Пятница, 16 апреля

«А теперь я негодный оказался! Ненужный!»

Экс-председателя Нацбанка Мордовии Александра Тренькина снова судят за криминальные боеприпасы.

Александр Тренькин продолжает бороться за свое честное имя. Фото: Столица С
Александр Тренькин продолжает бороться за свое честное имя. Фото: Столица С

Экс-председателя Нацбанка Мордовии Александра Тренькина снова судят за криминальные боеприпасы

Октябрьский райсуд 21 января во второй раз приступил к рассмотрению уголовного дела бывшего председателя Национального банка РМ Александра Тренькина. В его сейфе был обнаружен 31 патрон к пистолету ПМ. За «незаконный оборот боеприпасов» 60-летнему финансисту грозит до 4 лет неволи со штрафом до 80 тысяч рублей. При этом будет решаться вопрос о привлечении Тренькина к ответственности за хищение злополучных патронов в… 1986 году. Пенсионер вины не признает и готов отстаивать свою позицию до последнего! Из зала суда — Валерий Ярцев.


«В чем моя вина? — удивляется в беседе с корр.«С» Александр Тренькин. — Более 51 года я честно и добросовестно проработал в банковской системе. А теперь нашли эти патроны! Но на них даже нет моих отпечатков!» — «То есть вы будет добиваться полного оправдания?» — Конечно! Какой я «общественно опасный человек»?! 40 с лишним лет государство доверяло мне миллиарды рублей и в этом опасности не видело никакой… Хотя было время, звонили и угрожали, и чего только мне не делали. А тут — «опасность»!» — «Вы считаете, что это дело может быть заказным?» — «Не знаю… Конечно, недоброжелателей навалом… Вы же знаете, я с вашей газетой всегда сотрудничал. А еще поддерживал поисковый отряд «Броня», потому что считаю: если не найден и не похоронен последний солдат, то война не закончена! Всегда старался помочь детским домам! А теперь я негодный оказался! Ненужный!» — «То есть вы готовы доказывать свою невиновность в суде!» — «А как же! Это же моя честь, моя многолетняя репутация!»

Обвинение

По данным следствия, в 2017 году в ходе осмотра домовладения по ул. Осипенко оперативники обнаружили в сейфе Александра Тренькина 31 патрон калибра 9 мм. Эти боеприпасы не подходят к официально зарегистрированному на него охотничьему ружью. Как пояснил тогда бывший депутат Госсобрания, патроны завалялись еще с 1980-х годов. Тогда Тренькин работал управляющим отделения Госбанка в Зубово-Полянском районе и участвовал в учебных стрельбах. На память о «боевой подготовке» сохранил неизрасходованные «сувениры». А спустя почти три десятилетия они впервые привели его на скамью подсудимых… В ходе первого судебного процесса Тренькин признал вину, раскаялся и ходатайствовал о рассмотрении дела в особом порядке. Он написал заявление, в котором просил прекратить уголовное преследование. Принимая решение, служители Фемиды учли, что пенсионер предстал перед правосудием впервые и давал полные показания об обстоятельствах преступления. Кроме того, поведение обвиняемого «утратило общественную опасность». Также были приняты во внимание исключительно положительные характеристики с мест работы и жительства, активное участие в благотворительных акциях, многочисленные награды и благодарности. Также зачлись почтенный возраст и состояние здоровья… В итоге прошлым летом суд признал его виновным и прекратил уголовное дело — в связи с деятельным раскаянием… Но вскоре Александр Тренькин вместе с новым адвокатом обратился в Верховный суд РМ с апелляционной жалобой, в которой просил отменить постановление нижестоящей инстанции. Потому что, по его мнению, можно было прекратить уголовное дело по реабилитирующим основаниям — в связи с отсутствием признака состава преступления — «общественная опасность». Да и вообще он заслуживал полного оправдания! Ведь у  Тренькина отсутствовал прямой либо косвенный умысел на незаконное хранение патронов, полученных им более 30 лет назад в связи со служебной необходимостью. А хранение их в сейфе Тренькина исключало опасность для окружающих. В свою очередь, представитель прокуратуры предлагал считать постановление суда законным и обоснованным, а его доводы и жалобы несостоятельными. Судьи согласились с позицией надзорного ведомства. Но Тренькин обжаловал это решение, обратившись в Верховный суд уже с кассационной жалобой. В итоге это дело направили на новое рассмотрение…

Новый суд

«Родился в ельниковском селе Уркай, — рассказывает о себе Александр Тренькин. — По национальности — русский. Женат. Несовершеннолетних детей нет. С конца 2017 года — на пенсии». «Ранее не судимы?» — спрашивает председательствующий. «Не знаю», — вздыхает Тренькин, памятую об отмененном постановлении. Судья спрашивает о хронических заболеваниях. «Операцию перенес в прошлом году, — рассказывает бывший банкир. — У жены тоже были операции…» Суд переходит к судебному следствию. «В феврале 1986 года Александр Тренькин, законно пользуясь пистолетом ПМ на учебных стрельбах, умышленно присвоил 31 патрон… Материал проверки по факту хищения боеприпасов выделен в отдельное производство… (То есть Тренькина могут также привлечь к уголовной ответственности и за «пропажу» патронов 32-летней давности? — «С».) В продолжение своего преступного умысла перемещал боеприпасы по месту жительства в Саранске… В ходе оперативно-розыскных действий сотрудники ФСБ пресекли противоправную деятельность Тренькина…»

После этого судья обращается к подсудимому: «Обвинение понятно? Вину признаете?» «Я даже не знал, что у меня эти патроны были, — восклицает Тренькин. — И никакой общественной опасности тут не было! Что я мог сделать с этими патронами, когда у меня даже никакого оружия к ним не было!» «То есть вину не признаете?» — уточняет судья. «Нет!» Слово берет адвокат. По его мнению, вообще неизвестно, откуда взялись эти злосчастные боеприпасы. «Как патроны технически оказались в его сейфе, подзащитный не помнит! — восклицает защитник. — И он же их не скрывал, не хранил где-нибудь в схронах или тайниках! А во-вторых, в силу малозначительности действия подсудимого не представляют общественной опасности!»

Суд приступает к допросу свидетелей. «Знаком ли я с подсудимым? Встречались на месте происшествия, а прежде не знал, — говорит эксперт-криминалист из МВД по РМ по обслуживанию Октябрьского района. — Помню, в  сейфе было много патронов в коробках, в том числе от автомата Калашникова… И в пачках, и россыпью… Мы все сфотографировали, описали, упаковали…» — «А как Тренькин пояснил происхождение патронов?» — «Он просто был в недоумении. Говорил, что сам не знает, откуда они взялись!»

«Подсудимого знаете?» — этот вопрос судьи адресован другому свидетелю, представшему перед правосудием — сотруднику УФСБ по РМ. «Да, в связи с работой, — отвечает старший оперуполномоченный. — В моей оперативной работе находится банковский сектор. Поэтому с Александром Павловичем мы и раньше общались. В его служебном кабинете я сообщил, что есть необходимость осуществить осмотр, при этом предоставил судебный акт. Перед входом в жилище мы опять представились. Спросили, есть ли незаконное оружие, наркотики. Тренькин ответил, что ничего такого не имеет! Осмотр мы начали с верхнего этажа — и до оружейной комнаты. В одном из сейфов хранилось 7 единиц огнестрельного и гладкоствольное оружие, отдельно — коллекция охотничьих ножей. Александр Павлович вообще очень аккуратный и «структуризованный» человек… Почему привлекли внимание именно эти две пачки из всех остальных? У Александра Павловича зарегистрированное оружие было не от ПМ. Такие патроны не подходят да к тому же имеют весьма ограниченный доступ…» «А откуда взялись понятые?» — спрашивает адвокат. «Пригласили с улицы. Кого смогли найти, того и пригласили». — «И вы фамилии этих понятых до сих пор помните?» — «Да, я же составлял протокол. Поэтому запомнил», — спокойно отвечает представитель спецслужбы. «Скажите, а Александр Павлович как к происходящему отнесся?» — «Немного возбужденно… Когда нашли патроны, он внешне сохранял спокойствие. Но некоторое удивление проявил. Александр Павлович вообще внешне всегда сохраняет спокойствие, выдержку. А в душе — не знаю как…»

Комментарии
Закрыть
Закрыть рекламу