Воскресенье, 25 октября

«Тогда бензин не знали, куда деть! 7 копеек стоил. Талоны выбрасывали!»

Водительский путь Равили Кильдеевой: от перевозчицы хлеба в Москве — до таксистки в Кадошкинском районе

Когда расстаешься с давним другом, будто теряешь часть себя. Это почувствовала жительница кадошкинского села Большая Поляна Равиля Алиевна Сафиуллина (Кильдеева). Ей пришлось сдать на металлолом свой купленный за доллары «Москвич-412», на котором она ездила с 1968 года. О любви к автомобилям женщин в наших селеньях расскажетДенис Тюркин.

Равиля Алиевна в гараже, где раньше стоял «Москвич». Сейчас там — картошка… Фото: Денис Тюркин / Столица С

Как-то сложилось, что увлечение автомобилями — занятие мужское. Поэтому дамы за рулем воспринимаются довольно необычно, хотя в последнее время это становится нормой жизни. Но когда на днях в Управление ГИБДД по Мордовии пришла 74-летняя жительница Кадошкинского района, чтоб снять с учета личный «Москвич», сотрудники удивились: как правило, если транспортное средство даже и зарегистрировано на представительницу прекрасной половины, то все вот эти бюрократические процедуры проходят родственники-мужики. Но Равиля Сафиуллина (в девичестве — Кильдеева) сама не промах.

Родилась в Большой Поляне в большой семье, в которой было 7 детей. «Плохое время, нищета, денег нет, помню наш маленький домик из осиновых бревен, — вспоминает наша героиня. — Кое-как окончила 7 классов, и после этого меня отправили в Москву работать нянькой, помогать сестре. Уехала от нищеты. Но и в Москве оказалось непросто поначалу. Я очень озорная была. Любила машины не знаю как! До этого любила с лошадьми время проводить (отец конюхом был). Помню, купала их…»

Так вот, в Москве увидела объявление о наборе на шоферские курсы (стипендия, между прочим, 18 рубликов!). Пошла. Учили полгода. И как масло менять, и как ремонтировать… Это был 1964 год. Из 30 человек в группе женщин всего три было. Равиля тогда плохо знала русский, но Правила дорожного движения выучила и сдала экзамен с первого раза. После того как получила права и устроилась на работу, месяц ездила вместе с наставницей, «тетей Валей». «Я — за рулем, она — рядом, — вспоминает Равиля. — Подсказывала мне. Кстати, я и в аварию не попадала. Тогда в Москве автомобильное движение не сумасшедшее было. Я, бывает, еду, песни пою! Однажды устала, чувствую, засыпаю за рулем. Остановилась возле какого-то озера, умылась, только так очухнулась и дальше поехала!»

Реклама

Начала работать на бортовом УАЗе, хлеб по Москве возила. Трудилась за рулем такси в таксомоторном парке № 8. Потом ушла в централизованные перевозки. «Брала товар на складе и развозила по заводам, оставляла в специальных почтовых ящиках, — говорит она. — Причем почти все посылки предназначались для секретных предприятий, поэтому адрес не указывался, только номер ящика. Ищи, блин! Что за детали в посылках были, даже не знаю. Потом уже мне рассказывали, что изотопы какие-­то, атомное там чего-то… А ведь я даже не боялась из-за незнания! Чего только на этих секретных заводах не насмотрелась! Приедешь, помню, на машину специальную сетку накинут, чтоб искры не было, чтоб не взорвалось. Меня из кабины — вон, машину отбирают, и специальный водитель сам на склад заезжает. Еще парашюты долго возила из Орехово-Зуево, с парашютного завода. Сама я грузы не таскала, если только что-то легкое. Так грузчик со мной был. И ремонтом машины тоже не занималась. У нас для этого специалисты были. Приезжаешь на автобазу, пишешь заявку, что нужно сделать. На утро все уже починено, и на стекле — бумажка с подписью слесаря. Да-да-да, так у нас было! Тогда бензин не знали, куда деть! 7 копеек стоил. Талоны не знали, куда деть, выбрасывали! Ведь каждый день получали вместе с путевкой».

Вскоре Равиля поняла, что нужно обзаводиться собственным жильем. Узнала, что в новом микрорайоне Щелково в ЖЭК есть вакансия шофера, которому положены «свои квадраты». Так получила часть комнатки в коммуналке. Водила спецмашину, подметающую улицы. «Москву убирала! — улыбается наша героиня. — Ничего сложного. Движение не такое, как сейчас, было. Ни одной машины возле домов не стояло. А сейчас в семье чуть ли не по четыре автомобиля!»

В 1968 году купила свой первый собственный автомобиль. Это был «Москвич-412». «Москвичка должна ездить на «Москвиче»! — говорит Равиля. — Приобрела у старика таксиста, тоже татарина. Купила за доллары, то ли за 300, то ли за 600, сейчас уже не помню. Не удивляйтесь, что за иностранную валюту. Тогда в Москве это было распространено, хотя и сажали за такое».

Когда родилась единственная дочь, у Равили уже была двухкомнатная квартира. Вскоре перешла на другую работу — в «Мослифт», где трудилась до самой пенсии вместе с родным братом Хасяном. А в 2005-м вернулась на родину, в Большую Поляну. На любимом «Москвиче»

Застрял тот самый «Москвич». Вытаскивать его пришлось трактором. Фотоархив Равили Сафиуллиной

«Я на нем даже таксовала в Кадошкинском районе, кого на рынок, кого за вениками, в магазин, кого куда, — рассказывает Равиля. — Лет семь назад таксовать бросила. А потом мне зять привез «четверку», ВАЗ-2104, в гараже у какого-то генерала стояла. И я по очереди на двух машинах ездила. Если надо было какой груз перевезти, брала «четверку». Приятный у нее цвет был, сиреневый. Складывала сиденья задние и грузила. В Ковылкино ездила, например.  Но потом налоги, бензин… В общем, продала я за копейки «четверку». Зять меня до сих пор упрекает!»

Личные машины, как правило, вместе с мужем ремонтировала: «Если у меня «Москвич» не на ходу, я ночь не буду спать! Полдеревни подниму!» В прошлом году 412-й сломался. Ехала Равиля вместе с дедом из Кадошкина, и недалеко от поворота на Насакан-Потьму подломилось колесо. Шаровая полетела. «Добрые люди остановились, хотели помочь, но я им сразу сказала: в этой ситуации не поможете, спасибо, — рассказывает Равиля. — Хорошо, голова у меня сработала. Вспомнила, что у нас есть Юнир, на тракторе с такой стрелой (сено грузить) работает. Выручил меня, сразу приехал. Я ему 500 рублей отдала, сто раз спасибо сказала»… Пока «Москвич» на пеньке стоял, у меня душа болела. Хоть запасная шаровая была, но я деду не разрешала самому менять, вдруг, «Москвич» придавит, соскочит с пенька?! Тут в гости знакомые из Башкирии приехали, а среди них — один, инструктором по вождению работает. Вот он мне и поменял за 20 минут».

Равиля стала задумываться о расставании с «Москвичом», когда поняла, сколько тратит на него денег. «Чтоб доехать до Кадошкина, мне только бензина надо было на 450 рублей купить, — вспоминает она. — Да еще столько же — обратно. И вот в этом году решила списать машину, снять с учета… Забрали ее в Рузаевку, на цветмет… На ходу была, только аккумулятор отсутствовал. У нее мотор хороший! Как будто сердце у меня оторвали, когда машину увезли! Мне жалко! Мне хочется ездить! До сих пор хочу ездить! Зять теперь предлагает хорошие «Жигули». Я пока отказываюсь. Не хочется по ямам ездить, до Большой Поляны сами видели, какая дорога. Да и по селу. Вон, таксисту 300 рублей отдаю, он меня в Кадошкино отвозит за продуктами. Но нет-нет — и задумаюсь: может, согласиться на предложение зятя?! «Автомат» только не хочу, думаю, что не справлюсь с такой машиной. Хотя зять говорит, что и обезьяну можно научить. Но я люблю с механической коробкой!»

Вот в следующем году по нацпроекту сделают дорогу по Большой Поляне, и, может, Равиля вновь вернется за руль. «Чуть-чуть тоска у меня без машины, тоска… — говорит она. — В гараже как будто чего-то не хватает. Не хватает… Еще четыре года у меня будут действительны права». Почему бы и нет?

Закрыть