Понедельник, 26 февраля
Транспорт

«Набрасывал мысли в блокнот во время стоянок, пока шла погрузка…»

Авторская рубрика Дениса Тюркина. Саранский дальнобойщик Алексей Ледяйкин написал мощный рассказ из жизни

Фото: Соцсети

«Привет, Денис. Меня зовут Алексей. Я дальнобойщик. На досуге написал рассказ. На реальных событиях. Он на моей странице. Называется «Волга, прости». Это мой первый опыт. Прочитай на досуге. Мне важно мнение того, кто сам пишет. Извини, что на ты». Такое сообщение пришло мне на днях во «ВКонтакте». Иллюзий к дальнобойщицкому писательскому таланту, признаться, я не питал, но подумал, что от меня не убудет, если пробегусь по рассказу. Но уже через полчаса я был в таком восторге от произведения (если коротко — то это описание случая, который произошел с Алексеем, когда он вместе с коллегами-водителями отдыхал на реке Волге в Ульяновской области и едва не погиб; выдержки из рассказа — в отдельной вкладке), что решил сделать интервью с автором. Потому что такие интересные люди наперечет.

«С»: Первый вопрос: почему ты написал мне с просьбой прочитать твой рассказ?

— Ответ простой. Твое имя мне известно, потому как я люблю читать «Столицу С». Читаю с детства. Твои статейки мне интересны, потому что в них есть история, есть путешествия, есть рассказы о каких-то интересных людях и все такое. Всегда было интересно читать именно эти статьи. Не политику, не криминал, а вот именно про историю города, историю республики, про интересных людей и интересные места. Хоть я с тобой и знаком, получается, заочно (смеется — ​«С»), но среди моих знакомых только ты — ​пишущий человек. Потому выбор и пал на тебя.

«С»: Ты сказал об интересных людях… Теперь ты сам оказался таким для меня. Дальнобойщик-писатель — ​это, конечно, не удивительно… Хотя нет, удивительно. Как ты вообще взялся за ручку? Или ты на компьютере текст набирал?

— Не, сначала в блокнот. Набрасывал мысли во время стоянок, пока шла погрузка-выгрузка, или просто во время отдыха. Потом уже я просил знакомого, чтоб он перевел это в электронный вид. То есть перепечатал. У меня у самого мало времени, дома почти не бываю, а когда бываю, хочется побольше находиться с детьми, с семьей. Почему вообще решил написать об этом рассказ? Потому что история эта, которая со мной произошла… Как бы… (Задумывается — ​«С».) Ну, засела мне в душу. Она не рядовая. По крайней мере, для меня. Может, кто-то и большее потрясение в жизни испытывал, но для меня это была нештатная ситуация. Случилась она еще 8 лет назад, но все это время я хотел отразить ее на бумаге. Чтоб не просто только в памяти была. Хотелось поделиться с людьми.

«С»: А где ты впервые опубликовал рассказ?

— Вообще я никуда не планировал выставлять. Но меня убедил друг Евгений Тишонков. Он, кстати, твой подписчик в ВК. «Зачем ты все это писал, если нигде не хочешь публиковать?!» — ​сказал он мне. Женя создал паблик «Творческий уголок» (он сам пишет маленькие зарисовки) и туда в октябре прошлого года поместил мой рассказ. Вот так. У нас с Женей еще есть опыт совместного творчества. Я, когда служил в армии, занимался стихоплетством. И по возвращении домой показал эти стихи Жене, который тогда писал музыку. И мы записали совместный полноценный альбом: мои стихи, его музыка.

«С»: Можешь какой-нибудь стих вспомнить того периода?

— Не! В памяти не осталось. Страница перевернута. Хотя эти песни где-то на флешке есть…

«С»: Слушай, вот насчет твоего рассказа… Ведь все там правдиво, ничего ты не добавил?

— Все — ​100 процентов правда. Даже, может быть, я где-то чего-то недописал. Какие-­то переживания забылись.

«С»: А твои товарищи с маршрутной грядки читали рассказ?

— Нет, не читали. Я им говорил, но из трех человек один вообще с Интернетом не дружит, хотя ему интересно было бы прочитать. Он меня все просит ему на бумажках принести, но то я забываю, то еще что… С другим мы вообще не общаемся с тех пор, как я «Газель» «забросил». Олег, второй главный герой рассказа, как-то без энтузиазма отнесся…

«С»: Эти люди до сих пор на маршруте в Саранске работают?

— Игорь — ​да. Олег на большой автобус перешел, маршрута № 8, кажется.

С лидером группы «Чайф» Владимиром Шахриным. Фото: Соцсети

«С»: Расскажи о том периоде своей работы, когда происходит действие рассказа. Как ты вообще оказался за рулем маршрутки?

— По первой профессии я сварщик, выпускник Саранского машиностроительного техникума. До этого учился в саранской школе № 28. После армии уехал на заработки в Московскую область, где и жил несколько лет. Но вот настал кризис 2008 года, и мне пришлось вернуться в Саранск. На тот момент у меня были некоторые накопления. Я все думал, куда мне их пристроить, чтоб не пропали. Побегал-побегал, работы нет… Тут узнал, что один мой однокурсник владеет тремя «Газелями» на маршруте. Одну из них я купил. Вот так стал газелистом, проработав три года на маршруте № 32, до зимы 2012 года… Потом стал персональным водителем в Центре практического обучения специалистов сельского хозяйства при Минсельхозе РМ. Спустя два года ушел оттуда, став дальнобойщиком. Вообще дальнобой — ​это мечта детства, если честно. Этой профессией грезил лет с шести. С завистью смотрел на проезжающие мимо грузовики. Мой отец был сварщиком, и я хорошо помню, как однажды подхожу к дому, а возле стоит грузовик. Я так обрадовался, почему-то решил, что это отцу выдали и он будет ездить на грузовике. Конечно, никто сварщику грузовик не выдавал… Вот с детства я сам мечтал рулить… Но долгое время моя жизнь складывалась так, что я и забыл про мечту. Только когда перестало хватать денег, чтоб обеспечивать семью и детей, я понял, что нужно искать работу прибыльнее. И вспомнил про дальнобой. На завод тогда уже меня было не загнать, я поработал водителем, полюбил эту свободу перемещения, путешествия. Поначалу устроился в «МВС-Авто», Саранск. Сейчас тружусь в компании «Дентро» (транспортная организация, основанная уроженцами ковылкинского села Мордовское Коломасово, братьями Илькаевыми, зарегистрирована на их родине, но ведущая деятельность по всей стране — ​«С»), у меня нет своего грузовика.

«С»: «Дентро»?! Да ты что! Тогда ты должен помнить мое интервью с пареньком из этой компании, который в Уральских горах своим грузовиком остановил бензовоз без тормозов.

— Читал, конечно. Этот парень у нас уже не работает, уволился.

«С»: Жаль…

— Большой бизнес есть большой бизнес.

«С»: Это его выбор. Рыба ищет где глубже… Вернемся к тебе. На каком грузовике сейчас работаешь?

— Я тружусь в составе экипажа из трех человек. За нами закреплены две машины: «Скания» и «Мерседес». Езжу абсолютно везде, определенных маршрутов нет. Возим тоже абсолютно все. Сейчас вот привез из Тверской области в Москву соленые огурцы. Что повезу завтра и где окажусь, куда занесет судьба и в какой точке страны буду ночевать — ​понятия не имею.

«С»: И в этом есть своя прелесть, согласись.

— (Смеется — ​«С».) Да-да, конечно!

«С»: Я обожаю ощущение новой дороги, с ним ничто не сравнится. Даже когда еду известным маршрутом, бывает, специально сверну там, где еще не ездил…

— Сегодня я проезжал реку Волгу. Если бы ты увидел ее, никогда б не подумал, что это она. Мелочь размером с Саранку. А проезжал я по Тверской области, где Волга берет свое начало. А ведь для обывателя это огромная река! Ты прав, интересно оказываться в новых местах. Я, например, обращаю внимания и на всякие надписи по дороге, таблички. «В этом месте родилась Зоя Космодемьянская»… Блин, интересно! Вообще, у меня очень много историй из моих поездок. Допустим, я был в доме, где родился Гагарин. Потом я был в доме в Смоленской области, где жил и умер человек, который водрузил знамя на Рейхстаг. Не Кантария, а другой… Егоров! Приезжаю я грузиться в какой-то поселок не больше Инсара и вижу табличку. Ну как не сходить, как не посмотреть?! А еще я рейсах во время остановок бегаю. Просто надеваю кроссовки, оставляю грузовик на обочине и делаю пробежку километров на пять-шесть. Тяга к физкультуре у меня от двоюродного брата, который занимался моим воспитанием в деревне. Это он мне вбил в голову: спорт — ​хорошо, курить — ​плохо, пить — ​плохо. Да, я сейчас могу позволить выпить немного алкоголя, но от случая к случаю, только когда это приносит удовольствие. Так вот, без бега я уже не могу. Только вижу какую-то просеку, полевую дорогу, на которую можно свернуть, оставив грузовик… Начал даже размышлять: так, в Тюменской области я бегал, а в Омской еще не бегал, надо где-то найти место. В Мурманске бегал, а в Карелии — ​нет. Ну и так далее (смеется — ​«С»). Одно дело рассматривать красоты из кабины, а другое — ​когда ты пешком по тайге, лесу, вдоль берега реки…

«С»: То есть ты в каждом рейсе пытаешься открывать что-то новое?

— Ну, не в каждом, конечно. Есть изъезженные маршруты, где нет ничего интересного… А где-то нет-нет — ​выстреливает, становится интересно. Вот, например, история. Я — ​любитель рока…

«С»: «Наше радио» слушаешь?

— Конечно! Так вот, приехали мы на двух машинах в Екатеринбург (я тогда там впервые был). И мы пошли с товарищем гулять. Сели в метро, едем… Спросили у людей, где нам выйти, чтоб попасть в центр. Нам говорят: вот есть три станции, на любой из них сходите, это будет центр. Я товарищу говорю: ну, давай вот на этой выйдем. Выходим… И ты представляешь, Денис? В метро играет… группа «Чайф». В метро. В переходе. Акустический концерт. Они тем самым рекламировали какой-то фестиваль. Ты представляешь, именно в этот день, именно в этот час… Я бы мог выбрать другую станцию, но выбрал именно эту. Это просто здорово. У меня фотка в «Одноклассниках» есть: Шахрин и я. А вот еще у меня с роком история. В 2018 году из Саранска в Казань на грузовике я подвозил перуанских болельщиков — ​парня и девушку. Специально включал им «рашн рок», поставил флешку со своей любимой подборкой. Они, конечно, головами кивали из вежливости, но было видно, что не очень-то понравилось (смеется — ​«С»).

«С»: По-английский с ними общался?

— На всяком интернациональном языке. Потому что у меня по английскому в школе тройка была (смеется — ​«С»). Я все, что мог, выдавал перуанцам. Жестами объяснял. Я так понял, что у пассажиров моих тоже тройка по английскому в их перуанской школе была (смеется — ​«С»). Потому что они тоже не очень говорили. Я им покупал пиво опохмелиться. В Саранске их так водкой накачали… Потом мороженым угостил. В Чувашии у одной бабушки купил землянику. Как им сказать, как им объяснить, что это такое?! Кушайте, говорю! Ну у них столько радости было! Подарили мне футболку свою перуанскую, а я им подарил российский флаг, который всегда в кабине возил как талисман. А еще два пионерских значка. Они спрашивают: а что это? Я как-то пытался объяснить. «Коммунизм». «Ленин». «Гуд бой», «гуд гёрл» (смеется — ​«С»).

«С»: В завершение спрошу насчет продолжения твоей писательской деятельности. Чего ждать читателям? О чем поведаешь в будущем?

— Есть у меня два наброска. У одного уже есть «скелет» — ​ключевые моменты. Это, конечно, не такой экшн, как в моем первом рассказе, но тоже по событиям жизни, и тоже, думаю, будет интересно. А второй… Планирую уже что-то вроде фантастики. Я еще ни одной буквы не написал, но в голове уже прокручиваю мысли, сюжетную линию. Это будет сборная солянка событий из моей жизни, жизни моих друзей… Приправленная придуманными событиями. Будет несколько сюжетных линий, которые я хочу связать в единое целое. Когда все это соберется в моей голове, начну выкладывать это на бумагу.

«С»: Слушай, ну откуда у тебя эта тяга к писательству? Читал много? Сочинения любил писать?

— Читал много, в детстве, да. В школе была учительница, которая, можно сказать, заставляла. А вот сочинения не сказал бы, что хорошо писал. Это знаешь, стандартные советские сочинения на тему «почему вам нравится эта картина». То, что я начал писать… Это развитие моей личности за последние несколько лет. Вот почему-то я к этому пришел.

«С»: А какие тебе писатели нравятся?

— Есть мой… я бы не сказал, что кумир… не кумир, но… Писатель, которого я перечитывал уже несколько раз. Это Солженицын. К его стилю, к его мировоззрению я больше тяготею. Мне это нравится.

«С»: Я только в прошлом году начал читать «Архипелаг ГУЛАГ». Тяжело идет.

— Когда я первый раз читал «Архипелаг ГУЛАГ», был в шоке. У меня внутри все перевернулось. Мы ж воспитывались советской пропагандой, когда все хорошо, замечательно, красные победили белых, пролетариат восторжествовал…

«С»: «Один лишь дедушка Ленин хороший был вождь, а все другие остальные — ​такое дерьмо…»

— Да-да-да, можно так сказать. Примерно то же самое мы испытываем сейчас. Но ладно, мы сейчас не о политике… Так вот, когда я впервые прочитал «Архипелаг ГУЛАГ», а это было в 2008 году, у меня взрыв мозга просто был… Потом я стал читать остальные произведения Солженицына. Постепенно дома появилось его собрание сочинений. Периодически я перечитываю некоторые из них. Еще любимый писатель, уникум — ​это Жюль Верн. Современных я не читаю. Кстати, у меня был период в жизни, когда я вообще ничего не читал. Это сразу после школы на долгое время. Я тогда вырвался в техникум. В школе ведь заставляли читать, а в техникуме не заставляли. Лет до 25 я не брал в руки книг. А потом стал читать то, что не дочитал в школе, или то, что читал тогда из-под палки. И если первый раз я читал «Преступление и наказание» от нефиг делать, чтоб просто оценку хорошую в школе получить, то потом осмысленно, с интересом… Знаешь, забыл вот название одного произведения… Двухтомника… Мордовский писатель один написал… Дело там происходит в XVII веке… Нижегородская ярмарка, крепостное право… И вот наш мордовский писатель так это все выложил и разложил, что мне показалось, что я реально нахожусь в том времени! Я даже переставал замечать современную действительность. Некоторые части книги меня так захватывали, что я желал, чтоб на моем пути больше светофоров было и чтоб они горели красным дольше. Только чтоб поставить грузовик на ручник и схватиться за книгу, прочитать хоть две строчки!

«С»: Это ты тогда уже дальнобоем работал?

— Да-да! Я читал на заправках, на светофорах, в пробках… В Москве, помню, в пробке тянешься, тянешься, а на руле лежит книга… Эх, убей — ​не вспомню этого писателя. Но книги дома лежат, надо посмотреть будет.

«Волга, прости…»

Полная версия рассказа. Орфография и пунктуация автора сохранены

Всякий раз, когда ехал куда-то в командировку, проезжая крупные реки, всегда замирало сердце. От красоты берегов, от спокойствия водной глади, представляя как же хорошо сейчас понежиться в теплой освежающей воде, когда на солнце блестят и притягивают гребешки волн, либо от пугающего волнения и беспокойства, представляющей опасность водного массива. Редкий раз представлялась возможность остановиться и искупаться, воспользовавшись гостеприимством реки. Все время нехватка времени. То надо быстрее доехать до места или уже так устал, что хочется быстрее доехать до дома.

Там, где я живу, нет крупной реки. В нашем городе есть река Саранска. Там не купаются. Берега заросли бурьяном, нет городского пляжа, да и сама она не широкая. Переплыть ее – два раза махнуть рукой. Река эта в черте города производит удручающее впечатление и кроме неприязни не вызывает никаких чувств. Да и в округе нет для жителя Саранска приличного водоема для отдыха. Конечно же, местные облюбовали для вылазок на природу близлежащие водоемы, но все они, как один, рангом не выше деревенского пруда. Так что, чтоб отдохнуть, жителям города приходится перед этим совершить небольшое путешествие: как минимум километров 100 на Суру или Мокшу. Это древние мордовские реки, которые имеют историческое значение. Становление мордовского народа тесно связано с этими реками. Они имеют вокруг себя заповедную зону. Сюда приезжают туристы-любители палаточного отдыха с гитарой и костром. Конечно, так можно отдохнуть и на любом водоеме, но на реке особый смысл. Уже можно покататься на лодке с мотором, поймать крупную рыбу, здесь любители сплавляются на байдарках, приезжают владельцы гидроциклов за порцией адреналина. И все это шириной не более чем четырех полосная магистраль.

Первый раз я залез в крупную реку, когда служил в армии в северной столице – Санкт-Петербурге. Мы с другом из Выборга – Васей Афанасьевым – Афоней — пошли в увольнение. Решили посетить Петропавловскую крепость. Было жарко, люди одеты легко, а мы по форме. Нарушить ее, сняв китель, и остаться в майке не представлялось возможным – везде патрули, да и туристы, которые смотрели на нас с восхищением – на нас – Солдат Российской Армии. Было бы стыдно показаться перед ними, опустив честь мундира. Страдали от жары. Пока гуляли, вышли на набережную Невы перед стенами крепости. И там захотелось покупаться. Мы огляделись – на камнях загорала девушка, поодаль двое мужчин баловались пивком, еще не обсохнув после воды. Значит и нам можно. Быстро скинув камуфляж, с разбегу, поднимая фонтаны брызг, плюхнулись в прохладу Невы. Вы не представляете, как я был горд и рад за себя в тот момент. Я – простой парень из провинциального Саранска купаюсь под охраной пушек Петропавловской крепости, передо мной, на другом берегу блещет куполами Исаакиевский собор, знаменитый Эрмитаж, справа – стрела Васильевского острова со стелой, в которую навечно замурованы косы поверженных кораблей. Непередаваемые чувства блаженства и неги. Ведь воды Невы видели и Петра и Пушкина и Революцию – а теперь ублажают меня – Защитника Отечества.

Были и пикники на Канале им. Москвы, где я представлял, что дно его и берега устланы костьми жертв сталинского режима, и гулянка на Оке, которая к сожалению не сделала мне чести и рассказывать ее не буду. Была удивительная речка в кировской области – Быстрица – небольшая, но задорная и игривая. Ее можно представить как мальчишку хулигана, который развлекается сам по себе, не причиняя вреда, а только на потеху окружающим. Быстрица глубиной максимум по колено. Каменистое дно, переваливаясь через которые вода играет и бурлит, создавая эффект джакузи. Плавать там не получится. Ложиться и наслаждаться, как через тебя проходят потоки прохладной воды, массируя тело. Недалеко, прямо в воде, люди на мангале с увеличенными ножками жарили шашлык. На таком же «повышенном» столе были закуски, сами же сидели на стульчиках по пояс в воде. Супер!!!

Еще в школе, когда учитель по географии вешала карту на доску и сухим голосом говорила: «Волга – самая крупная река в России», я думал – а насколько она большая. На карте она обведена всех жирней и тянется всех дольше. Потом мама напевала: «из далека долго – течет река Волга». Фильмы про Волгу, песни, телепередачи, фразы о том, что Волга – сердце России. Действительно, глядя на карту нашей огромной Родины, видишь, что как по человеческому телу проходят кровеносные сосуды, так и земля располосана реками, большими и не очень. И самая крупная из них – Волга – как аорта – главная водная магистраль. По берегам ее крупные – значимые города поволжья, каждый из которых является украшением Руси, жемчужиной русской культуры. Вот они – нанизанные на Волгу – являются драгоценным украшением на теле земли-матушки Русской. Я бывал в половине из них. Нет смысла описывать их. Их надо видеть. Даже пару раз окунался в Волгу, поглядывая на часы. И все время кляня вечную нехватку времени, хотел поближе познакомиться с Великой рекой. И вот такая возможность предоставилась….

В то время я работал водителем маршрутной «Газели» №32. Вернее на ней работал сам на себя. Еще в середине мая Олег – коллега и заядлый рыбак – предложил поехать в Ульяновскую область отдохнуть и порыбачить. Он говорил, что уже пять лет подряд он ездил на одно и тоже место и обещал, что будет здорово. К тому же, он приобрел надувную лодку с мотором и надо бы ее испытать. Я с радостью согласился на его предложение. Условились назначить поездку на середину июня, с условием, что вдруг, что случится такое, можно будет отложить поездку, то мы ее перенесем. Из-за финансовых трудностей полноценный отпуск накрылся медным тазом, а отдохнуть все же надо было, причем все это обещало стать недорогим. Да и порыбачить хотелось по-хорошему. Я ведь, кроме карася с ладошку, крупнее ничего не ловил. Это в лучшем случае. Обычно рыбы проплывали стороной мимо моего крючка. Олег же обещал, что я уеду с уловом.

На маршруте у нас собралась небольшая компания. Из шестидесяти водителей нас было четверо. Мы специально приезжали на работу к одному времени, чтобы быть рядом. Дядя Коля, Игорь, Олег и я. Кстати, Алексей, очень приятно. Мне 30, Олегу и Игорю около 40. Дяде Коле полтинник с хвостом. Игорь сразу поддержал наше предложение. Дядя Коля чуть посомневался, но все же мы его уговорили. Хотя он мог позволить себе отдых в какой-нибудь европейской стране – решил отдохнуть от жены. Мы все месяц жили мыслью о поездке. Олег волновался, как все организовать, чтоб нам понравилось. Мы с Игорем первый раз отправлялись так далеко на отдых. Я и раньше ночевал в палатке, но не далеко от города, тем более мне хотелось скорее на Волгу. За неделю начали составлять список того, что надо было с собой взять, предусмотреть все, что могло понадобиться и без чего никак не обойтись. Решили ехать на моей «Газели». Вернее, пришлось. Коляна машина старая и гремит и могла бы не доехать. Олег сказал, что он организатор и берет с собой лодку – новую – и поэтому не хочет еще и рулить. Игорь свою машину отдает наемному водителю. Значит, на моей. Моя машина в меру свежа, прилична, сломаться не должна. Все. Завтра в ночь выезжаем. День потратили на сборы. Двое покупают продукты. Мы с Игорем собираем весь свой скард. У одного взяли одно, у другого другое. Взяли две палатки, два холодильника под рыбу, три аккумулятора, кухонные, спальные принадлежности, лодку с мотором, 800 метров сетей, эхолот, гитару и многое по мелочи. В десять вечера решили выехать, чтоб к утру быть на месте.

Двигатель заведен. Все по местам. Я за рулем, мужики в салоне. Ну что, трогаем? Завтра мы уже будем плескаться в Волге и есть свежайшую рыбу. Первая, вторая, …, пятая. Вот уже выехали за город на ульяновскую трассу. Мужики разлили пиво. Едем весело с шутками, байками. Олег веселый балагур. Он большой мужик, крепкий. Раза в два с половиной больше меня. Добродушный. Он производит впечатление медведя из русских сказок, нисколько не злобный. С ним поговоришь, и если было плохое настроение, уйдешь с хорошим. Справедливый, честный, любит пошутить и разыграть кого-нибудь. Смеется басом – широкой всей своей необъятной груди. Везде душа компании. И сейчас он заводил всех своими баснями. Уже стемнело. Потихоньку мужики начали дремать. Олег объяснил мне, куда держать курс, если где заблужусь, чтоб будил и прислонил голову к стеклу.

Ночная дорога. Я обожаю ехать ночью по трассе. Могу заставить себя не спать. Внутри машина оживает лампочками подсветок кнопок, создавая подобие домашнего уюта. Она тоже не спит. Прохладный ночной воздух после дневной жары позволяет свободней дышать и водителю и железному коню. Негромко поет магнитофон. Я люблю рок. Ночью отсутствуют лишние шумы с улицы и темнота, и всемирное спокойствие позволяют полней прочувствовать настроение любимых композиций. Негромко, чтобы никого не разбудить, играет Deep People – Perfect Strangers, Lezginka и тд или Smokie или Metallica. На «автопилоте», следя за дорожной обстановкой, в голове, опьяненной драйвом ночного путешествия, возникают картинки играющих рокеров и я в их составе трясу волосатой головой, выдавая семплы или в майке потной отстукиваю ритмы на барабанах – барабаня при этом по рулю пальцами – и тут же выдаю партию вокалиста, помогая ему спеть припев, при этом думаю, что у меня получается не хуже. Ночная дорога… В кромешной темноте придорожных лесов и полей только ты и твой железный конь. Ночью появляется какая-то духовная связь между авто и водителем.

Дальний свет фар вытаскивает из темноты участки местности. Беспокоя, освещает на доли секунд и после оставляет спать дальше попутные деревеньки, жители которых и не подозревают, куда ты едешь, зачем и какой бес дернул тебя ехать ночью… Вот уже философские мысли покидают голову, которая начинает наливаться сонной тяжестью, на часах четвертый час утра. А вот и тот поворот, о котором говорил Олег. Пора его будить. Мы съезжаем с трассы и дорогу я уже не найду. Надо ехать примерно десять км лесной и полевой дорогой по грунтовке. Видно в зеркала, как из-под колес поднимаются клубы пыли. От тряски просыпаются остальные. Начинается сонная мышиная возня. Въезжаем в глухую ульяновскую деревеньку. Далекая от центра и проезжих путей, живет своей размеренной жизнью. Нет ни асфальта (мягкая песчаная дорога вместо него), ни центрального водоснабжения, ни газа, поленницы возле домов. Дома не пафосные, но довольно аккуратные русские строения, жители которых постарались окружить их зелеными насаждениями. У кого сирень высажена, у кого вишни заглядывают в окно. Почти у каждого перед домом палисадники с клумбами и лишь у одного перед домом кладбище старой техники, которая уже никогда не поедет, зачем-то нужная хозяину. Деревня скорей не глухая, как я сказал ранее, она живая, но зависла в каком-то временном отрезке. Она живет отдельной жизнью. Ее не волнует ни Барак Обама, ни кризис в Греции, ни подвиг Сноудена и похождения московских гламурных дур. Лишь редкие спутниковые тарелки и один современный автомобиль какого-то гостя обозначают, что на дворе все-таки 21 век. Вот и эта деревенька, с очень русским названием Березовка, провожает нас, приведя к спуску с горы на своей окраине. Пересекли рощицу и …. О Боже ….

Ранний июльский рассвет позволил нам, самыми первыми в этом мире, увидеть это. Огромный водный массив, отражающий своим водным зеркалом четырехчасовое солнце, а оно взяло и окрасило воду в солнечно-блестящий в крапинку цвет. В рыжий же с отблесками зеленого окрасились прибрежные рощи. Как маяк сверкает купол и дает свое благословение на новый день церквушка на другом берегу. Какой восторг. Творчество природы на русской земле заставляет сердце учащеннее биться. Мы даже остановились, чтобы взглянуть на это чудо. От восторга я прошептал в полголоса, хотя хотелось крикнуть: «Здравствуй, Волга, мать городов русских. Встреть сыновей своих». Тогда я не услышал ее ответ, а надо было бы: «Здравствуй, сын мой, уважай меня и мою силу. Не обижай меня и будет тебе благодать».

Осталась самая малость – через луговину спуститься вниз. В том месте, где луговина встречается с рощей, мы и решили разбить лагерь. Там уже стоял столик с лавочками, оборудовано место для костра. Олег переживал, что именно это место будет занято. Нам повезло. На всем побережье, до куда дотягивается взгляд, мы были одни.

Именно в этом месте от основного русла реки в сторону уходит заводь. Достаточно широкая, со спокойной водой, огибает полукруг длиной километра два. Прямо напротив нас коса противоположного берега заводи, которая с другой своей стороны является берегом основного русла, а позади с полкилометра опять вода тупика русла. Палатки начали ставить под первым же деревом рощи. Так как я не спал всю ночь, сразу же завалился в первую, оставив мужиков обустраивать лагерь. Какой кайф после бессонной ночи растянуться в полный рост. Чувства переполняли меня от того, что я оказался в этом замечательном месте. Какой воздух, глубоко вздохнув и наполнив им легкие, закрыл глаза. Под пение утренних соловьев, которые заливались трелью, радуясь жизни, вытащил из памяти образ девушки, с которой познакомился за пару недель до сего. Как она провожала меня в этот короткий отпуск, подарив при этом первый раз свое потрясающее красотой тело. С этими мыслями я и уснул.

Разбудил меня около часа дня Коля. Лагерь уже обустроили. Коля приготовил первый наш обед. Так, скромненький. Рыбы еще нет, мясо на вечер, яичница с сосисками и помидорами. Но на свежем воздухе всяк обед вкусным будет. Перед обедом сбегал искупаться, прийти в бодрость. Берег песчаный, вода чистая, теплая, но не чересчур. Освежает здорово. Метров десять можно идти по дну.

Коля достал бутылочку своей самогонки. Как в кино, мутная. Подняли рюмки и с криком: «За рыбалку», чокнулись и залпом выпили эту отменную воду. УУУУХ. Алкоголь, добравшись до желудка, слегка обжег его, дождался помидорки сверху и начал свое путешествие по клеткам тела, быстро добравшись до мозга. Мозг же, в свою очередь, радостный такому гостю, дал команду мышцам изобразить на лице довольную улыбку.

— Наливай еще. Отличная самогонка. Молодец, Коль! – заговорили довольные мужики

— Ешьте мужики – пейте на здоровье.

— Ну, тогда за здоровье – и по второй.

После обеда мы с Олегом собрали его новую лодку и поплыли ставить его сети. Сначала минут пятнадцать покатались по заводи. Восторгу не было предела. Я впервые катался по реке на моторке. Олег же был рад покупке. Он выжимал полный «газ», прыгая по волне, как по трамплину, или же врезаясь в волны против нее, обдавая нас столбами воды. Промокли насквозь. Описывать, как ставили сети, не буду, так как в принципе без разрешения это браконьерство и учить этому других не стану. Скажу лишь, что это трудоемкая работа, а вытаскивать – еще более трудная. Через четыре часа мы проверили улов – на первую уху. Попались пара лещей, сазаны и два хороших судака. Лещей и сазанов Игорь сразу забрал на засолку, а судаков Коля забрал на сковородку. Коля сам на себя взял почетную обязанность повара. Он выбрал то, что ему нравится. Дома готовит, говорит, что вкусно. Ему чуть за пятьдесят. Приехали отдохнуть, а не таскать сети. И рыбу солить не хотел. Это повесили на Игоря, потому как добывать ее он не хотел. Не хотел излишне напрягаться, а улова ждал больше всех. Причем, чем больше, тем лучше. Коля – крепкий мужик, много знает, очень мудрый. Упрямый. Поступает так, как считает нужным, мнение других не особо интересует, если дело серьезное, по мелочам легко уступает. В нашей банде не стал брать на себя роль лидера. В общем, лидера и не было у нас. Игорь пытался руководить, но мы его не слушали. Короче – у нас демократия.

Свежий судак получился очень вкусным. Мясо нежное – таяло во рту, чуть хрустящая кожица. С картошкой, да под самогоночку – объедение. Время близилось к вечеру. Мы выпивали, уже не стесняясь. Снова байки и прибаутки. Затронули и политику, и раз уж мы все вместе работаем, соответственно и рабочие будни спьяну обсудили. Начало садиться солнце. Днем мы не замечали, а теперь заметны плывущие по Волге баржи и сухогрузы. Одна за другой. Горящие на них сигнальные огни привлекали внимание, разреженный воздух доносит гул моторов. Я сидел на берегу, пуская дым сигареты. Подошел Олег, присел рядом.

-Эх, Олег, смотрю я на тот сухогруз. Сейчас бы махнуть на нем.

— Да – отвечает – я всегда мечтал на корабле поплавать. Слушай, а давай догоним его, хоть вблизи увидеть.

— Как мы его догоним? – недоумевал я.

— На лодке, она же сорок км/ч развивает. Заодно и испытаем и прокатимся. Адреналина хочется.

— Я с удовольствием, погнали.

Черт дернул его предложить, а я сдуру согласился. Хотелось капельку драйва, небольшого приключения. Меня и раньше товарищи называли экстремалом. Любил высокую скорость, прыгал с тарзанок, посещал скалодром. На море – с аквалангом, а уж «таблетки» — и «бананы» мое любимое было развлечение. А вот на лодке еще не плавал. Побежал одеваться. Одел шорты и футболку. Вроде пьян был и не боялся, а все же что-то заставило меня одеть еще и спас жилет. Так – на всякий случай. В нем как-то поуютнее и ветер не продувает. Мужики пытались нас отговорить, мол, зачем это вам нужно, сидите на берегу, но Олег успокоил, сказав, что мы туда назад сорок минут не больше, будем осторожны.

Махнули еще по стопке. Олег взял с собой пива баклажку и отчалили. Олег за штурвалом, я на носу лодки. Летим. Подул ветер и погнал волну. Наша лодка, прыгая по волнам, стремглав мчится к сухогрузу, как торпеда летит к авианосцу. Я открыл пива, хлебнул, отдал Олегу, после чего скорость увеличилась. Стали орать какую-то песню об отважных моряках. Плыли долго. Вообще в этом месте очень широко – Куйбышевское водохранилище. Я не измерял, но Олег говорил, что между берегами около двадцати км. Не знаю, но на глаз далековато. Мы и днем не видели корабли, они идут посередине и сливаются, да и на воде – без препятствий расстояние кажется меньше. Вот с песней, по темну, наполовину мокрые добрались до сухогруза. Подплыли к нему на двадцать метров и стали орать: «Эй, на корабле, привет». Из иллюминатора кто-то показался, посмотрел на нас и скрылся. Мы проводили его с километр, хлебнули еще пива и развернулись. Мы собрались назад, но на нашу беду нам на глаза попался круизный теплоход. Весь в фонариках и гирляндах, доносится музыка. Переглянулись с Олегом. Вперед!!! Газу!!! Как индейцы нападают на белый обоз, так и мы с криками и улюлюканьем догнали теплоход. Вот дураки. Мы не стали плыть рядом. Скучно. Мы оплыли теплоход вокруг. Спереди – подрезав его, сзади, в близости к винтам. С палубы смотрели на нас.

— Привет из Солнечной Мордовии – кричал Олег.

— Мордовия forever – орал я.

— Привет, привет – кричали нам.

Сделав пару кругов, мы отпустили нашу жертву восвояси, остановились. Допили баклажку и покурили.

— Ну, что, домой?

— Ага – сказал Олег – Блин, а где наш лагерь?

— Наверное, там — показал я рукой по ходу движения. – Да сто процентов там.

— Наверное, вон наш костер.

И направили лодку на костер. Пока плыли, костер куда-то делся. Наверное, наши легли спать и затушили его. Сейчас найдем. Подплыв ближе к береговой линии, пошли вдоль нее в поисках лагеря. Игорь говорил, что через час он включит на «Газели» дальний свет. Но ничего нет. Наверно спит, зараза, и забыл про нас. Вернемся – предъявим. Надо бы сначала вернуться. Сколько плывем, а знакомого силуэта берега и деревни на утесе нет. Все какая-то местность не знакомая. Уже и камыши появились. В округе не было камышей. Нам бы взять и причалить где-нибудь, но нет, надо найти. Бензин есть еще. Остановились – перекурили. Помахали руками – мол там были, оттуда приплыли, значит туда. Погнали!!! Ветер усилился. Пошел мелкий дождик. Плывем. Знакомого берега так и не было. Дождь стал усиливаться, ветер тоже. Былой кураж стал улетучиваться, как-то тревожно стало. Уже и не интересно плыть на лодке. На берег бы. Надо скорей найти своих. Но где? Где они? Стали спорить. Туда! Нет туда! Ты сказал там – вот и заблудились. Я достал последнюю сигарету, закурили ее на двоих. Я сказал Олегу: «Если мы будем ругаться и катить бочку друг на друга, мы утопим друг друга. Мы заблудились. Давай признаемся в этом и будем искать выход из этого лабиринта». Мелкий дождь перешел в ливень, ветер стал порывистый. Паника стала овладевать сознанием. Олег молчит, я тоже. Показались огоньки какого-то судна. Мы газанули к нему. Оно не далеко и на малом ходу догнали. Я кричу: «Эй, кто-нибудь»! – несколько раз крикнул. В иллюминаторе зажегся свет, кто-то вошел.

— Чего?

— Мы где – ответ был в рифму.

— Нам в Березовку надо! Нам куда плыть? Посмотри в карту. Будь человеком!

— Пить меньше надо – крикнул кто-то нам и послал. Скрылся. И через полторы минуты двигатели судна ожили и он ушел. Мы сидели в лодке, провожая надежду на спасение. Нас бросили. На душе стало как-то совсем паршиво. Заглушили мотор. Смотрю, Олег сидит поникший. Мне вспомнилось как год назад, когда затонула «Булгария» два сухогруза прошли мимо, оставив людей на верную гибель. Смотрю в черную воду. Сколько там глубина под нами. Лодку нашу болтает и швыряет волна. Раз и перевернет как консервную банку. Воды хлебнешь и все…. Каюк. Даже если не хлебнешь и останешься на поверхности, сколько протянешь, накроет все-равно волной, камнем пойдешь ко дну и поминай, как звали. Кто нас искать станет. Самое главное где искать? Мы и сами не знаем где мы. И будет мое тело лежать на дне или отнесет куда-нибудь. Даже могилы не будет, куда цветочки положить. Стало очень страшно. Близость смерти чувствуется и ничего не можешь сделать. Мы одни на этом водном просторе. И некому протянуть руку помощи. Страшно очень. «Только не паниковать» — уговариваю сам себя. Надеюсь, все будет хорошо. Представилось, как ребята наши подождут нас пару дней, сделают попытки нас найти, но где???? Пригонит Игорь мою «Газельку» к дому, отдаст ключи матери. С каками глазами? Что скажет при этом?

— Олег, смотри! Вон там отблеск от деревни и не далеко. Давай туда!

— А смысл какой?

— Олег, там люди. Там жизнь, а может это наша деревня, может и лагерь наш тоже там.

— А вдруг нет, что мы будем кататься туда-сюда.

Я смотрю, Олег совсем поник. Потерял надежду. Надежда – самообман. Она окрыляет, заставляя двигаться, как наркотик затуманивает мозг, а потом забирает все, все под чистую, оставляя боль, разочарование, гибель. Но без нее никак. Опустив руки, наблюдать за тем как катится под откос твоя жизнь, все о чем ты мечтал и к чему стремился. Нет. Так не пойдет!

Дождь все усиливался. Ветер поднимал все большую волну, небо сверкало и грохотало, нагоняя все больше жути на и так запуганное самосознание.

— Олег, заводи мотор – кричал я – подними нос к ветру, давай выбираться. Хватит сопли пускать.

Я кричал на Олега, хотя сам был близок к отчаянью. Олег подчинился мне. Завел мотор, и мы взяли путь на зарево. Казалось оно вот вот, недалеко. Сидим молча, каждый думает о своем, напряженно вглядываясь вдаль. Плывем, плывем, а ближе не становится. До берегов не близко. И тут…. Вот засада. Такого мы не ожидали, да с испугу даже не посмотрели. Кончился бензин, полный бак был. Мотор переварил последние капли топлива, пару раз чихнул и … Умер. Все рухнуло. Последняя надежда умерла вместе с мотором. Раньше я всегда думал, что все неприятности случаются с кем-нибудь, но только не со мной. Из газет и телепередач узнавал про несчастных людей, которые попали в передряги, жалел их или ругал, что дураки, куда поперлись и вот теперь оказался в числе таких же дураков. Мы одни средь огромного пространства воды, промокли насквозь, замерзли, голова чумная, в резиновой лодке, которую швыряет как щепку. Хорошо, что взял жилет. Может это моя соломинка. Мы с Олегом смотрим друг на друга и не знаем, что сказать. Я начал креститься: «Отче наш и же еси на небеси». – повторял я и не знаю дальше строк. «Господи, — начал я от себя – прости нас дураков. Не убивай нас. Помоги». Смотрю Олег тоже крестится и что-то бубнит. Ни слова не говоря, я лег на дно лодки и закрыл глаза. Почувствовал как лицом ко мне лег Олег, обнял меня своим большим телом и прошептал:

— Дожить бы до утра.

— Я был бы очень рад – пробубнил я.

Стало как-то спокойно. Не было паники или волнения. Как Бог решит, на все его воля. Было, конечно же, жалко вот так вот расстаться с жизнью. Пугала мысль о том, что можно и не дожить до утра. Хорошо, если найдут тело и похоронят, а если нет. Съедят сомы, переварят и даже пылинки не останется от меня на земле. Жаль было, что никогда не увижу дочь свою, что не доживу до ЧМ по футболу 2018, не поем маминых котлет. Да меня просто не будет. Совсем. Как это так. Надо гнать эти мысли. Ведь нам просто преподнесли урок. Откровенных дураков Бог забирает сразу, а мы пока живы. Это Волга нас решила проучить за пьяный кураж, за беспечность. И если мы до сих пор живы, значит и не должны пока умереть. Я увижу, как дочь выходит замуж и будет у меня самая красивая женушка и … БМВ тройка, нет, лучше пятерка. Классная тачка. Как я в ней буду смотреться. Как я на ней в заносе прохожу поовооороот…..

Открыв глаза, увидел синее небо. С полминуты лежал и не мог сообразить жив я или нет. Капли воды попали на лицо. Я почувствовал их прохладу. Улыбка до ушей. ЖИВ. Выбрался из-под Олега, разбудив его. Он поднялся, продрал глаза и со словами: «О, Леха, — и ты здесь», улыбнулся и протянул мне свою большую пятерню. Дождя не было. Ветер стих на столько, что уже не пытался перевернуть лодку, но все равно покачивало. Очень хотелось есть. Берега были смутно различимы. Мы где-то в середине, за ночь нас никуда не прибило. Мы достали весла и стали не спеша грести по волне. Было все равно куда плыть. Волна нас и так несет, мы просто помогали ей. При свете дня, наверное, кто-нибудь нас подберет. Но пока не было никого. Прикинули, что, наверное, часа четыре утра или полпятого. Так прошел примерно час. Мы мало о чем разговаривали, лишь оба изъявив желание, что наши товарищи всю ночь проспали и не заметили, что нас нет. А то им в неведении о нашей судьбе еще тяжелее, чем нам. Какая мука сидеть, ждать у берега двух дураков, которых может уже нет и в живых. За этот час мы не видели никого, кто хотя бы издалека проплывал. Ни души, ни одной постройки на берегу.

Тут на горизонте что-то показалось. Палка с фонариком. Откуда она здесь. Мы в недоумении переглянулись. Палка все больше выглядывала из-за горизонта. Боже, да это же мачта, потом показалась рубка, а после очертания буксира на якоре. Спасибо, Боже. Мы с Олежей со всей силы налеглись на весла. Быстрей, быстрей, раз, раз!!! Через полчаса достигли буксира. Оказывается, он тянул за собой три баржи. На одной из них стоял кран, вернее не стоял, а это и был плавучий кран и две с непонятными надстройками. Только они выглядели пустынными, только фонарики над каждым из них выдавали, что они не брошены. Мы подплыли вплотную к буксиру. Покричали, но в ответ тишина. Я решил залезть на него. Олег буквально закинул меня на палубу. Начал дергать все двери с облупившейся краской. Все было закрыто. Но одна поддалась. Я с силой открыл ее: вниз вела железная лестница с деревянными ступеньками. Крадясь как вор, спустился вниз. В небольшом помещении не разглядел, что там внутри на нарах лежали двое. Я случайно тронул одного. Он перевернулся, нехотя открыл глаза и вдруг вскочил, от неожиданности ударившись головой о потолок. И тут же схватил со стола нож. Я его понимаю: ложились двое, а тут третий, мокрый, глаза красные, волосы торчком, обросший.

— Ты кто? Как сюда попал?

Я упал на колени.

-Мужики, спасите. Я сам отсюда не уйду. Там в лодке еще один. Мы заблудились. Умоляю – спасите.

Второй тоже встал. Я вкратце рассказал о наших злоключениях. Пошли втроем доставать Олега. Он привязал лодку к какому-то крюку. Мы его подняли на борт. Мужчины с буксира, конечно, были крайне удивлены нашему появлению. Один из них был капитан. Он рассказал, что ночью волна была 1,4 метра, при 0,8 им запрещено двигаться дальше. Они встали на якорь. Их жутко болтало. От тряски погнулась и порвала тросы стрела крана.

— Как вы выжили? Каким образом? – недоумевали они.

— Да мы и сами не знаем. – скромно пожав плечами, отвечал Олег.

— Как дождемся радиосводки с погодой, так и тронем. А пока, мужики, здесь нельзя. Я вас определю на кран. Там просторная каюта. Вас там примут. Я распоряжусь.

— Спасибо.

Мы еще посмотрели в карту. Оказалось, что нас унесло от Березовки на 52 км. 52км – жуть. Они плывут в ту сторону, куда нам как раз и надо. Очень повезло. Мы опять сели в свою лодку, переплыли к крану. Привязали ее к погнутой стреле и по ней же поднялись. Нас встретили двое – отец и сын. Сына звали Дамир. Мы еще раз рассказали про события ближайшей ночи. С других барж перелезли другие, послушать нас. Дамир предложил нам душ, дал сухую одежду, погрел еду, а его отец принес бутылку водки. Это рай. Только сейчас я почувствовал себя живым на твердой палубе, сухой и сытый еще и затянувшись сигаретой. Для счастья больше ничего не надо.

Надо как-то дать о себе знать. Но как? Телефона нет, номеров не знаю наизусть. Я придумал. Дома в записной книжке есть номер Игоря. Дамир дал спутниковый телефон. Я набрал домашний номер. Взял трубку отец. Я наплел ему историю, что мы с Олегом утром поехали за бензином для лодки, проткнули колесо и сейчас в шиномонтаже. Надо, чтоб он позвонил Игорю и сказал, чтобы тот не волновался. Отец вроде ничего не заподозрил. Только б Игорь не затупил и не сдал нас. Мне не хотелось, чтобы родители тревожились. Ведь все обошлось.

Скоро разрешили плыть. Буксир потянет баржу со скоростью 10 км/ч. Есть время отдохнуть. Мы вышли на палубу. Здорово. Мы плывем домой. Живые. Отец Дамира переговаривался с капитаном о том, где нас лучше высадить. Уже приготовили 5 литров бензина для нас.

— Олег, а давай залезем на кран. Там высоко, ты представляешь какой вид оттуда.

Поднялись метров на десять над палубой, на площадку кабины крановщика. Захватывающий вид. Буксир тянет баржи. Вода с силой бьется о борта баржи, поднимая фонтаны брызг.

Волга. Сейчас я прочувствовал ее. Она живая. У нее есть душа и разум. Все воедино. Вода, берега, все то, что живет и плавает под водой и около воды. Все одно целое. Она сильная. Не человек ее обуздал. Она помогает человеку, прося в замен лишь уважение к ней.

— Спасибо, Волга, что пощадила нас. Прости. – прошептал я. И она мне ответила.

— Приезжайте еще. Буду ждать вас.

Смотрю на Олега – у него восторженный вид.

— Олежа, — обратился я к нему – а ведь сбылась мечта, мы плывем на корабле, пусть это лишь кран на барже. Зато кто плавал на кране по реке!

— Ха, ха, ха! – добрым и счастливым басом засмеялся он в ответ.

P.S. Когда ехали назад, CD-приемник вытащил с флешки композицию «Keep the Streets Empty for me» от Fever Ray, раньше я слышал ее, но не придавал ей значения, хотя она и нравилась мне. А сейчас, после всего произошедшего, как-то само получилось, что я стал отождествлять ее с Волгой. Музыкальные обороты, ноты и аккорды удивительным образом передают настрой и душу этой Великой Реки.

Материалы по теме
Закрыть