Пятница, 23 февраля
Общество

«Мордовия, у которой госдолг в несколько раз превышает бюджет, не сократила ни одному нуждающемуся человеку часы ухода»

Фото: Столица С

Еще в начале мая Владимир Путин заявил, что соцработники в период эпидемии получат специальную федеральную доплату на три месяца — с 15 апреля по 15 июля в размере 25 тыс. рублей, а при работе с заболевшими COVID-19 — 35 тыс. рублей. Однако сами соцслужбы бьют тревогу за своих подопечных. Ведь речь о восстановлении частоты надомных социальных услуг пока не идет, а это чревато последствиями.

Так аналитик благотворительного фонда «Старость в радость» Елена Иванова говорит, что в период пандемии многие регионы сокращают социальные услуги по уходу за гражданами, и это чревато ростом смертности среди пожилых и инвалидов, пишет «Коммерсант». «С началом пандемии стало больше людей, нуждающихся в помощи,— объясняет эксперт.— Те, кто раньше ее не просил, теперь оказались запертыми дома и вынуждены были за ней обратиться. Нагрузка на соцслужбы выросла в части доставки продуктов и лекарств, но уходовую часть помощи во многих регионах сократили, опасаясь распространения инфекции. И это катастрофа. Тем, кто маломобилен и не может себя обслуживать, остается тихо умирать, потому что они лишились ухода на дому. Им раньше хоть кто-то чуть-чуть помогал. А сейчас их просто заперли, и сказали: «Еду волонтеры принесут к двери, а дальше вы сами», — приводит издание слова Ивановой. А директор благотворительного фонда «Старость в радость» Елизавета Олескина заявляет, что многие регионы и до пандемии оказывали социальные услуги в недостаточном для выживания граждан объеме. «У нас две большие проблемы,— считает она.— Первая: многие регионы уменьшили количество часов ухода, сосредоточившись на доставке продуктов и лекарств, и мы должны понять, что такое сокращение помощи убьет людей и без ковида. Сама идея изоляции направлена на благо, но есть люди, которые не могут жить без человеческой помощи. Какой смысл приносить продукты или класть сумку с лекарствами под дверь, если человек не может встать с кровати и открыть эту дверь? Если он сам себе не приготовит еду или не вспомнит, как и когда ему пить таблетки? А вторая проблема — во многих регионах этих услуг по уходу и сопровождению никогда и не было. Как 10 лет назад приходили соцработники с колбасой два раза в неделю домой к получателям услуг, так и сейчас приходят. Хотя мы много лет пытаемся добиться того, чтобы соцработники перестали ассоциироваться только с доставкой еды. Есть категория людей, которые нуждаются в большей помощи и уходе, чем доставка продуктов», — говорит Олескина. Многие регионы не имеют дополнительных денег на соцзащиту, поясняют в фонде, а поскольку в федеральном перечне социальных услуг не указана их частота, то регионы устанавливают ее по собственному усмотрению. «Поэтому в половине регионов помощь человеку в приеме пищи оказывается два раза в неделю, а помощь в мытье — по стандарту услуги — раз месяц,— вздыхает Олескина.— Но мы же понимаем, человеку нужно есть и мыться каждый день. И, если он нуждается в том, чтобы ему помогли встать с кровати, он должен иметь возможность вставать с такой поддержкой несколько раз в день. Если человек может упасть во время мытья, значит, он должен получать помощь в мытье не раз в месяц, а каждый день. А еще у него есть душа, и ему хочется быть востребованным и занятым — то есть важны социализация, занятость, досуг».

 По мнению эксперта, нынешняя система оказания надомных услуг во многих регионах — лишь видимость и профанация, потому что «если у региона нет возможности оказывать такую помощь каждый день, значит, помощи на дому для таких людей там нет в принципе». При пандемии нагрузка на соцзащиту возрастает, поэтому чиновники перераспределяют силы соцработников так, чтобы они доставляли продукты и лекарства большему числу граждан. При этом инвалиды и пожилые, нуждающиеся в уходе и не получающие его, пополняют ряды жертв пандемии. В фонде «Старость в радость» убеждены, что сокращать часы надомного ухода соцзащите нельзя. К такому выводу пришли и в регионах, участвующих в пилотном проекте Минтруда по системе долговременного ухода (СДУ). «Мы в рамках СДУ уже третий год выстраиваем с пилотными регионами такую систему, при которой человек, зависимый от посторонней помощи, мог бы сам выбрать, где ему находиться — в учреждении или дома,— и получать те услуги, которые именно ему нужны. Уже есть регионы, которые выстроили у себя полноценную ежедневную помощь на дому — например, в Волгограде более 1,5 тыс. самых слабых пожилых людей и инвалидов ежедневно получают по четыре часа ухода и сопровождения. И Волгоград не сократил эти услуги из-за пандемии. Если бы они решили эти часы сократить или перекинуть их на доставку продуктов, то вот эти полторы тысячи человек лишились бы шанса пережить пандемию».
По словам директора фонда «Старость в радость», все 18 пилотных регионов, работающих в рамках СДУ, «стараются не сокращать надомный уход, потому что понимают: нельзя лишать человека права быть чистым и сытым».
«Мордовия, у которой госдолг в несколько раз превышает бюджет, не сократила ни одному человеку часы ухода — более того, с тех получателей услуг, кому требуется более четырех часов ухода в день и которые раньше эти дополнительные часы оплачивали самостоятельно по социальным тарифам, сейчас регион денег не берет»,— рассказывает Олескина.
По ее мнению, после окончания режима самоизоляции многие уже не смогут выйти из дома на своих ногах: «Мы получим огромное число граждан, у которых нарастут психические проблемы, ухудшится физическое состояние. Наши зарубежные коллеги рассказывают, что после жесткого карантина начинается этап реабилитации — и он очень сложный. Все те люди, кто три месяца в карантине, не выйдут радостно на солнышко, их нужно будет долго, полноценно, качественно восстанавливать. Им нужно будет достаточное количество соцработников, психологов, медиков. А у нас рук не хватало и до пандемии, а теперь ситуация катастрофическая. Эти тихие смерти, сопутствующие ковиду, которые мы никогда не посчитаем, будут на нашей совести».

Материалы по теме
Закрыть