Четверг, 26 ноября

«Эрьзя был бы рад узнать, что теперь это произведение увидят в Саранске!»

Известный хирург Михаил Алшибай – о своей выставке, нонкомформизме и «сердечной» профессии

Михаил Алшибай приобщает Саранск к достижениям нонконформистов. Фото: Юлия Честнова / Столица С

В Музее изобразительных искусств имени Эрьзи открылась выставка «Разное. Круги неофициального искусства», где представлено более 70 произведений живописи, графики и пластических объектов из коллекции руководителя отделения коронарной хирургии Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева Михаила Алшибая. Среди произведений — скульптура Степана Эрьзи «Две женские головки», созданная в 1952 году. Эту работу доктор получил в дар от своей пациентки три года назад — после того, как провел первую выставку в Саранске. Известный коллекционер признался ТАТЬЯНЕ НОВИКОВОЙ, что в этом есть какая-то доля мистики.

«С»: Михаил Михайлович, никогда не возникало желания открыть музей, где будут демонстрироваться собранные вами произведения?

— Не задумывался над этим. Много лет собираю коллекцию как исследование периода в русском искусстве, которые называю нонконформистским. Речь идет о второй половине 20 века, когда художники многое создавали в противовес существовавшей тогда догме социалистического реализма. Это движение было многослойным… Значительная часть моей коллекции экспонируется в Российском государственном гуманитарном университете, где с 2000 года существует музей «Другое искусство». Там, кстати, когда-то находилась замечательная коллекция Леонида Талочкина, которая в 2014 году была передана в Третьяковскую галерею. Такова была воля его наследников…

«С»: Три года назад вы уже представляли свою коллекцию в Саранске.

Реклама

— Тогда все получилось случайно. Моя помощница Светлана Веселова предложила сделать выставку в своей родной Вологде — в галерее «Красный мост». И ее увидел сотрудник музея имени Эрьзи по имени Виктор. Потом возникла идея привезти экспозицию в Саранск… Теперь жители Мордовии снова увидят работы представителей нонконформизма. Кстати, это уже третий мой визит в ваш город, и каждый раз у меня остается хорошее впечатление. Посетил в университете музей одного из моих героев в высоком смысле слова — Михаила Бахтина! Это выдающийся исследователь с мировым значением. Его работы переведены на множество языков, его очень серьезно изучают во всем мире.

Саранская публика впервые увидела эту работу Степана Эрьзи. Фото: Юлия Честнова / Столица С

 «С»: Расскажите о работе Эрьзи, которую вы показали в Саранске.

— Когда вез ее к вам, думал, что Степан Эрьзя был бы рад узнать, что теперь и это его произведение увидят в Саранске… История интересная. В 1952 году Эрьзя вернулся в нашу страну и подарил эти «две женские головки» знаменитому врачу Сутееву. Они были знакомы с 1916 года и очень дружили. Работа перешла «по наследству» к сыну Сутеева — Владимиру – знаменитому иллюстратору детских книг, потом досталась его дочери – моей бывшей пациентке. 25 лет назад делал операцию этой женщине. И вот она вручила скульптуру – в знак благодарности. Скажу честно, сначала не хотел принимать подарок, было как-то неловко. Но в итоге – работа в моей коллекции. За 65 лет это ее первое публичное экспонирование. Символично, что оно состоялось в музее имени Эрьзи. И в этом большая историческая справедливость! Три года назад директор музея Людмила Нарбекова, которая знала о существовании этого произведения, попросила меня прислать его фотографии. Она была в курсе моего знакомства с владелицей. Но так сложилось, что я привез сам экспонат. Видите, тут даже есть некая мистика.

«С»: Как вы впервые познакомились с произведениями Эрьзи?

— Его альбомы начали издаваться довольно давно. У меня они появились в 1970-80-е годы. Конечно, ваш знаменитый земляк был мне интересен, хотя не могу сказать, что произвел особенное впечатление. Было интересно, что, вернувшись в Советский Союз, Эрьзя стал точкой притяжения для молодых художников. В каком-то смысле передавал им эстафету мастеров начала века, отчасти имеющих отношение к русскому авангарду. Его выставка в 1954 году сыграла огромную роль. К нему в мастерскую приходили многие художники, чьи работы сейчас находятся в моей коллекции. Считаю, что Степан Эрьзя – замечательный автор… Хочу отметить, что на выставке, которую сейчас представляю в Саранске, можно увидеть произведения разных поколений. Между ними просматривается связь.

 «С»: Вас можно назвать творческим человеком?

— Да. Хирургия – это своего рода искусство… Моя страсть к коллекционированию тоже в какой-то степени творчество. Помню, как только начинал собирать произведения искусства, многие товарищи смотрели на меня как на сумасшедшего. Мол, куда деньги тратит! Но особых финансовых затрат не возникало. Работы стояли недорого, а многие из них мне дарили. Было два-три случая, когда в силу необходимости приходилось расставаться с любимыми произведениями.

 «С»: Один из известных российских журналистов отметил, что «представители «другого искусства» больше болеют и меньше живут, потому что отрицают конформизм».

— Термин «нонконформизм» взят из социальной психологии. Его представители ведут себя в противовес общепринятым нормам. Что касается художников, чьи работы хранятся в моей коллекции, то многие из них действительно умерли молодыми. Например, Алексей, сын известного писателя Константина Паустовского. За короткую жизнь он успел создать немало прекрасных произведений… Сейчас в Государственном литературном музее в Москве проходит выставка под названием «Жар-птица», которая посвящена трагическим судьбам целой плеяды нонконформистов. Их протест проявлялся не только в искусстве, но и в жизни. Большинство из них крепко выпивали, а некоторые использовали более сильные психотропные вещества.

«С»: Расскажите о  выставке фотографий, которые были сделаны вами во время операций на открытом сердце.

— В 2014 году в Фонде культуры «Екатерина» действительно проходила моя выставка с простым названием «Хирургия». Она была не о медицине, а об искусстве. Мы часто делаем такие снимки с чисто научной точки зрения, но мне пришла в голову мысль, что некоторые из них можно демонстрировать как некие арт-объекты наряду с живописью и концептуальными произведения. Ведь сердце – это невероятно красивая структура. Как известно, Леонардо Да Винчи анатомировал тела людей, животных и изучал сердце. И первые достаточно точные изображения коронарных артерий сделаны именно этим художником. Леонардо сказал о сердце: «Чудесное орудие, сделанное верховным художником».

«С»: О вас ходят легенды как о выдающемся кардиохирурге. До сих пор на слуху история, как вы дистанционно поставили диагноз экс-президенту России Борису Ельцину.

— Это действительно легенда и даже в некоторой степени мифологема, в которой есть что-то мистическое. На самом деле все просто. В теленовостях сообщили о том, что у Ельцина приступ стенокардии. Тогда пришлось беседовать на эту тему с моим другом-журналистом. «Если это на самом деле стенокардия, — сказал я, — то Ельцину надо выполнить коронарографию и, возможно, понадобится операция аорто-коронарного шунтирования». Такой ответ мог дать любой специалист. Эта история сильно раздута…

«С»: Журналисты из Рязани недавно назвали вас «художником от хирургии».

— Корреспонденты радио «Свобода» сделали со мной передачу из двух частей: «Художник с душой хирурга» и «Хирург с душой художника». На самом деле, это просто красивые фразы. Иногда позволял себе создавать полухудожественные объекты, но не считаю себя мастером искусства. А что касается хирургии, то она несет в себе художественный элемент. Знал несколько замечательных врачей, которые неплохо рисовали. У меня был друг — замечательный хирург Анатолий Малашенков, который рассказал, что в детстве хотел быть живописцем. Он учился в детской художественной школе. Но судьба сложилась иначе.

«С»: Хороший врач сейчас – большая редкость. Многие квалифицированные специалисты уезжают за рубеж.

— Утечка кадров была, но в настоящее время такого практически нет. За последние 10-15 лет в отечественной медицине мы видим большой прогресс. Построены крупнейшие федеральные лечебные центры… Я работаю врачом с 1981 года, когда кардиохирургов в стране были единицы. Сегодня их уже сотни. Но в то же время социальное положение и зарплата наших врачей находятся на низком уровне. В этом мы проигрываем западным коллегам.

«С»: Саранскому школьнику  Роме Буянкину недавно пересадили сердце в индийской клинике. Как вы считаете, будут ли когда-нибудь делать подобные операции в России?

— В данном вопросе много юридических нюансов. Такие хирургические вмешательства в нашей стране несертифицированы. Хотя русские ученые внесли огромный вклад в развитие этого медицинского направления. Известный хирург Владимир Демихов проводил подобный эксперимент. И Кристиан Барнард, который сделал первую удачную пересадку сердца, наблюдал за его работой… Трансплантация у детей – непростая штука. Там множество «подводных камней». Хотя были случаи, когда после таких операций пациенты жили несколько десятков лет, не имея проблем.

Личное дело

Михаил Алшибай родился 15 января 1958 года в Батуми. Кардиохирург. Профессор. Доктор медицинских наук. С 1982 года работает в Научном центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. Автор более 250 научных статей, 4 монографий, в том числе «Очерков истории коронарной хирургии». Его коллекция насчитывает около 6 тысяч произведений художников эпохи «оттепели 60-х» и предперестроечного периода.

Закрыть
Реклама
Закрыть