Вторник, 26 января

«Не так страшно заболеть, как страшна вот эта людская истерия, которая сейчас происходит»

Уроженка Саранска Евгения Мелешина — о том, как Египет переживает пандемию

Евгения Мелешина может вернуться в Россию, но не хочет…

«Столица С» продолжает в рамках спецпроекта рассказывать о том, как уроженцы Мордовии, работающие за границей, живут в условиях пандемии. Евгения Мелешина находится в Египте уже шесть лет, и все это время она трудится в туристическом бизнесе. Огромный поток российских туристов в Страну фараонов иссяк полностью после того, как в небе над Синайским полуостровом взорвался самолет с отдыхающими. Что сейчас происходит в городе-курорте Хургада, где живет Евгения, — узнал Денис Тюркин.

Хургада, по сути, делится на две части. В Старом городе, где живут местные, еще есть жизнь. А вот в туристическом, где расположены отели, всё мертво…

«С»: Уточняю по поводу работы. Ты по-прежнему в Хургаде в том же отеле?

— Да, я в Хургаде, в той же компании «Санрайз» (Sunrise resorts & cruises), но уже полтора года — в другом отеле. Занимаюсь проверкой стандартов качества, а также разрешением конфликтных ситуаций между отелем и гостями, помощью и содействием туристам.

Улицы Хургады сегодня…

«С»: Как вообще Египет переносит пандемию? Что там происходило первое время, когда пришел коронавирус? Что закрывали? Как работал общественный транспорт? ТЦ и прочее. Что происходит сейчас?

Реклама

— Здесь люди немного легкомысленные, и в стране отсутствует… как бы сказать… менталитет, знание здорового образа жизни, что нужно мыть руки и все такое прочее. Это же страна, где арабские племена жили в пустынях, а бедуины живут до сих пор. Поэтому эту ситуацию люди не особо серьезно восприняли. Задумываться начали только после того, как в других странах появились первые умершие от новой болезни. Короче, числа с 19-го марта начали закрываться бары, кафешки, рестораны и клубы. Но в вечернее время. Днем все работало. Сейчас же закрыто все, работает только «деливери» — еда на вынос, а также магазины и аптеки. Официально общественный транспорт не работает, но ты можешь встретить несколько автобусов, которые ездят, несмотря на запрет. Также работают таксисты, и я не видела ни одного в маске или перчатках. Поэтому люди, которые более-менее в сознании находятся (как я, например), передвигаются пешком. Хургада сама по себе не очень большая. От того места, где я живу, до соседнего района мне идти, как от Светотехстроя до автовокзала. И зарядка, и сохранение, можно сказать, здоровья.

Туризм умер. Возродится ли?

«С»: Как изменилась твоя работа в связи с пандемией? Стала трудиться дистанционно?

— Так как Хургада — туристический город, а туристов нет, то можно сказать, что мы превратились в город-призрак. Египет закрыл все перелеты с 19 марта, и с тех пор к нам никто не прилетает. Последние туристы тоже все уже почти вылетели. Поэтому какая тут дистанционная работа? Вообще нет работы. Все отели позакрывались. Работают, может два-три отеля, в которых живут иностранцы, не улетевшие на родину. Кто-то из них не смог, а кто-то не улетел по соображениям безопасности.

«С»: Как изменилась твоя обычная жизнь в связи с пандемией? Сложно ли ходить в магазин, можно ли сходить на фитнес, например?

— Спортзалы все закрыты. Магазины, как я уже говорила, работают в обычном режиме, но некоторые продукты стало найти сложнее. Видимо, сократились поставки… Что еще… Появилась куча свободного времени, работы-то нет! Все резко превратились в домохозяек: готовим, стираем, убираем, книжки читаем. Пляжи у нас тоже закрыты. Все развлечения сократились до домашних. Но мы вот с друзьями по вечерам собираемся, в какие-нибудь карточные игры играем, в «Монополию». Мы ж друг друга знаем, знаем, что никто не болеет. Поэтому общаемся.

«С: Тебе там не страшно, вдали от родины, переживать эти сложные времена?

— Слушай, не так страшно заболеть, как страшна вот эта людская истерия, которая сейчас происходит. Потому что у людей реально сносит крышу, и они не понимают, что делают. Смотрят на других, действуют, как стадо, и тоже начинают какой-то фигней заниматься. Вместо того, чтобы банально карантин соблюдать. Доходило до абсурда. Знаю, что у нас тут в одну женщину камнями кидали. Ты можешь пройти по улице, а тебе вслед будут кричать «Корона! Корона!»

«С»: Нет желания вернуться в Саранск на фоне этих событий?

— Вариант есть. Я нахожусь в эвакуационном списке МИДа. Но. Куда возвращаться? Сначала я пять часов непонятно с кем буду лететь в самолете. А если на борту найдется какой-нибудь заболевший, и нас всех сгрузят в карантин, только не домашний, а больничный? Плюс ко всему этому по прилету в Россию мне придется две недели жестко сидеть дома. Короче, я сначала собиралась вернуться, но сейчас сомневаюсь, что стоит это делать. Ну и погода, конечно. У вас там снег идет, а у нас тут солнышко, температура приближается к тридцаточке, мы ходим в футболке и шортах. Шикарно! Возвращаться не очень-то хочется! (улыбается — «С»)

«С»: Ты считаешь коронавирус серьезной проблемой для человечества (это такой частный вопрос, понимаю, что ты не эксперт, но интересно личное ощущение)?

— Конечно! Это беда какая-то. Число заболевших перевалило за миллион. Это которых мы знаем. А сколько дома переболело? Беда, конечно. И как это произошло в современном мире — непонятно. Люди на Луну летают, на Марс собираются, а справится с новой болезнью пока не могут…

Комментарии
Закрыть
Реклама
Закрыть