?
— Тогда он еще не был большой величиной. Просто веселый добрый клоун, который дарил всем прекрасное настроение. Перед выходом на манеж подолгу рассказывал анекдоты, над которыми мы смеялись. Руководитель моего номера в таких случаях просил: «Юрий Владимирович, хватит травить байки! Ребятам надо разминаться перед выступлением!» После службы в армии я вернулся на манеж, а Никулин тогда стал директором цирка. Но никакой звездности и мании величия у него не появилось. Для артистов Юрий Владимирович был как родной отец.
«С»: Не жалеете, что посвятили жизнь цирку?
— Ни капли. Впервые пришел туда в 10-летнем возрасте. К тому времени я уже три года занимался гимнастикой во дворце спорта «Динамо». Однажды возвращался с тренировки и в парке меня остановил сотрудник цирка на Цветном бульваре. Это был руководитель жанра «Икарийские игры». Он спросил, занимаюсь ли я спортом, какой имею разряд, и попросил номер телефона. Затем меня пригласили на просмотр. Режиссер акробатических номеров Виктор Плинер попросил показать, что я умею. Так я попал в труппу. «Икарийские игры» — это был единственный жанр, в котором разрешали работать советским детям… Честно говоря, я тогда особо в цирк не рвался. У меня был замечательный тренер по гимнастике Валерий Карасев, но потом он пошел на повышение и стал заниматься только административной работой. А с другим наставником мне было не очень комфортно. Так что ушел из спорта без особого сожаления. К тому же в цирке платили зарплату — 54 рубля. На первых порах было нелегко. Из-за постоянных гастролей почти каждый месяц приходилось менять школу. Родители очень расстраивались. Мама чуть с ума не сошла, когда узнала, что мне предстоит выступать в Америке.
«С»: Как прошли заокеанские гастроли?
— Для нас это оказалась не совсем удачная поездка. В 1977 году Союзгосцирк разрешил нам выступать в США, потому что в качестве импресарио выступил бразильский коммунист Энрико. Он тогда решил составить конкуренцию великому антрепренеру Чалфину, который организовывал представления на лучших мировых аренах. Энрико арендовал самые крупные американские залы, но в последний момент все ему отказали. Это Чалфин так постарался. Тем не менее мы за три с половиной месяца объехали 16 городов. Везде на нас смотрели как на восьмое чудо света, потому что русские в Америке тогда были большой редкостью. Но мы постепенно к этому привыкли и просто делали свою работу. Мне очень повезло с партнерами и руководителями номеров, и Бог миловал от всевозможных травм. Так что жизнь казалась прекрасной.
«С»: А потом наступили тяжелые времена?
— Когда в 1990-е в стране началась неразбериха, я уволился и уехал в Италию, где 10 лет проработал в разных цирках-шапито. Вместе со мной были и другие участники номера. Мы неплохо зарабатывали. На Родине, конечно, была более стабильная работа, но за нее платили жалкие крохи, а семью-то нужно кормить. Кстати, через некоторое время на арену вышли обе мои дочки. Старшая, Яна, начала работать с 12 лет, младшая, Арина, — с
четырех… А потом ребята, с которыми я приехал в Италию, решили вернуться домой…
«С»: И вы последовали их примеру?
— Да. Ситуация в России изменилась, можно было начинать новую жизнь. Тогда мне исполнилось 40 лет. В Италии в материальном плане все складывалось неплохо, каждые полгода зарплата увеличивалась на 10 %. Но не было никакой перспективы профессионального роста. И я стал задумываться, что буду делать, когда исполнится 50 лет. Неужели сидеть на шее у детей? В 2000 году приехал в Россию посмотреть, что и как. Увидел друзей и знакомых. Все меня помнили и уговаривали: «Что ты делаешь на чужбине? Возвращайся домой!» И мы с семьей перебрались на Родину.
«С»: Вас снова взяли в цирк на Цветном бульваре?
— Совершенно верно. Мы к тому времени были хорошо знакомы с новым директором Максимом Юрьевичем Никулиным. Встретились еще в Италии, куда он приехал покупать шапито. Я давал дельные советы, так как много работал в передвижных цирках. Он тоже предлагал вернуться в Россию и потом сразу же дал работу. Я рад, что у нас сложилась замечательная цирковая династия. Младшая дочь Арина вместе с мужем дрессирует морского котика. Яна — воздушная гимнастка, сейчас находится в декретном отпуске, недавно родила второго ребенка. Ну а я — технический директор цирка.
Еще я пенсионер, потому что всем акробатам через 15 лет работы полагается заслуженный отдых. Смешно, но пенсия составляет всего 6 тысяч рублей. На эти деньги прожить невозможно, поэтому продолжаю трудиться. В шапито занимаюсь всем, кроме бухгалтерии.
«С»: А если бы вам предложили более выгодные условия в Италии, согласились бы снова уехать?
— Нет, потому что принял окончательное решение и оно не изменится. Я, конечно, люблю Италию и с удовольствием туда езжу, но только в качестве путешественника. Я прекрасно разговариваю на итальянском, что для меня очень важно. Главное для людей — понимать друг друга, а языковые барьеры сильно этому мешают. Был в Германии несколько раз, но так и не выучил немецкого…
Думаю, то, что произошло в России в 1990-е, уже не повторится. В 2008 году был кризис, и все плакали, жалуясь на плохую жизнь. А я всегда говорил, что кризис царит не в стране, а в головах. Мы сами себе его устраиваем. А что, собственно, случилось? Ничего в принципе не изменилось. Просто подорожали кое-какие продукты. Но уж это можно пережить!

340x240_mvno_stolica-s-noresize