Четверг, 6 августа

От Манякина конца до Верха. Поездка в село старообрядцев Саранского уезда

Дмитрий Викторович Фролов. Фото: Денис Тюркин / Столица С

В 1822 году саранского земского исправника (сейчас это должность министра внутренних дел Мордовии) в секретном ордере начальство просило предоставить сведения о раскольниках, живших в уезде. В ответе было сказано, что таковые имеются в восьми населенных пунктах, и в том числе Соколовке. Сейчас село входит в Пензенскую область и уже вовсе неинтересно полиции: за два века у государства сильно изменилось отношение к церковному расколу. Зато интересно Денису Тюркину.

Изба родственников Фролова. Фото с разницей в 100 лет. Слева — примерно 1920 год, справа — наше время…
Вот такие красивые наличники на избе. Сверху на фронтоне характерное для этих мест резное «солнышко». Фото: Денис Тюркин / Столица С

Отправился он туда вместе с кандидатом филологических наук, замдиректора республиканского краеведческого музея, иконописцем Дмитрием Фроловым, предки которого по отцовской линии — ​из тех самых старообрядцев села Соколовка.

В избе под печкой скрывается вход в подпол. Отпиленный уголок: это ход для кошки. Фото: Денис Тюркин / Столица С
Печь совмещена с голландкой арочным дымоходом. Необычно. Фото: Денис Тюркин / Столица С

«Моя прапрабабка Матрена Никифоровна Шеянова, из старообрядцев, долгую жизнь прожила, родила двух дочерей и девять сыновей, пять из которых погибли в разных войнах, — ​рассказывает Дмитрий Фролов. — ​Есть старая фотография 40-х годов, где она одета по-домашнему в сарафан с фартуком, а ради фото — ​для парадности, наверное, — ​надела сверху пиджак. Вот она до конца дней в сарафане ходила, и похоронили ее по-старому…»

Фото: Денис Тюркин / Столица С

Фролов — ​единственный в Мордовии крупный специалист по XVI–XVII векам. Кажется, он знает всё о том периоде прошлого нашего края. Пока через Кочкурово и Большой Вьяс едем в Соколовку, он со старорусскими прибаутками рассказывает о бывших владельцах сел и деревушек, мелькающих за окном машины: «Это принадлежало Грибоедову (да! родственнику того самого!), это Головкину».

Фото: Денис Тюркин / Столица С

Гавриил Иванович Головкин был сторонником Петра Первого и первым канцлером Российской империи, заведовал посольским приказом. В его вотчину входило множество населенных пунктов, в том числе располагающихся на территории современной Пензенской области. Это, например, Большой Вьяс, так полюбившийся интеллигентам из Саранска, имеющим там особняки, дома и прочие дачи, а также интересующая нас Соколовка, которая до 30-х годов прошлого века административно подчинялась Саранску.

От Большого Вьяса до нее ведет по лесу неплохого качества грейдер, позволяющий местами разгоняться и до 70 км/ч. Когда-то в селе жило 1300 человек. Сейчас — ​дай бог с полсотни аборигенов наберется. Ну и дачники, куда без них. В Соколовке родились родственники отца Дмитрия Фролова по материнской линии: бабушка Анна Дмитриевна Шеянова, прадед Дмитрий Кузьмич Шеянов, та самая прапрабабушка Матрена…  Сам Дмитрий много раз бывал здесь в детстве. Но после того, как все здешние родственники умерли, заезжал лишь в начале 2000-х. «Батюшки! Все заросло! — ​удивляется наш спутник переменам, произошедшим не столько с домами бабушки и прабабушки, сколько со всем селом. — ​Здесь стан был, здесь картошку всегда сажали…» Единственная константа — ​песчаная дорога с лужами. С XIX века никак не изменилась. И названия улиц, ты посмотри: будто советская власть здесь никогда не властвовала. Ни тебе Коммунистической, ни Гагарина. Улица Низ, улица 1-й Верх, улица 2-й Верх. Самое интересное — ​Манякин конец. Наш спутник говорит, что концами в древности называли улицы в Новгороде. Вот так! А Манякины — ​это в Соколовке такие жили.

В центре сельца, где сходятся Верх с Низом, стоит будочка действующего магазинчика, а рядом — ​советской постройки заброшенная уже лавка. Напротив нее — ​памятник солдатам ВОВ. До 1929 года на этом месте стояла деревянная Никольская церковь с приделом Владимирской иконы Божьей Матери. Что с ней стало? Сожгли большевики. «Моя бабушка Анна Дмитриевна рассказывала об этом, она хорошо запомнила тот случай, — ​говорит Дмитрий. — ​Дело было во время продразверстки. Первого желающего забрать хлеб у местных крестьян прибили, потом в честь него назвали колхоз. Следом пришла более подготовленная команда. Чтобы наказать. Они подожгли село с одного края, поскольку было оказано вооруженное сопротивление. Поднялся ветер, который забросил горящие головни на колокольню. Так церковь загорелась сверху, что дало время местным жителям вынести из нее все ценное. Я хорошо помню бабулечек, у которых дома хранились старинные образа академического письма конца XIX века из иконостаса».

Прапрабабка Дмитрия Матрена Шеянова. Фотоархив Фроловых

По словам ученого, в царское время в Соколовку священники господствующей церкви ехать не хотели, так как здесь была сильна старообрядческая община беспоповского толка. Согласно тому самому донесению, о котором говорилось в начале материала, в Саранском уезде в XIX веке старообрядцы жили еще в Лесном и Напольном Вьясе, Трофимовщине, Ладе, Рожновке, Монастырском и Лыковщине.

Мы идем к дому прабабки Фролова, мимо заброшенного советского клуба, который можно принять за бывший барский дом. Уж больно колонны толсты и высоки. Но нет, говорит Дмитрий, барский дом был деревянным и стоял в другом месте, напротив церкви. А вот и избушка прабабки! Заросла крапивой да хмелем! Протаптываемся к крыльцу, снимаем хмель с двери. Дмитрий помещает ключ в замочную скважину… Щелк! Лет 15 не открывали, а вот пожалуйста. Прадед нашего спутника, Дмитрий Кузьмич Шеянов (участник Первой мировой, Гражданской, Великой Отечественной, в общей сложности провел на разных фронтах десять лет), возглавлял в Соколовке бондарную артель, поставлял бочки на Большеберезниковский, Ичалковский и другие масло-сыродельные заводы. Вот и в коридоре мы находим несколько бочек и специализированный инструмент (огромный рубанок, или, скорее, фуганок, а может, шельхебель, поди в них разберись). Забрали. Дмитрий Фролов поместит их в республиканский краеведческий музей. Кстати, многие другие вещи из Соколовки находятся сейчас в экспозиции единственного частного музея, расположенного на улице Ульянова, — ​истории Саранска XVI–XVII веков. Эти вещи реально использовались предками Дмитрия, а некоторые — ​и им самим. Например, деревянные саночки. Будущий иконописец катался на них с горки у Манякиного конца.

Прадед Дмитрия (крайний справа) со своей артелью… Фотоархив Фроловых
…и, возможно, одна из тех бочек, с которыми позировал Шеянов. Теперь она будет в краеведческом музее Саранска. Фото: Денис Тюркин / Столица С

Затем мы заехали на родник, что находится в поле возле Соколовки. С ним связана история, в которую вплетены Большой Вьяс и Саранск. Связывают их иконы Владимирской Божьей Матери. Считается, что существовало два образа. Один находился во Владимирской церкви Петропавловского монастыря в Саранске (разрушена в 1930-е, на этом месте сейчас ​Ушаковский собор), второй — ​во Владимирской церкви Большого Вьяса. Оба «спорили» насчет того, чье письмо древнее. По преданию, «настоящая», древняя, икона явилась на святом источнике возле Соколовки. Когда об этом узнали монахи из большевьясского монастыря, то пришли в Соколовку за образом. Местные не отдали. В следующий раз монахи приехали уже с деньгами, а еще и подпоили соколовских мужичков. Так икона переехала в Большой Вьяс. Но, по преданию, уже утром ее не нашли в храме. Чудесным образом она вернулась в Соколовку. Так повторялось трижды, но после икона «обиделась» и осталась во Вьясе. Такое предание Дмитрию Фролову рассказывала его бабушка Анна Дмитриевна…

Мост через Суру. Фото: Денис Тюркин / Столица С

Ну а напоследок доехали до железного моста через реку Суру перед одноименным рабочим поселком. Монументальное сооружение! Конец XIX века. Построен как железнодорожный мост. И ему, в сущности, обязан жизнью сам поселок Сура. Он возник при железнодорожной станции. Переправа формально закрыта еще с 2005 года из-за аварийного состояния. Но вот уже 15 лет, несмотря на знаки «кирпич», по мосту ездят не только легковушки, но и грузовики. Причем в последние годы, с открытием крупного цементного завода в Пензенской области, ездить стали и цементовозы. Проезжая часть на переправе выполнена из дубовых бревен и досок. Все это ветшает, и недавно во время проезда очередного грузовика часть бревен обвалилась в Суру. Власти установили бетонные блоки перед переправой. Но автомобилисты их раздвигают. Кто там ездит и куда? Да вот в Соколовку и ездят! Она входит в Никольский район и является единственным населенным пунктом «за Сурой». То есть если ехать через мост, до райцентра получается 40 км (а до рабочего поселка, где больница, всего четыре), а если «официально», в объезд, — ​то 200 км (и 240 соответственно)! Но самое удивительное, что по этому мосту из Соколовку в Суру возит детей школьный автобус. Сюр какой-то. На сайте Росавтодора я нашел данные, что он включен в федеральную программу восстановления мостовых сооружений, находящихся в аварийном состоянии. И что уже получено положительное заключение госэкспертизы на реконструкцию стоимостью 383 миллиона рублей. Будет замечательно, если сохранят это красивое сооружение. Хоть какая-то память о прошлом. Кроме названия улиц в Соколовке…