Благочестивая Маргарита

…В моей жизни все время идут какие-то импровизации. Я из породы тех людей, которые если запланируют что-то на год, два, три вперед, то ничего из планов не сбудется, а случится все совершенно другое. Мне кажется, моя «гениальная линия» была начертана, когда я еще была в утробе мамы. Меня растили и воспитывали за кулисами театра, родители актеры, потом папа стал еще и режиссером. В 4 года я уже пела и танцевала и вместе с родителями гастролировала. Поставят меня на сцене и говорят: «Рита, пой! Рита, танцуй!» И я все это делала с большим удовольствием.

«Столица С» представляет подборку знаковых материалов из нашей подшивки. Сегодня мы публикуем интервью с актрисой театра и кино Маргаритой Тереховой. Материал был опубликован в газете 31 января 1997 года.

Фото: «Зеркало»

Вера

К вере в Бога я пришла при работе над спектаклем по «Преступлению и наказанию» «Петербургские сновидения». Не знаю, какие силы были нужны постановщику спектакля Завадскому, чтобы ему разрешили в 70-ч годах на сцене Евангелие и горящий крест. Кто читал этот роман Достоевского, тот помнит, какие там пророческие сны, которые практически все сбываются. И Сонечка Мармеладова, вечная Сонечка… Потом ко мне прибежал за кулисы рабочий, парень, отец у него был священник, и все спрашивал меня: «Вы верующая?» Я так была счастлива, что он подумал, что я верующая. А детство у меня было атеистическое. И никаких пионерских лагерей, никакой идеологии — она прошла мимо меня. Тогда занималась спортом — была капитаном юношеской сборной по баскетболу. В Узбекистан я с мамой попала потому, что ей сказали: «Девочке нужен жаркий климат». Там мы и застряли с моей бедной мамой…

Школу закончила в 16 лет. Стала поступать на физмат. Почему именно туда — никто не знал. Просто я боялась ехать в Москву. А на следующий год уже не боялась. Пришла на физмат, поступила — думали, что у меня какие-то гениальные способности (смеется). И надо же мне было приехать в тот год, когда Завадский набирал студию. Значит — это действительно была судьба. Думаю, кто раз скажет, что он баловень судьбы, то Господь его тут же накажет.

Интуиция

Это, по-моему, основное чувство, на котором стоят вера, любовь. Чем вы докажете, что вы любите своих детей? Ничем. Это доказать невозможно. Вы кого-то там любите, кто-то вас любит — этого ничего доказать нельзя. Все зиждется на вере, на чувстве любви, причем ты сам можешь глубоко ошибаться именно в этом вопросе.

Реклама

День сегодняшний

Я думаю, мы сейчас выходим из какого-то глубочайшего кризиса. Россию мучает ее судьба, и, видимо, это тоже наше предназначение. В 1991 году, когда мы стояли под Белым домом (нас было не так много) в первую ночь на 19 августа — мы были такие счастливые! У всех были просветленные лица — а люди собрались там разные, удивительно разные. Позже выяснилось, что Олейников Владимир (которые позже уехал работать в Голливуд) снял все те события на свою любительскую камеру. Там, в Америке, его фильм о той ночи произвел фурор. Оказалось, что никто не знал, как все было на самом деле. Никто ничего не понимал, как обычно ничего не понимают про Россию… Да, сейчас мы выходим из какого-то глубочайшего кризиса. Не дай Бог если я ошибаюсь. Сегодня я не понимаю, о чем все в один голос говорят: «Чтобы что-то в России изменилось в лучшую сторону, необходимо несколько поколений». Каких поколений? Они уже сейчас растут, эти поколения. В нашей экологии, с нашей пищей, со своими гастритами и болячками. С полным неверием во взрослых. Я говорю и о том, что от новой Чечни мы не гарантированы… Думаю, все происходит одновременно для всех поколений. Сейчас и апокалипсис, и наша жизнь. Возможно, через параллельные миры нас просто испытывают — на что мы способны, кто мы такие… И, как говорил Андрей Тарковский, «человек приходит для того, чтобы духовно возвыситься»… — своей жизнь и смертью он все это подтвердил.

«С»: Рождение Ани — это романтическая история? С ее отцом Вы познакомились в Болгарии на съемках «Бегущего по волнам»…

— Мы были тогда до неприличия юны и думали только о любви… А потом я родила девочку. Но совершенно не увязывала рождение Анечки с браком с Хашимовым, это для меня было просто естественным развитием событий. Он, кстати, был женат. Я оскорбилась, когда он прислал письмо, из которого я поняла, что он решил на мне жениться, даже не спросив меня. А потом еще больше влюбилась. И вот бедных Хашимов ввалился в общежитие театра, после чего дисциплинированно кипятил пеленки. И одевшись красиво, гулял с Аней в саду Эрмитаж. Но уже через два месяца не выдержал, сбежал, просто сбежал. Наверное, он обманулся. Не мог представить, в каких условиях живет восходящая кинозвезда. А мой первый фильм к тому времени побывал в Каннах. И на три года обрушилось полное нищенство. На нас обрушилось все, что только может обрушится…

«С»: В ком Вас больше — в сыне или дочери?

— Не знаю. Все проявляется в течение жизни. Плохо для ребенка, если он находится под влиянием отца, или матери, или просто людей, ему близких. А мои — из моей индивидуальности растят свою индивидуальность. Для меня они совершенно другие люди. Тоже для чего-то пришедшие на эту землю. Мне очень нравится выражение: «У детей к родителям отношение мистическое». У одним и тех же родителей бывают совершенно разные дети. Твое дело — не загубить ребенка.

«С»: Что нужно сейчас Маргарите, чтобы быть счастливой?

— Работа всегда хорошо ставила меня на ноги. Но всегда было очень трудно. И мне казалось — я многое не успеваю. И с работой в последнее время было много неприятностей, можно сказать — сплошное несоответствие. Кто успел — тот и съел, только так сейчас все и происходит. А я никогда не успевала «первой съесть пирог». Считаю себя какой-то черепахой. Поэтому я и застряла в «Моссовете»… Так много всего упущено! Но я всегда параллелила работу в театре и кино. А сейчас почти нет. В кино я практически отказалась сниматься, хотя деньги нужны. Считаю: нельзя снимать английскую сказку по каким-то своим домыслам. И это для меня важнее. Вот если бы Никита Михалков отказался снимать своего «Сибирского цирюльника», то… Если правда, то ему дали на съемки этого фильма 25 миллионов долларов. И с такой гордостью произносится эта сумма! Это так стыдно, по-моему.

Об актерском суеверии

Испокон веков в деревнях избы ставили на югу, востоку. Люди пытались охранить себя от разных, иногда и недобрых, сил. Естественно, в некоторых ситуациях ты чувствуешь что-то такое неприятное. Стараешься этого избежать. Все знают — лучше не спотыкаться, лучше не ронять роль на пол. Но с другой стороны, все это можно преодолеть, есть веди сильнее разных сил. Но лучше — не надо.

Русские — во всем мире

Экспансия русских давно произошла во всем мире. Русская речь слышится везде. Я не думаю, что это так важно — сейчас уезжать из России. Если уж не сложилось и я не уехала, то путь так и будет. И главное — это не должно ударить по моим детям. Мученичество ты можешь позволить себе, но о детях надо думать всегда.

Театр, кино

Театр — это самое древнее образование. Он возник, думаю, оттого, что людям стало скучно просто рыть землю, просто строить. А кино — это абсолютно новое дело. Тарковский говорил: «Когда кино лишится своей тяжеловесности и найдется более легкий способ фиксации времени на пленку — тогда кино и покажет, что такое искусство».

На нашей ниве вечной бой. И самое главное — победителей не судят. Для меня кино значит нисколько не меньше, чем театр. «Только для сумасшедших» — я горжусь этим фильмом. Но он был таким боем! Теперь мне звонят и говорят: «Ты получила премию знаешь где? В Брюсселе. Но денег нет, деньги на рекламу ушли». На какую рекламу?! Бред какой-то.

Спиритический сеанс

Однажды на одном спиритическом сеансе блюдечко что-то спросили. Оно ответило: «Не могу сказать правду». — «А кто тебе мешает?» — спросили его в ответ. — «Маргарита». Я так обиделась! (Смеется.) Еще один раз я согласилась присутствовать на спиритическом сеансе. И при этом повторяла, что с нами говорит не тот дух, который мы вызывали. Тогда мы спросили дух: «А можем мы для тебя что-то сделать?» — «Можете!» А потом он назвал свое древнее, мудреное — сейчас не вспомню — имя. И после сеанса — а на нем были не все верующие — все побежали ставить свечки за его упокой. Душа духа оказалась монашеской, неприкаянной в нашем мире, и, оказывается, все бродила от нас неподалеку.

Стела

Перед окнами моей квартиры торчит стела Церетели (в форме фаллоса. — Авт.). Якобы в переводе на общечеловеческий язык она означает дружбу. Раньше ЭТО еще лежало на Таллиннской площади. По утрам я прикрываю окно занавесочками, чтобы ее не видеть. Недавно под стелой был митинг. Я в это время отсутствовала, а то бы присоединилась к людям и тоже выразила свой протест. Сегодня мы не можем объединиться, часто по незнанию. Обязательно бы пришла на митинг. Кажется, перед стелой столько окон, столько народу, но мало кто вышел. Я думаю, мы сейчас все так живем.

Провинция

Провинция — это то, откуда приходят свежие силы и замечательные начинания. Так было везде и всегда. Возрождение России начнется именно из провинции. Это должно быть именно так. Я никогда не считала, что в столице хорошо. И только в силу того, что моя профессия требует столицы, мне приходится здесь жить. Мне безумно жалко своего ребенка, но я ничего не могу построить вдалеке на свои нищенские заработки, которые предлагает мне власть. Повторюсь: я никогда не успевала съесть пирог быстрее других.

Отдых

Отдых мой всегда связан с детьми, с семьей. Иногда куда-то уезжаем, иногда — нет. Так, чтобы спокойно ходить по песочным дорожкам, усыпанным иголками, да еще босиком, — это получается редко, но это замечательно. Обычно едешь куда-то из-за детей. Из-за самой себя я вообще не помню, чтобы куда-то ездила.

Девочкам, девчонкам, женщинам…

Никогда не забуду: учительница начальных классов сорвала с себя лифчик и закричала: «Наконец я буду жить так, как я хочу!» (проходил как-то телевизионный конкурс). Вашим читательницам на сегодняшний день я бы посоветовала быть очень осторожными, особенно не разбрасываться, искать вокруг себя друзей, и судьба поведет их. И, конечно, обязательно молиться, и креститься обязательно. Поверить в Бога. Или найти того человека, который объяснит, что такое вера. Иначе та же девочка, та же женщина останется без защиты совершенно. А с верой может произойти какой-то облегчение или поиск выхода из любой ситуации. Авиценна считал — детям нельзя давать алкоголь, это как в огонь добавлять огонь. А женщины — они и так как огонь. И поэтому все, что кажется им привлекательным, может, в конце концов, оказаться для них нежелательным на сегодняшний день. Когда-то Серафим Саровский сделал правильце для мирян: три раза «Отче наш» утром проснулся и прочитал, прежде всяких дел — три раза «Богородица, Дева, радуйся». Эти две молитвы нам даны свыше. И «Верую» — один раз. В ней заложены все основные каноны веры. Перед едой можно перекреститься. Что-то испечешь, приготовишь, сделаешь — и перекрестишь. Увидите, получится вкуснее. Кончено, ужасно трудно себя заставить. Но надо знать, что кто-то обязательно может тебе помочь. Ты как бы протягиваешь руки тем, кто тянется к тебе сверху, от светлых сил.

Мама

Я очень долго думаю о маме. В 1996 году я ее потеряла, 21 января как раз год. Сейчас рядом со мной одно только чувство — чувство вины. Только теперь постигаю, как мы бываем несправедливы к подросткам: все взрослые всегда самые умные. А к ним надо обязательно подлаживаться, только не разрывать с ними отношения. Не давить на них, не хамить. У подростков нет никого ближе нас. Когда вспоминаю о маме, то думаю, как много между нами было несправедливого, как она на меня кричала, как что-то еще… — это ужасно нам обеим мешало в течение всей жизни. Я вечно металась. И в искусстве получила второй отчий дом — в студии Завадского и в этом театре. Можно сказать, что в искусстве я получила своих отца и мать.

А мама, она несла на себе самый тяжкий период моей жизни. И все из-за ребенка, который невольно переломал ее судьбу. Так, она вынуждена была уехать в Ташкент и работать там в библиотеке — вместо того, чтобы заниматься своим любимым актерским ремеслом. Она же помогла не вырастить дочь. Наша затянувшаяся конфликтность была причиной того, что ей тяжело было жить. Сегодня за — мои белы. Сумею ли их замолить?

Отношения с родителями надо обязательно налаживать при жизни, иначе потом себя просто затерзаешь. 21 января пойду в церковь вместе а Аней (беседа проходила 16 января. — Авт.), со своей дочерью. Заказала молебен к этому дню. Главное — отмаливать и отмаливать. Конечно, не Анечка, а я была той основной величиной, из-за которой так тяжело сложилась судьба моей мамы…

Андрей Тарковский в ее жизни

-…Кто угодно мог прийти из комиссии и сказать, правильно или неправильно Андрей делает фильм. Иногда, что-то изменив, он говорил: «Теперь уже и ежу понятно, что я сделал». С Арсением Тарковским мы озвучивали сцену, когда я взлетела в фильме «Зеркало»: «Вот я и взлетела. Я же так тебя люблю», — сказала я, и мы начали как дураки смеяться. Хотя в этой сцене вообще ничьих слов не должно было быть. Но Андрею перед этим сказали: «Не озвучишь эту сцену — вырежем». Он обиделся и ушел, буквально хлопнув дверью. В своих фильмах он делал только то, что считал нужным… Съемки «Зеркала» шли все в импровизационном стиле. Я нередко приставала к Андрею с какими-то своими замечаниями. И он сделал два или три финала одной сцены. Андрей прислушивался ко всем. Один из лучших кадров в этом фильме — когда я сижу и чищу картошку, и вдруг в поле зрения оператора появляется собака — она была нашей любимицей на площадке. Она просто зашла в кадр, и все. Так и осталось в фильме. Андрей как бы впускал нас в импровизацию. Я горжусь, что попала именно в этот фильм.

«С»: На съемках этого фильма Тарковский спросил Вас: «Рита, ты меня любишь?» Что-то можно было изменить тогда в его судьбе, в Вашей судьбе?

— Так внезапно спросил… Я ответила: «Я Вас обожаю!» Я думала потом — задал ли он вопрос серьезно… Мы тогда на площадке все шутили. На съемках без этого нельзя — иначе вообще ничего не получится. Я, наверное, в том случае недостаточно его поняла. Мы любили его все без исключения. Он и не предполагал, что кто-то может его не любить. Андрея и погубила глобальная нелюбовь людей, которые думали, что они его любят… Они просто воспользовались им — я имею в виду гибель Тарковского. Что можно было изменить? Я не знаю. Помощь всегда идет к людям свыше. Помните Евангелие — про овцу, про блудного сына? Это очевидно — каждому человеку хотят помочь. И даже когда ты делаешь не тот выбор, тебе все равно помогают. Андрей говорил: «Жизнь — это кино. Кино — моя жизнь».

«С»: Однажды во время одного из спиритических сеансов Тарковский вызвал дух Пастернака и спросил, сколько фильмов ему — Андрею — всего удастся снять. Дух Пастернака ответил: «Семь». — «А почему только семь?» — «Зато какие это будут фильмы!»

— Мне кажется, тот, кто был в этом заинтересован, и втолкнул Тарковского в мистику. Он бы с ней легко справился и она не стала бы глобальной темой его жизни, если бы его в нее не впихнули. Тарковский был всем интересен. Все хотели быть к нему поближе. И действительно, он — невероятная величина. Ни с кем из людей зрелых он не был откровенен, но мог рассказать ребенку все свои замыслы на оставшуюся жизнь — тому есть свидетельства. Когда он рассказал мне об этом сеансе (при разговоре присутствовал еще один человек), мы оба взвыли: «Андрей, как можно вериться в спиритические сеансы?» И тогда я задала ему вопрос по-другому, чисто по-женски: «Был там хоть один человек, заинтересованный хоть в каком-то твоем ответе?» Он усмехнулся и оценил: «Ну может быть, и был».

Закрыть
Закрыть рекламу