Суббота, 2 марта
Культура

«Никакой победы над квазиукраинскимантикультурным проектом, кроме военной, не существует»

Писатель Захар Прилепин — о специальной военной операции, украинцах и своей новой книге о Шолохове

В Москве 7 декабря состоялась презентация книги известного писателя и политического деятеля Захара Прилепина «Шолохов. Незаконный». Новая биография автора «Тихого Дона» вышла в серии «Жизнь замечательных людей». Примечательно, что в своем произведении Прилепин большое внимание уделяет украинскому вопросу, приведя яркий пример: «Казак, который пытается привлечь Григория Мелехова на свою сторону, объясняет ему, что украинцы хотят существовать отдельно от русских». Возвращаясь к событиям современности, Прилепин заявляет о том, что отношения с народом Украины Россия может выстраивать только после полной военной победы. По его мнению, именно в этом случае произойдет «освобождение братьев-славян». Писатель уверен, что придет время, когда на Украине памятники Пушкину, Островскому и другим писателям расставят по своим местам, а по всем радиостанциям будут читать произведения Шолохова. С Захаром Прилепиным в Москве встретилась Татьяна Новикова.

Захар Прилепин: «То, что украинцы не сдадутся и не пойдут на мирные переговоры, тоже понятно. Поэтому — только победа! Нам просто некуда деваться в этой истории…» Фото: Ольга Круглова I Столица С

«С»: Как возникла идея написать книгу о Шолохове?

— Это произошло в 2009 году. Мы с внуком Шолохова Александром встретились на зарубежной книжной ярмарке. Когда от него поступило предложение написать книгу о дедушке, был ошарашен. Разогретый шампанским и всем происходящим, тогда подумал: как же мне повезло в жизни! Это как если какому-нибудь актеру из Сыктывкара позвонят из Голливуда и скажут, что в одном фильме с ним хочет сыграть Роберт Де Ниро. Для меня Шолохов не просто один из любимых писателей. Это — звездное небо, абсолютное счастье и воплощенный русский дух. Но в тот момент сказал Александру без всякого кокетства, что недостоин взяться за такую работу. Видимо, просто не пришло время.

«С»: И когда же оно пришло?

— После моей донбасской истории. Как только прошел через границу, тут же оказался внутри романа «Тихий Дон». Отовсюду стали появляться персонажи этого произведения: бородатые, раненые, с горящими глазами, полубандитского вида. Эти события словно были воспроизведением Гражданской войны и отчасти и польского бунта, который происходил на Украине, и борьбы за ее независимость в XVII веке. Так что все повторяется. Речь идет о настоящей всенациональной большой трагедии.

«С»: Действительно, какой-то круговорот событий!

— На Донбассе у меня был замечательный товарищ Родион Граф-Сафонов. Наполовину казак, наполовину немец. В 2014 году он пошел воевать. С 2016 года были неразлучны, находились в одном подразделении. Потом он погиб… Шолохов был любимым писателем Родиона. Друг постоянно перечитывал «Тихий Дон», словно находился внутри этой книги. Особое отношение к творчеству Шолохова было и у погибшего главы Донецкой Народной Республики Александра Захарченко. Мы часто вдавались в какие-то филологические и политические обсуждения. Для него события «Тихого Дона» и «Донских рассказов» даже в большей степени, чем «Они сражались за Родину», являлись жизненным пространством. Во время беседы складывалось ощущение, что герои произведений находятся где-то неподалеку. И после того, как я похоронил Захарченко и погиб Граф, понял, что во мне вызрели какие-то слова и уже могу взяться за этот труд. Три года работы, к которой вела вся жизнь. Вот так дошел до этой темы через донбасские события. Много читал о Шолохове. Кстати, читаю я чуть медленнее, чем пишу. Живу в большом деревенском доме, где шесть моих кабинетов. Перехожу из одного в другой. В каждом есть лежанка и рядом — книжная полочка. Читаю историческую и религиозную литературу, социологию, поэзию.

Фото: Ольга Круглова I Столица С

«С»: Недавно на одном из телеканалов показали экранизацию «Тихого Дона» кинорежиссера Сергея Урсуляка. Совпадает ли его интерпретация с тем, как вы это ощущаете?

— Дело в том, что знаменитый роман Шолохова бесконечен. Его можно постоянно экранизировать. Хорошо отношусь к работе Урсуляка. Этот режиссер по большей части исключил всю политическую составляющую произведения. В его картине есть любовь, страсть, а еще кто-то с кем-то все время воюет. При этом непонятно — кто и за кого. Замечательно, что в картине задействовано много молодых талантов. Евгений Ткачук, который играет Григория Мелехова, очень сильный артист… Знаете, мне вдруг вспоминается фильм, который снимали еще до войны. Он, конечно, малоудачный, но зато там есть полное ощущение погружения в историю. Чувствуется атмосфера того времени: старички казаки, одежда, гуси… «Тихий Дон» можно экранизировать как религиозную и политическую книгу, как роман страстей и человеческих характеров. Это может быть также история «за белых» или «за красных». И даже за украинцев, хотя это будет уже сложнее. Тем не менее можно постараться. Как всякий гениальный текст, «Тихий Дон» имеет бесконечные возможности для интерпретации.

Фото: Ольга Круглова I Столица С

«С»: В ходе ваших последних выступлений так или иначе всплывала фамилия писателя Александра Солженицына. В том числе в контексте мнимой проблемы авторства «Тихого Дона». Расскажите, как складывались его взаимоотношения с Шолоховым.

— Когда шла работа над книгой, мы с внуком Шолохова крайне аккуратно всего этого касались. И не потому, что боялись задеть какую-то «хрупкую посуду». Дело в том, что к Солженицыну можно относиться по-разному. Кто-то считает его большим патриотом России, значимой литературной фигурой и мощным представителем русского мира. И для этого есть какие-то основания. Но с Шолоховым произошла история, когда иначе, чем «Александр Солженицын совершил осмысленную подлость», не скажешь. Но все-таки нужно находить какие-то слова, чтобы обойти столь прямолинейную формулировку. Но я бы не стал этого делать и назвал вещи своими именами. Разбирая эту ситуацию детально, конечно же, приходишь к неизбежному пониманию, что Александр Исаевич делал это осмысленно. Речь идет об одной из составляющих его литературной стратегии. Отчасти пытаясь оправдать Солженицына, думаю, что он был движим необычайными страстями по поводу наказания «советского зла». И в какой-то момент решил для себя, что любые способы хороши. Поэтому можно немного приврать. А Шолохов, Горький и Леонов тогда были главными составляющими литературного мифа Советского Союза. И поэтому, помимо «Архипелага ГУЛАГ» и удара по всему советскому проекту, Солженицын таким образом противостоял Шолохову как главному литературному оппоненту — как человеку, который, безусловно, возглавлял советскую литературу и был одним из столпов русской литературы. Солженицыну надо было его сместить и занять заветное место, чтобы именно с этой платформы возвестить миру о том, что Советский Союз — небывалое зло. По этой причине совершенно осмысленно Александр Исаевич реанимировал к тому времени совершенно устаревший и даже позабытый уже миф о шолоховском плагиате.

«С»: На Украине уничтожают памятники русской культуры, а народ забывает о нашем общем прошлом и настоящем. Как спасти украинцев, которые находятся под мощнейшим информационным и идеологическим прессингом?

— Ответ очевиден. Никакой победы над квазиукраинскимантикультурным проектом, кроме военной, не существует. Надо смириться с этим фактом. И не нужно рассуждать ни о каких мирных переговорах, линии разграничения, левобережье и правобережье. Где пройдет эта самая линия разграничения с нынешней Украиной, там будут заканчиваться русский проект и здравый смысл. А по другую сторону легализуют любое зло по отношению к России и ее народу. Именно так происходит сейчас. Можно убить человека за то, что у него в одной руке — томик Пушкина, а в другой — Шолохова. Просто две книжки. И если кто-нибудь застрелит его где-нибудь в Балаклее, то вообще ничего не произойдет. Весь мир скажет: «Ну, да. Значит, так надо. Наверное, он террорист». То, что я сейчас говорю, не преувеличение. Поэтому только военная победа и освобождение огромного числа несчастного украинского народа является верным решением… У нас сейчас часто повторяют, что на Украине все предатели, которые сошли с ума, выбрав Зеленского. Но так говорить не нужно. Это будет не очень корректно с нашей стороны. Я был одним из первых, кто заходил в Запорожскую и Херсонскую области и на освобожденные территории Луганской области. Мы много работали в Харькове. И везде огромное количество наших людей. И если бы в те месяцы дошли до Днепропетровска и Криворожской области, там было бы ровно то же самое: 50, 60 и 70 процентов прорусского населения, а это миллионы. И все они никуда не делись с тех времен. Продолжают там жить. Да, эти люди не пишут в блогах: «Долой Зеленского!» Ну так, извините, за это могут просто застрелить. Пусть некоторые придерживаются позиции «моя хата с краю» и помалкивают. Это тоже не беда. Людям хочется жить. Когда заехали в Херсон, поначалу ощущение было мрачноватое. Потом через месяц ситуация изменилась к лучшему. А через три стало еще лучше, а через пять — уже нормально… Это очень быстро происходит. И через год мы бы всю Украину перезагрузили заново.

«С»: Как вы это себе представляете?

— Все памятники Пушкину, Островскому и другим писателям расставили бы по местам. Ввели бы русский язык, включали бы с утра до вечера программы Владимира Соловьева и Александра Проханова. Пусть их смотрят вместо «Спокойной ночи, малыши». И, конечно, нужно читать Шолохова по всем радиостанциям. Тогда все будет нормально. Украинцы — это часть нашего народа, нас с вами. И это очень важная тема. Почему рекомендую прочитать заново Шолохова. Потому что на самом деле малоросский украинский вопрос проходит через все его произведения. В советское время его как-то пытались обходить стороной и не акцентировали. Старались не замыкаться на этой теме, потому что она несколько оскорбляла наш братский украинский народ. Но на самом деле она есть. И мы видим это в «Тихом Доне».

Фото: Ольга Круглова I Столица С

«С»: Как именно эта тема проявляется в романе?

— Речь идет о серьезно прописанной теме южного сепаратизма — российско-­украинского и в том числе казачьего. Украинского особенно, потому что есть казак, который хочет привлечь Григория Мелехова на свою сторону, объясняет, что украинцы отделились и хотят находиться подальше от москалей. Но ни в одной экранизации знаменитого произведения Шолохова этот вопрос не прозвучал, хотя он серьезно описан. И мы видим, что тема отношений казаков и украинцев, Малороссии и Великороссии во всех текстах писателя так или иначе присутствует. Там есть огромное количество персонажей. В своей книге «Шолохов. Незаконный» подробно разбираю этот вопрос… Недавно появилась тема, что украинцы до 1917 года не знали, кто они по национальности, а понимание пришло, только когда им это объявили. Конечно, украинцы — серьезный субэтнос со своими особенностями. В начале романа «Тихий Дон» они дерутся с казаками. А на дворе еще 1913-й, а не 1917-й… Представителей этого народа переселили на Дон очень давно — в XVII–XVIII веках. И за все это время они не забыли своей «ридноймовы» и песен. Эти люди еще тогда отстаивали свою «самость» и независимость. А во время Гражданской войны их «носило». Долго не могли сделать выбор. То они за белых, то за красных. А что касается «москалей», то они всегда были для «политических» украинцев плохими, потому что убивали их «свободную страну», все отнимали и всех обижали… Уверен, чтобы выиграть, нам нужно понимать всю сложность вопроса. А для этого следует читать книги. Например, у Шолохова можно найти все ответы.

…Можно убить человека за то, что у него в одной руке — томик Пушкина, а в другой — Шолохова. Просто две книжки. И если кто-нибудь застрелит его где-нибудь в Балаклее, то вообще ничего не произойдет. Весь мир скажет: «Ну, да. Значит, так надо. Наверное, он террорист». То, что я сейчас говорю, не преувеличение…

«С»: Как вы представляете дальнейшие отношения Украины и России?

— Их не будет до тех пор, пока мы с Александром Михайловичем Шолоховым не выпьем пива на Крещатике. Нужно победить политическую машину этого государства и только после этого выстраивать сложные отношения с населением. Имею в виду то, что Украина тоже разная и мы очень мало с этим сегментом работаем. Кто-то скажет, что юго-восток — русский, а все остальное — украинское. Это неверно. Внутри Украины есть огромное количество этнических и религиозных сегментов, с которыми надо заново выстраивать взаимодействие. В том числе чтобы победить злобный сконцентрированный, консолидированный квазиукраинский реваншистский национализм. Там есть русины, гуцулы, подоляне, греки, еврейская община, казачество, поляки, румыны и венгры. Нужно делить Украину на субъекты и заново выстраивать сложную мозаичную историю. А еще — стянуть с ее народа неонацистский реваншистский пододеяльник. Но это будет только после победы.

«С»: Какую можете дать оценку ходу специальной военной операции на Украине?

— Мы прекрасно знаем, что все идет сложно. Вероятно, у нашего командования есть какой-то план и мы увидим его реализацию. Президент России Владимир Путин на днях сказал, что, возможно, история затянется надолго. Так что, быть может, он просто реально решил брать измором. Насколько могу понять, Путин просчитал экономические и политические возможности Украины, консолидированного Запада и российские, после чего решил, что с нами ничего не случится и мы будем морить их еще год. Возможно, все было так. Не знаю. В России мобилизовано 300 тысяч граждан, но на линию фронта заехало около 50 тысяч. На самом деле можно мобилизовать миллион солдат. То есть даже эта цель не ставится, потому что понятно, что там происходит. На самом деле, чтобы победить Украину военным путем, надо каждый город превратить в Артемовск и Мариуполь… Но я не хочу Полтаву, Харьков и великий прекрасный Киев наблюдать в руинах. Украина нам дорога. Значит, будут какие-то иные формы конфликта. Но то, что украинцы не сдадутся и не пойдут на мирные переговоры, тоже понятно. Поэтому — только победа! Нам просто некуда деваться в этой истории.

Фото: Ольга Круглова I Столица С

«С»: Как относитесь к тому, что некоторые представители творческой интеллигенции критикует вашу точку зрения по поводу ситуации на Донбассе?

— У каждого свое мнение. Но совсем другое дело, когда речь идет об открытой неприязни к тем, кто меня поддерживает. Знаю огромное количество молодых литераторов, артистов и режиссеров, которые прямо говорят им — если будете выступать за специальную военную операцию и встанете рядом с Прилепиным хотя бы просто для того, чтобы сфотографироваться вместе, и будете соглашаться с его высказываниями, то потеряете возможность развития своей карьеры в российской культуре. Видите, в какой ситуации мы находимся! Недавно в рамках центральной книжной ярмарки в России было запрещено пять мероприятий, связанных с Донбассом. Мою презентацию не запретили, потому что это было бы совсем смешно. А про тех, кому отрезали все пути, даже не скрывая, сказали, что это антикультурно. В числе запрещенных Ирина Прохорова и Армен Гаспарян. Обидно за них. Разве эти авторы какие-то отбросы? И только когда мы подняли скандал, разрешение было получено. Представляете, что происходит? На книжную московскую ярмарку не допускают в разгар вооруженного конфликта литературу, связанную с военной операцией! За себя никогда не боялся. Пережил 1990-е годы и в 2000-е стал известен. Могу спокойно сосуществовать со всей этой компанией — с Быковым (признан в РФ иностранным агентом — «С»), Акуниным, Глуховским(признан в РФ иностранным агентом — «С»). Обидно за молодых авторов, которые боятся. Некоторые из них прямо мне говорят: «Захар, все хорошо, но у нас впереди — карьера». Их просто не будут публиковать в толстых журналах, потому что там сидят противники спецоперации. Разве это для кого-то секрет?

Захар Прилепин ответил на вопросы Татьяны Новиковой. Фото: Ольга Круглова I Столица С

Личное дело

Захар Прилепин (настоящее имя — Евгений) родился в 1975 году в селе Ильинка Скопинского района Рязанской области. В 1994-м был призван в ряды Российской армии. Учился в Нижегородском юридическом институте МВД РФ, служил в ОМОНе. Параллельно получал образование на филологическом факультете Нижегородского государственного университета имени Лобачевского. Первые публикации Прилепина-писателя появились в газетах в 2003 году. С марта 2007-го занимал пост главного редактора нижегородской «Новой газеты». С июля 2009 года — ведущий программы «Старикам здесь не место» на телеканале PostTV. В 2012-м вместе с Сергеем Шаргуновым возглавил редакцию сайта «Свободная пресса». В сентябре 2014 года посещал зону вооруженного конфликта на востоке Украины в качестве военкора со стороны самопровозглашенных Донецкой и Луганской народных республик. В 2015-м стал советником главы ДНР Александра Захарченко. В этом году получил должность сопредседателя партии «Справедливая Россия — Патриоты — За правду». Основатель движения и гвардии Захара Прилепина. Член центрального штаба Общероссийского народного фронта. Автор романов «Патологии», «Санькя», «Грех», «Черная обезьяна», «Обитель», «Некоторые попадут в ад». Женат. Четверо детей.

Материалы по теме
Закрыть