Суббота, 24 февраля
Общество

Российская экономика вернется к докризисному уровню в текущем квартале

По словам председателя Банка России Эльвиры Набиуллиной, инфляционное давление заметно усилилось. Это требует продолжения активных действий для обеспечения ценовой стабильности. То есть появилась необходимость повысить ключевую ставку на 50 базисных пунктов до 5,50% годовых.

Фото: Соцсети

Руководитель ЦБ пояснила на онлайн-пресс-конференции, что такое решение было принято на основании следующих факторов. Первым Набиуллина назвала то, что российская экономика вернется к докризисному уровню уже в этом квартале. Поскольку в первом полугодии она растет быстрее, чем закладывали в апрельский прогноз. Уже сейчас, если не учитывать ограничения на добычу нефти и международные пассажирские перевозки, производство в большинстве базовых отраслей не просто вернулся к уровню конца 2019 года, но и превысил его. Россия входит в группу стран, которые первыми достигнут допандемического уровня выпуска продукции.

«Текущая ситуация во многих отраслях экономики — это опережающий рост спроса по сравнению с возможностями расширения предложения, — сказала Набиуллина. – Компаниям требуется время, чтобы ввести в строй новые мощности, нанять и обучить персонал».

При этом спрос растет как внутри страны, так и за рубежом. В основе усиления внешнего спроса лежит более быстрое восстановление мировой экономики и торговли, чем ожидалось ранее. Основные причины — это снижение эпидемических рисков на фоне вакцинации и крайне мягкая денежно-кредитная и бюджетная политика в ведущих странах. На совокупный спрос влияют и повышенные темпы роста запасов сырья и комплектующих.

Во-первых, компании восполняют снижение запасов во время пандемии, в период разрыва логистических цепочек. Во-вторых, в свете опыта прошлого года организации стремятся к более высокому уровню запасов, чтобы защититься от возможных перебоев поставок в будущем, а также от дальнейшего повышения цен. Меняется и структура спроса, что связано с изменениями в образе жизни людей вследствие пандемии.

«Пока неясно, насколько этот процесс устойчив и как долго продлится, — констатирует председатель Банка России. – Но видно, что это порождает узкие места на стороне предложения. Например, в условиях удаленной работы и учебы резко возросли потребности в средствах телекоммуникации, что значительно увеличило спрос на микросхемы. Или онлайн-заказы требуют гораздо большего количества упаковочных материалов».

Увеличение спроса на недвижимость отчасти связано со стремлением обеспечить комфорт при работе из дома. Стараясь поддержать экономику, многие страны расширяют инфраструктурные проекты, и это тоже влияет на повышение спроса на стройматериалы, металлы.

«Предприятиям пока сложно оценить, какая часть повышенного спроса временная, а какая — устойчивая, — поясняет экономист. – Им нужно время для принятия решений об инвестировании в новые производственные мощности. Более того, они могут откладываться из-за масштабных изменений, касающихся регулирования выбросов парниковых газов и корпоративного налогообложения».

По словам Набиуллиной, эти трансформации могут существенно изменить экономику целого ряда отраслей и отдачу на инвестиции в них. Такая неопределенность способна затормозить расширение мощностей в мире. В этих условиях совокупное предложение будет менее эластичным, чем это было в прошлые годы.

«Все эти факторы, включая стимулирующую денежно-кредитную и бюджетную политику в крупных экономиках, усиливают риск того, что ускорение инфляции не только у нас, но и в большинстве других стран имеет более устойчивую природу, чем представлялось на первый взгляд», — говорит председатель Центробанка.

В российской экономике спрос особенно заметен в сегменте непродовольственных товаров. Люди продолжают активно покупать бытовую технику, стройматериалы, мебель. Яркое свидетельство — динамика реализации автомобилей. В последние месяцы объемы продаж превышают уровень 2018 года, который был лучшим с 2014 года. Существенно увеличились продажи квартир. Для финансирования этих крупных покупок люди используют сбережения, включая средства, сэкономленные из-за ограничений на внешний туризм, активно берут кредиты. В сфере услуг восстановление пока не завершилось, но преимущественно из-за сохранившихся противопандемических ограничений.

Спрос на рабочую силу восстанавливается. В некоторых отраслях даже отмечается ее дефицит. Это связано как с закрытыми границами для трудовых мигрантов, так и с расширением потребностей отдельных отраслей в найме свыше допандемического уровня. Годовой темп роста номинальной зарплаты сохраняется в диапазоне последних лет.

«Мягкая денежно-кредитная политика была необходима, чтобы обеспечить более быстрое возвращение спроса к его допандемическому уровню, восстановить объем производства, — рассказывает Эльвира Набиуллина. – Когда восстановление уже завершено, предложение не успевает за дальнейшим стремительным расширением спроса. И сохранение стимулирующей денежно-кредитной политики не столько будет способствовать расширению выпуска продукции, сколько все в большей мере подпитывать рост цен».

С этим напрямую связан второй фактор поднятия ключевой ставки. Поскольку инфляция вызывает все большее беспокойство. В мае годовые темпы прироста цен достигли 6%, что значительно выше целевого уровня. Текущее инфляционное давление повысилось. Так, средний за последние три месяца (с марта по май) месячный рост цен с поправкой на сезонность достиг максимума с января 2016 года. Похожие тенденции видны и по другим показателям ценовой динамики. Списывать это исключительно на влияние временных факторов со стороны предложения, в частности динамику мировых цен, представляется ошибочным.

«Напомню, что эта интерпретация была основной, когда цены ускорились в четвертом квартале прошлого года», — продолжает Набиуллина. — Действительно, в тот момент сохранялись сомнения в устойчивости восстановления спроса в условиях пандемии. Но уже тогда мы высказывали опасения, что вызванный этими внешними шоками рост инфляционных ожиданий может превратить разовые проинфляционные факторы в устойчивые. Сейчас же мы видим, что в последние месяцы проинфляционное влияние спроса стало преобладающим».

Принципиальное отличие так называемой инфляции издержек от инфляции спроса состоит в том, как это влияет на физические объемы потребления. В случае издержек цены растут, но потребители в ответ на это вынуждены сокращать покупки. Предприятия способны только отчасти переложить свои затраты в цены, так как спрос ограничен. Если же растут и цены, и объемы продаж, то расширение спроса с лихвой перекрывает вклад факторов предложения. Именно это сейчас и происходит. Значит, мы имеем дело с инфляцией спроса. Стоит отметить, что в ожидании роста цен потребители готовы покупать раньше, чем планировали. Таким образом, даже временные всплески цен могут приобрести более устойчивый характер.

«Чем опасно ускорение инфляции? Компаниям сложнее следовать бизнес-планам, прогнозировать финансовые потоки, страховаться от волатильности, — говорит Набиуллина. – Но сильнее всего она бьет по наименее защищенным гражданам. Семьи с низкими доходами тратят все большую часть средств на товары первой необходимости. Высокая инфляция усиливает неравенство, снижает социальную защищенность, ухудшает положение большинства семей. Поэтому наша главная задача — как можно быстрее нормализовать темпы прироста цен, сбив инфляционные ожидания и не позволяя раскручиваться инфляционной спирали. По нашим оценкам, по итогам этого года инфляция будет выше, чем мы прогнозировали в апреле, но ниже, чем ее текущий уровень».

Третий фактор – денежно-кредитные условия пока остаются мягкими. Ставки по кредитам и депозитам являются низкими в сравнении с текущей и ожидаемой инфляцией. Кредитные и депозитные ставки банков тесно связаны с доходностью государственных облигаций, облигациями федерального займа (ОФЗ). Для банков ОФЗ — это безрисковый рублевый актив, и ценообразование всех остальных рублевых банковских продуктов привязано к ним. При этом доходности ОФЗ на различные сроки меняются вместе с ключевой ставкой, но в разной степени.

В наибольшей мере ключевая ставка воздействует на доходности краткосрочных ОФЗ до двух-трех лет. Они значительно возросли за последние два месяца, и будут влиять на стоимость краткосрочных кредитов. А также на депозитные ставки, которые уже начали повышаться.

Что касается темпов роста кредитования, они остаются высокими в корпоративном и особенно в розничном сегменте. Так, ипотека растет более чем на 25% из года в год. Розничные кредиты дополнительно разогревают потребительский спрос. Определенное беспокойство вызывает также тот факт, что рост кредитования происходит за счет заемщиков с высокой долговой нагрузкой.

«В этой связи мы с 1 июля возвращаем макропруденциальные надбавки по необеспеченным кредитам на допандемический уровень, — говорит Набиуллина. – А с августа — и по ипотечным кредитам с низким первоначальным взносом и высоким показателем долговой нагрузки заемщика. Банк России будет готов и дальше увеличивать макропруденциальные надбавки для предотвращения накопления системных рисков и обеспечения финансовой стабильности».

Баланс рисков еще больше сместился в сторону проинфляционных. Основным из них остается закрепление инфляционных ожиданий на повышенных уровнях как реакция на повышенную инфляцию и низкие ставки. Это подталкивает людей больше тратить сегодня и меньше сберегать на завтра, опасаясь роста цен в будущем. Из-за этого цены растут еще быстрее.

Дезинфляционные риски выражены слабее. Они связаны, во-первых, с более быстрым открытием границ. В этом случае часть внутреннего спроса перейдет в импорт услуг туризма, ослабив давление на цены со стороны внутреннего спроса. Во-вторых, если ситуация с пандемией будет ухудшаться, что зависит от темпов вакцинации и распространения новых штаммов, то это приведет к более медленному росту мировой экономики. В-третьих, замедлению инфляции может способствовать более высокий урожай.

«Что касается перспектив денежно-кредитной политики, мы готовы к дальнейшим активным действиям, необходимым для возвращения инфляции к цели, — сообщила в конце онлайн-пресс-конференции спикер. – Как я уже сказала, Совет директоров видит необходимость повышения ставки на ближайших заседаниях. Мы будем выбирать масштаб и темп, исходя из нашей оценки уровня устойчивого инфляционного давления, сроков нормализации инфляционных ожиданий, а также прогноза дальнейшей динамики совокупного спроса и предложения. Наша денежно-кредитная политика обеспечит возвращение годовой инфляции к цели вблизи 4% во второй половине 2022 года».

Материалы по теме
Закрыть